Воспитание мисс Грейнджер - Olivia Winner

— Боже! Ваш язык чертовски хорош! — задыхалась она.

Его лёгкий смешок пронёсся над её лоном.

— Обязательно расскажи об этом Драко, — ухмыльнулся он.

Она сжала пальцами соски и стала старательно массировать их, те всё ещё были невероятно чувствительными, будто через них пропускали слабые разряды электрического тока.

— Я сделаю это, если хотите. На самом деле, я планировала ничего ему не рассказывать.

— Не отталкивай его, милая. Драко очень одинок.

«Никогда бы не подумала, что Драко настолько одинок».

— В самом деле?

Северус не особо хотел думать о крестнике в этот самый момент (и не хотел, чтобы Грейнджер тоже о нём думала), но решил ответить ей, чтобы в дальнейшем не было недопонимания.

— Как ты думаешь, почему он стал проводить с тобой так много времени? Забини остался его единственным другом. И я совершенно уверен, что ты единственная ведьма, которая прикасалась к нему со времён окончания войны.

Гермиона посочувствовала ему. Конечно, она замечала, что он проводил слишком много времени в одиночестве, сидя в их гостиной. Чтобы отвлечься, Драко продолжал играть в квиддич, но она понимала, что он остался в команде только благодаря спонсорской поддержке отца.

Северус продолжал, облизывая клитор между выражением своих мыслей.

— Я хочу, чтобы ты всё ему рассказала, если Драко сам тебя об этом попросит. Знаю, тебя это смущает, но от этого ты возбуждаешься. Тебе ведь нравится, что кто-то, кроме меня, знает, какая ты грязная маленькая девочка? — он протолкнул пробку глубже, до самого основания, и немного повернул её. — Скажи мне правду. Тебе нравится рассказывать ему о наших играх, не так ли?

— Только когда вы приказываете мне сделать это.

— Так тебе нравится, когда я заставляю тебя рассказывать ему интимные подробности наших встреч?

— О боже, это звучит ужасно! Нет. Хм-м… Мне нравится выполнять то, что вы приказываете.

Снейп улыбнулся.

— Тогда я приказываю: ты скажешь Драко, что хочешь, чтобы он понаблюдал, как я буду тебя наказывать.

Её руки взметнулись вверх, закрывая лицо.

— Боже! Но я не хочу, чтобы Драко видел, как меня наказывают!

Свободной рукой он раскрыл припухшие половые губы, оценивая, насколько мокрой она стала.

«Почти готова».

— Хочешь. Ты не любишь держать что-то в секрете, Гермиона. Тебе нравится, что Драко хочет тебя. Не нужно оправдываться. Я знаю, что ты не мечтаешь о нём по ночам. Но ты сильно возбудилась, когда он рассматривал твою задницу, не так ли? Разве ты не хочешь, чтобы кто-то оказался свидетелем твоей храбрости?

Пробка ещё сильнее растягивала её изнутри, но это не причиняло боли. Гермиона наблюдала в зеркало за тем, как Снейп играючи проталкивал предмет в её задницу.

— Я боюсь расплакаться перед ним, — призналась она, пытаясь объяснить своё нежелание. — С вами всё совсем по-другому. Вы уже узнали обо мне всё и всё видели. Вы принимаете меня такой, какая я есть, несмотря на мою тёмную сторону. Чёрт, да я и нравлюсь вам именно из-за моей тёмной стороны! Драко совсем другой. Он… Я не знаю. Ему нет до меня дела!

Северуса заинтересовала её логика. Грейнджер была права, он знал (и поощрял) её самые тёмные фантазии, и им не обязательно было впутывать во всё это Драко. С другой стороны ему хотелось побыстрее раскрепостить её, помочь ей стать более открытой для посторонних зрителей. У него были на неё большие планы — намного глобальнее, чем позволить понаблюдать за ними зелёному мальчишке.

— Думаю, ты ошибаешься. Мне кажется, Драко по-своему заботится о тебе. Если ты позволишь ему увидеть тебя в таком уязвимом положении, скорее всего, он станет ещё больше тебе доверять. Я хочу, чтобы ты почувствовала, каково это, когда кто-то наблюдает за тобой в столь унизительной ситуации. Драко — наиболее подходящий для этого вариант. Прошу тебя сделать это для меня. Думаю, тебе понравится.

«Проклятье! И как я могу после этого ему отказать?!»

— А что случится, если мне не понравится?

«Поверь мне, девочка, тебе понравится».

— Я никогда больше не попрошу тебя ни о чём подобном.

Гермиона тяжко вздохнула.

— Хорошо, я всё ему расскажу. Что я должна сказать?

— Скажи ему, чтобы он пришёл с тобой в пятницу. В десять вечера.

— Мне нужно предупредить его, зачем?

— Да.

— Хорошо.

— Хорошо? Так вот как теперь ты со мной разговариваешь?! Вы становитесь слишком фамильярной, мисс Грейнджер! — ему нужен был предлог, чтобы снова взяться за стек. Он собирался сделать всё, чтобы её лоно промокло насквозь, а затем нырнуть в этот бассейн.

— Я не имела в виду ничего плохого, сэр!

— Слишком поздно, мисс Грейнджер, — он призвал в руки тонкий чёрный хлыст. — Поцелуйте его.

Выражение его лица было издевательски-весёлым. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не рассмеяться. Девчонка выглядела настолько смешной в своём гневе, шоколадного цвета глаза угрожающе потемнели, а щёки стали пунцовыми. Северус поднёс стек к её губам, и Грейнджер быстро чмокнула его, тут же вытирая рот рукой.

— Поцелуй его так, чтобы я поверил в твоё желание. И не забывай использовать свой милый язычок.

Гермиона раздраженно фыркнула, но сделала, как он приказал. Её язык показался между губ и прошёлся по кожаной рукоятке, при этом она не отрывала глаз от профессора. Его пальцы крепче сжались вокруг стека, как только он представил эти губы на своём члене.

— Так-то лучше, — прошептал Снейп. — Ты, как всегда, будешь благодарить меня за каждый удар.

Она кивнула и посмотрела на его отражение в зеркале. Послышался взмах стека, и на её плоти вспыхнул первый жгучий шлепок.

— Благодарю вас, сэр.

Он продолжал и продолжал, выжигая маленькие красные пятнышки на наименее повреждённых участках кожи. Ответы Гермионы становились всё более горячими и томными, пока её голос не начал звучать, как будто её накачали наркотиками.

— Полагаю, для вашего проступка этого достаточно. Хотите, чтобы я остановился?

«Чёрт возьми, я не знаю!»

Ей не могла нравиться боль. Но то, что он делал, было не так уж плохо. Стек остро жалил маленькими укусами, и казалось, этот приятный жар от них сразу же перемещался к её киске.

— Пожалуй, сэр, я смогу выдержать ещё.

— Где мне продолжить? — с ухмылкой поинтересовался он.

Её карие глаза широко раскрылись.

— Везде, — прошептала она.

«Ох, твою ж мать, и зачем я это сказала?! Думай, прежде чем что-то говоришь, Герми! Что он сделал с твоими мозгами?!»

Снейп гладил шлепком стека по разгорячённой коже, а затем постучал им по припухшим половым губам.

— Посмотри на меня, — пробормотал он.

Так она и сделала. От одного лишь хищного выражения