Прекрасные разбитые сердца - Ками Гарсия

Его поведение полностью изменилось.

– Не другие «вмешавшиеся» люди создали проблему. А то, что ты делаешь с собой.

Он чешет затылок.

– Что ты имеешь в виду?

Стены тоннеля как будто начинают сужаться, прижимаясь к Риду – и ко мне. Я прерывисто вдыхаю.

Нельзя, чтобы он увидел, как мне страшно.

– Пожалуйста, не играй в эту игру со мной. Я рассталась с тобой из-за того, что ты употреблял допинг. А потом ты решил столкнуть меня с лестницы. Я думаю, нам с тобой больше не о чем разговаривать. Только если ты хочешь обсудить то, что преследовал меня и оставлял в моем шкафчике мертвых животных. Потому что такого рода вещи определенно доказывают твою любовь к девушке.

Рид стискивает зубы, и я скорее перетаскиваю ногу назад, чем делаю шаг. Если он почувствует страх или слабость, то атакует.

– Я же сказал, мне жаль, что с твоим коленом случилось такое. Я этого не хотел. Подобное больше никогда не повторится. И ты не можешь винить меня за то, что я за тобой следил. Ты ведь просто исчезла.

– Рид, мне кажется, нам надо отсюда выйти. Копы осматривают здание и всех арестовывают. Они уже надели наручники на кучу парней. Они наверняка спустятся и сюда – это лишь вопрос времени.

– Во-первых, им надо найти вход в тоннель в этом разрушенном здании.

– И они найдут. Ты же нашел.

Отсюда не видно конца тоннеля, а значит, он не так близко, как я думала.

У меня вдруг кружится голова.

– А потом прикрыл его.

– Чем? Это тоннель, а не иллюминатор.

Я все сильнее паникую.

– Я больше не хочу впустую тратить время на разговоры о копах и тоннелях. – Рид подходит ближе, отчего я все больше нервничаю. – Я хочу поговорить о нас. Я облажался. Признаю это, и мне жаль. Но мы принадлежим друг другу. Ты это знаешь. Я только что одержал победу в региональном чемпионате. Ты разве не рада за меня? Теперь все будет круто. Просто дай мне еще один шанс. Я больше не облажаюсь.

К панике добавляется еще одна эмоция. Ярость.

– Мы не принадлежим друг другу, Рид, и никогда больше не будем вместе. Я видела, что ты сделал с Тесс.

Он морщится.

– Да. Я видела ее лицо. Ты не изменился, стал только хуже. Если ты смог сделать это с собственной сестрой…

– Заткнись, – рявкает он.

– Рид, пожалуйста. Тебе нужна помощь. Ты разве не видишь, что творишь с собой?

Разговаривая с ним, я больше ничего не испытываю, даже сочувствия. Слишком многое случилось. И то, что он сделал с Тесс, стало последней каплей. Но сейчас я скажу что угодно, лишь бы сбежать от него.

– Я все еще люблю тебя и не собираюсь сдаваться. Я еще легко разобрался с этим парнем Оуэном, но, если ты не дашь мне шанса и начнешь снова болтаться с ним, я заставлю его поплатиться. – Рид прищуривается. – Я буду наслаждаться каждой минутой.

Голос в моей голове шепчет: «Сделай что угодно, только убеги от него».

Инстинкты подвели меня в тот вечер, когда Рид меня толкнул. Я этого не предвидела. Но теперь я знаю, чего ищу – пустой взгляд его глаз. Мой внутренний голос в этот раз прав, и мне надо его послушать.

В тоннеле холодно, но Рид потеет. Интересно, как давно он принял дозу и что это значит для меня.

Беги от него. Сейчас же.

Я никак не смогу от него убежать. Не с коленом, которое еще не восстановилось.

Вспоминаю Оуэна и Такера на ринге, когда Оуэн учил его самообороне. Удар ладонью не требует много сил, и размер атакующего не имеет значения, если можешь дотянуться до его носа.

Но все равно…

Я почти не тренировалась.

Что, если я попробую этот удар на Риде, и ничего не получится? Это может его разозлить.

Мое сердце колотится о грудную клетку, словно пытается вырваться. Не уверена, из-за Рида это или из-за тоннеля.

– От того, что между нами, так просто не уходят, Пейтон. И как только мы попытаемся все выяснить, многое изменится. Увидишь. Я перестану употреблять допинг, если ты именно этого хочешь.

Он врет, и даже это ему плохо удается.

Рид расхаживает передо мной.

– Ты действительно бросишь?

Притворяюсь, что мне важен ответ. Может, ход неверный, но у меня нет времени думать. Это последний отчаянный рывок, и сейчас это мой единственный шанс.

Рид останавливается и смотрит на меня.

– Да. Я клянусь. Затем мы можем начать с того места, на котором остановились.

Будто ничего не было.

Вот что он имеет в виду.

– Ты можешь просто так бросить? Разве твое тело к этому не привыкло?

– Все всегда бросают. Другие парни из моей команды бросали. Просто прекращаешь принимать и все. – Он улыбается и подходит ближе. – Ты не знаешь, каким я могу стать счастливым. Один шанс. Вот и все, чего я прошу. В этот раз я не облажаюсь.

Ты просто ударишь меня в лицо, когда я тебя разозлю.

Рид протягивает руку, чтобы убрать волосы мне за ухо, и я стараюсь не передернуться от отвращения.

– Я знал, что ты придешь. Между нами особая связь. От этого не убежишь.

Я играю в опасную игру. И широкая ухмылка на его лице говорит мне, что если проиграю, то жестоко заплачу за это.

– Я очень по тебе скучал, Пейтон. Все так изменилось. Каждая победа без тебя казалась другой. Думаю, именно поэтому я был так опустошен.

Опустошен? Он так это называет?

Откуда-то изнутри здания в тоннель проникают приглушенные голоса.

Рид, кажется, их не слышит. Он занят планированием будущего.

– Мы можем осенью вместе снять квартиру. Сэкономим кучу денег, и я смогу помогать маме.

Кажется, он забыл, что я буду учиться в университете. Но я не стану ему напоминать – не сейчас, когда его улучшившееся настроение покупает мне время.

Вдруг воздух в тоннеле становится тяжелее, и мне сложно сглотнуть.

Что, если я отсюда не выберусь?

Мою грудь сжимает все сильнее.

Слышу папин голос в голове. Сейчас или никогда, малышка.

Сомневаюсь, что папа рисовал себе такой сценарий, когда произносил эти слова. У меня заканчивается время.

Становится сложно дышать. В любую минуту начнется паническая атака и синдром гипервентиляции. Или Рид захочет другого подтверждения, что я даю ему еще один шанс – например, поцелуй.

Горло сжимается, я чувствую, как поднимается рвота.

Дерьмо.

Лихорадочно размышляю и откашливаюсь в локоть, чтобы скрыть настоящую реакцию.