Объединение. Предсказание потерянных сестёр. Книга вторая - Александра Михайловна Кущ

– А сейчас мы будем резать руки? – посмеиваясь спросила я. – Не будет клятв, поцелуев и прочего, так?

Эйден улыбался всё шире:

– Будут, родная. И клятвы, и поцелуи. Но сначала…

Заканчивать предложение Эйден не стал. Молча отпустил мою ладонь, и остриём кинжала провёл по своей. При этом странном действии эмоции от напарника исходили лишь самые светлые. Ни капли боли, страха или чего-то ещё, лишь неимоверное счастье.

И вот стою я в этом волшебном месте, вся такая красивая. В роскошном платье, с великолепной причёской… Замуж выхожу… В нижнем мире я замуж выхожу! Без слов и каких-либо вопросов, беру кинжал, протянутый мне, и аккуратно режу свою ладонь.

Эйден неотрывно смотрит лишь на моё лицо и тихо посмеивается.

– Удивлена?

Нет конечно! Чему удивляться? Тому что мы руки режем вместо того чтобы целоваться и говорить, как любим друг друга? Свадьба же! Давай лучше кровь выпускать. Но вслух:

– Немного.

Даже такой странный обряд не испортит моего настроения! Смирилась я уже с порядками нижнего мира, согласилась с ними и более ли менее спокойно реагировала.

Напарник забрал у меня кинжал и отправил обратно в ножны, после чего взял мою ладонь в свою, закрыл глаза и начал шептать что-то на неизвестном мне языке. А язык красивый, испанский чем-то напоминает… Или французский? Слов я не понимала, но звучало красиво. Скорее всего я тоже должна была закрыть глаза, но оторвать взгляд от бирюзового свечения между наших ладоней не смогла.

То самое, бирюзовое свечение… Эйден закончил шептать непонятные мне слова, но свечение не погасло. А я радости скрывать не могла. Словно вновь выпускаю искры вместе с Эйденом, как тогда в ресторане Ля, когда мы в первый раз случайно создали пламя. Наивно было предполагать, что произойдёт нечто иное. Но от этой ностальгии я улыбалась всё сильнее, а перед глазами мелькали картинки нашей первой встречи, первой тренировки, путешествиях, то как мы смеялись, плакали, преодолевали трудности, радовались самым незначительным победам… И я была абсолютно и безоговорочно уверена в правильности происходящего!

– Ксандрия Трей. – тихо произнёс Эйден, с лучезарной улыбкой, и я невольно подняла голову, вновь утонув в озёрах манящих голубых глаз. – До последнего вздоха. Через все трудности, все победы – вместе. Каждую радость и печаль, разделим на двоих. Всегда. Вместе?

– Вместе! – уверенно произнесла я.

А голубое свечение в ладонях в ту же секунду загорелось ярким оранжевым огнём, чтобы через мгновенье превратиться в тёмно-фиолетовое пламя, струящееся от ладоней вдоль по рукам. Эйден смотрел лишь в мои глаза, с самой счастливой улыбкой, а я в его, хотя отчётливо ощущала происходящее. Пламя продолжало вырисовывать какой-то узор на наших руках, огненной змейкой извиваясь, оставляло след. А, теперь уже муж, отпустив мою ладонь прижал к себе, чтобы закрепить обряд, как в привычном верхнем мире – страстным поцелуем.

Пламя продолжало танцевать на наших руках, и на подсознательном уровне я знала, что погасить его не смогу, даже если захочу. Казалось мы стояли, улыбаясь как безумцы, смеясь и целуясь на этой поляне, всего пару секунд, но прошло не меньше часа, когда пламя наконец погасло, и я услышала тихое:

– Посмотрим?

– Я правильно понимаю, что на наших руках должен остаться след? – игриво спросила я. – А если его нет, значит обряд не состоялся.

Эйден лишь тихо посмеялся:

– Обряд состоялся. Уж поверь.

– Кто первый? – продолжая улыбаться от уха до уха спросила я.

– Боишься?

– С тобой не страшно…

Эйден медленно отстранился от меня, словно не желая выпускать из спасительных объятий и спустя несколько мучительно долгих секунд всё же опустил взгляд и начал закатывать рукав своей рубашки. Я опустить глаза боялась, продолжала смотреть на лицо напарника. Но выражение его лица было странным. Сначала он улыбался, после чего увидел собственную руку и лицо его выдавало удивление. Первой моей мыслью было: «Не сработало… Метки нет!» Что означало лишь одно. Эйден не любит меня так, как я его и посмотреть на собственную руку мне уже было искренне страшно. Но после этого удивлённого выражения на лице напарника, было выражение восторга и тот начал смеяться. Так громко и счастливо, что посмотреть вниз я начала бояться ещё больше.

– Крошка! – восторженно чуть ли не кричал Эйден. – Моя Ксандрия Трей Стоулл!

После чего он, обхватив моё удивлённое лицо ладонями, на которых не осталось и крохотного следа от недавнего пореза, вновь прижался своими губами к моим, в страстном и одновременно таком счастливом и, как мне показалось, благодарном поцелуе. Всего на несколько секунд, чтобы отстранившись, продолжая улыбаться произнести:

– Посмотри…

Смотреть не хотелось. Вообще. Никогда. Я почему-то даже представить боялась что там. Бирюзовые искры, такие безобидные и привычные, рядом с Эйденом становились неконтролируемыми. От одного его прикосновения я случайно поджигала всё вокруг, а после объединения появилось тёмно-фиолетовое пламя. Что на этот раз? Рука превратилась в меч? У меня теперь шесть рук? А может я теперь вся фиолетовая? У меня восемь пальцев?

– Не паникуй. – смеясь сказал Эйден. – Всё хорошо.

Отрицательно мотаю головой.

– Точно тебе говорю, всё хорошо.

Очень сомневаюсь, о-очень сильно сомневаюсь! Но выхода нет. Собрала волю в кулак. Последний раз взглянула в глаза бывшего жениха, коим он являлся целых два дня… Медленно опускаю голову вниз, чтобы лицезреть то, чему так обрадовался напарник. Однажды помню он обрадовался, когда у умертвия, выпившего его зелье, рука отвалилась. Сказал, что так и нужно было. Может у меня тоже рука отвалилась, и он теперь рад?

– Ну голову опустила, молодец. – смеясь сообщил очевидное злостный муж. – Глаза откроешь?

Куда денусь. Открою, разумеется. Вот только ещё секунду в неведении постою, вторую, третью. Открыла… Рука на месте. Вспоминаю ту чёрную линию на запястье – исчезла, круга тоже больше нет. Значит больше не помолвлены. Интересно. Кручу собственную руку, удивлённо смотрю на напарника, снова на руку, снова на напарника. Молчу… Резко хватаю его за руку и начинаю крутить его руку, закатывая рукав рубашки выше и выше.

В воспоминаниях всплыла метка на руке королевы Элис после обряда… Метка, которая должна появиться после обряда, от которой чувствовалась любовь. От своей метки помолвки я не чувствовала ничего, но по всей видимости остальные ощущали, я видела это по взглядам стражников, да и Итана с Ля… Интересно что они почувствуют теперь?

– Эйде-ен… – неуверенно протянула я.

– Да, родная. – издеваясь ответил,