Второй брак 2 - Анна Шварц

Моя беременность и рождение Деона. Все в этот момент было подернуто такой белой пеленой, что я не могла рассмотреть лицо в свертке, который взяла на руки, и почти не чувствовала его веса и эмоций, которые испытывала тогда.

— Сына Грегори Крамера и твою сестру арестовали. — донесся сквозь туман голос кронпринца. Я даже не понимала, к какому воспоминанию он относился.

— Что он сделали?

— По-моему, совсем сошли с ума. Попытались у Дамы Кровей украсть ценные камни, которые ее семья хранила веками. Один до сих пор не нашли.

Темнота. Тишина. И тут — словно яркая вспышка, перед глазами прояснилось.

Я отчетливо видела Анаис, сидящую в тюремной камере.

— Я проклинаю тебя, Ирэн. Ты больше никогда не будешь счастлива. — выплюнула она, а у меня пробежал озноб по коже.

— Ты сумасшедшая, Анаис?

— Думаешь, я шучу? — она впилась в меня бешеным взглядом. — В этот раз это не просто слова. Вы не найдете тот камень. Я пожертвовала собой и этой жизнью в обмен на лучшую жизнь. Эта — ошибка.

Я растерянно смотрела на нее. Она говорила полный бред.

— Твой муж хочет казнить меня? Плевать. Пусть я умру, но исчезнешь тогда и ты. — засмеялась она. — Ты никогда больше не сможешь быть с кронпринцем. Я заставила разорваться связь между вашими судьбами. Сын Грегори сказал, что у меня теперь будет множество прекрасных жизней. — она как-то безумно улыбнулась. — И в каждой ты будешь страдать, а я получать то, чего достойна. А эта будет стерта, как ошибка.

Может, это было самовнушением, но я чувствовала, как с ее словами будто невидимая удавка затягивается на моей шее и становится трудно дышать. Она выплевывала каждое слово с такой фанатичной уверенностью, что хотелось уйти и подышать свежим воздухом, чтобы вернуть самообладание.

— Теперь я займу твое место, Ирэн. И буду наслаждаться, глядя на то, как ты барахтаешься.

— Ты совсем больна, Анаис. Я позову тебе врача. — едва смогла выдавить я, разворачиваясь и уходя из тюрьмы. Сердце почему-то бешено колотилось. Неожиданно зрение поплыло и я споткнулась об ступеньку, упав неудачно и ударившись об пол.

Все потемнело.

Очнулась я и увидела над собой обеспокоенного Кейла. Его горячая рука легла на мой лоб.

— Что произошло? — спросил он, а я нахмурилась, чувствуя жуткую боль в голове и странное давящее чувство на шее. Было трудно глотать.

— Я… кажется, я споткнулась и ударилась. — я попыталась вспомнить, как это произошло, но в голове было пусто. — Видимо, Анаис меня разозлила и я была невнимательной. Врачи осмотрели меня? Горло болит.

Кейл долго смотрел на меня, и, казалось, он сильно был задумчив.

— Сказали, что все в порядке. Ты говоришь немного странно, Ирэн. Плохо себя чувствуешь?

— Немного. — призналась я. Я не понимала, что случилось, но мысли текли как-то необычно. Будто ленивые и мягкие облачка. Особенно, когда я пыталась думать о случившемся. Почему мы поссорились с Анаис? Она ведь моя сестра. Неужели я не могла попытаться быть с ней мягче…

Ладонь Кейла провела по моим волосам. Теплая и приятная. От нее веяло заботой. Прошлая я не думала ничего об этом, но у меня почему-то закололо в сердце, словно это прикосновение было последним, что я почувствую и увижу от Кейла из изначальной жизни. Завершающий штрих. Конец.

Я закрыла глаза, проваливаясь в дремоту.

Так и вышло.

Потому что в следующую секунду я медленно открыла их уже в реальном мире.

Надо мной был потолок покоев кронпринца. Какое-то время я тупо смотрела в него, чувствуя в груди опустошение. “Значит, вот как все произошло” — хотелось сказать мысленно, и все на этом. Других слов и не надо было, это воспоминание словно сложилось почти в идеальный пазл.

Неужели это все?

Почему-то шестым чувством понимала, что это было последнее мое видение.

Я села и тихо выдохнула, посмотрев в темноту.

Где-то, глубоко в ней, была разбита руками Анаис та жизнь, в которой я была счастлива с Кейлом. На множество ранящих меня осколков. Все, что осталось от нее — воспоминания в моей голове и Деон, который, впрочем, не задержится в этом мире. Вот к чему смогла привести, казалось бы, совершенно банальная зависть.

Я проверила телефон, включив экран. Плохих новостей не было. Что бы ни делал кронпринц, до журналистов еще это не дошло.

Мой взгляд выхватил внезапно силуэт на диване напротив, и я поняла, что там спал Деон. Когда он пришел? Стало немного стыдно, что он и, возможно, горничные, застали меня спящей.

Я встала и подошла к нему, тихо присев рядом.

Сердце сжалось, пока я рассматривала его спящее, умиротворенное лицо. Почему-то он дышал медленнее и почти незаметно. Я осторожно приложила руку к его груди, пытаясь почувствовать сердцебиение, но ощутила его едва-едва.

Деон неожиданно открыл глаза, посмотрев на меня.

— Проснулась? — поинтересовался он, а я закусила губу и опустила голову.

— Мне опять приснилось прошлое. Я знаю, что это Анаис наслала проклятие и ей помогал сын Грегори Крамера. — тихо произнесла я.

— М. — отреагировал он. — Ко мне тоже вернулось одно из воспоминаний.

— Правда? В нем было что-то важное?

Деон убрал мою руку, сев на диване, но я осталась сидеть на корточках на полу. Он наклонился, опираясь локтями на колени.

— Просто прошлое. Но заодно я вспомнил, почему я избавился от воспоминаний об Анаис, хотя она наслала проклятие. Она не знает, как его снять. И сын Грегори тоже.

— Понятно. — я опустила голову. Волосы закрыли мое лицо, пока я думала над тем, что кричала Анаис в моем сне. — Кажется, ее бесполезно казнить. Проклятие завязано на ней и с ее смертью жизнь начнется заново.

Я, вздохнув, посмотрела в окно. Что делать? Мы разобрались с Анаис, и с Грегори кронпринц наверняка разберется. Но кроме них есть кое-что сильнее любого недруга в этом мире. Как снять проклятие? Мы ведь сблизились в последнее время, но я не почувствовала каких-то изменений. Действительно ли правильным путем мы идем?

— Кейл еще не вернулся? — спросила я.

— Пока нет.

— Я пойду, проветрю голову. — сказала я, поднимаясь с корточек и на автомате потрепав Деона по волосам. Такое знакомое чувство. Волосы, как у его отца. Я замерла на секунду, задержав руку на него голове.

Мы с Кейлом правда любили друг друга в той жизни. Между нами не стояло никаких плохих воспоминаний. Я вышла замуж за того, кого знала