Кофе в постель, пожалуйста! - Леся Лимерик

— Вот и славно! Я тогда побегу, Мишаньку пора укладывать. А завтра жди, буду твои художества исправлять.

Обвинительно ткнув наманикюренным пальчиком в мой облупленный лак, подруга чмокнула меня на прощание и упорхнула домой, позволив мне самой решать свалившееся на голову жизненное уравнение.

— Рюк, давай учить новое слово, — подвинув к себе остывший суп, обратилась я к мигом оживившемуся жако. — Скажи: дурдом!

БЕСЕДА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ, МЫСЛЕННАЯ

Кутаясь в теплый шарф, я медленно брела в сторону кафешки. Непривычные кроссовки мягко пружинили, напоминая о сегодняшнем утре.

— Вот! — лаконично заявил Сергей, протягивая мне перед работой зеленую коробку с надписью «Puma». — Надевай!

Приподняв крышку, я посмотрела на презент и вскинула недоуменный взгляд на мужчину.

— Спасибо, конечно, но у меня хватает обуви.

— Ты сейчас про сапоги на шпильках, на которых ногу подвернула? — вопросительно выгнув брови, уточнил Сергей. — Давай прибережем их до твоего окончательного выздоровления.

— Я выздоровела.

— Закрытие больничного не означает, что надо скакать на каблуках, как горная козочка. — Сосед, который за эти дни практически прописался в моей квартире, сам достал из упаковки белый утепленный кроссовок и приложил его подошвой к моей ноге, сверяя размер. — Отлично! Побудешь пока горной кошечкой! Киса…

Снег пошел. Я прочертила ногой по земле большую дугу, сметая тонкий слой пороши, и поставила мыском две точки — глазки нарисованной рожицы. Рука сама потянулась за телефоном, чтобы отправить эту снежную улыбку гепарду, но я вовремя себя одернула: мой тайный собеседник уже четыре дня не отвечал на сообщения. Интересно, в чем причина его внезапного молчания? Он правда решил, что наши виртуальные отношения зашли в тупик? Или Сергей все же выполнил свою угрозу и…

— Где ты был? — спросила я его в тот же вечер, когда он как ни в чем не бывало вернулся в мою квартиру. — И что это у тебя в руках? Ты сделал копию ключей? Совсем обалдел?

— Не могу же я гонять тебя, хромую, каждый раз открывать мне дверь, — пожал плечами Сергей, раздеваясь и проходя в комнату. — Придется мне, киса, эти дни пожить здесь.

— Ха-ха, очень смешно, — сказала я без намека на веселье. — И я тебе не киса.

— То есть какому-то мужику можно называть тебя кисой, а мне нет?

— Ты его за это убить обещал, — напомнила я. — И возвращаясь к началу: где ты был?

Сергей внимательно посмотрел на меня, без труда поняв причину моего беспокойства.

— Волнуешься за него? Кто он тебе? — наконец задал он тот вопрос, которого я так боялась, потому что сама не знала на него ответ.

— Мой хороший друг, — выдала я полуправду. — Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось.

— Друг? Или все-таки мой соперник? — криво ухмыльнулся Сергей, не сводя с меня цепкого взгляда, под которым я невольно замялась. — Я не буду устраивать сцен ревности и кровавых разборок, не переживай. Просто надеюсь, что ты выберешь меня.

Сдержит ли он свое обещание? Задумавшись, я подставила лицо под колючие снежинки, тающие на теплой коже. Наверное, мне станет легче, когда я приду в кафе, увижу живого и здорового Кирилла, выпью рядом с ним чашку горячего кофе — и успокоюсь. Или, наоборот, разнервничаюсь еще сильнее оттого, что абстрактный образ гепарда обретет черты реального мужчины. Теперь, когда я почти не сомневалась в его личности, будет ли наше общение прежним? Будет ли оно вообще, наше общение?

Я потрясла головой, словно надеясь вытряхнуть оттуда дурацкие мысли, и смахнула с щек капли талого снега. Стоит смириться с тем, что в моей жизни больше нет места переписке, наполненной шутливыми пикировками, грязными намеками и откровенными сценами. Продолжать подобное было бы нечестно по отношению к Сергею, Кириллу и самой себе. Сейчас самое подходящее время сжечь мосты, оставив позади мое маленькое, ничего не значащее виртуальное приключение. Умом я это понимала, но сердце так и просило взять телефон и поделиться с невидимым собеседником какой-нибудь глупой мелочью.

«Знаешь что, котик? — набрала бы я после недолгих раздумий. — Я сегодня впервые за долгое время без каблуков».

Что бы он мне ответил? Наверняка опять свел бы все к очередной пошлятине, что-то вроде: «Комплексуешь? Уверен, ты можешь доминировать и без них».

«Эй, ты меня сейчас в презрении к мужчинам обвинил?» — возмутилась бы я.

А он бы, как всегда, проявил чудеса проницательности и уточнил: «Скорее, в недоверии к мужскому полу. Но, уверен, у тебя есть на то причины».

«Вот за что тебя люблю, так это за понятливость», — отпустила я мысленную реплику и замерла прямо перед входом в кофейню.

Можно ли любить человека, которого знаешь только по переписке? Существует ли оправдание для того, чтобы любить одного, а спать с другим? И почему так хочется увидеть на экране телефона короткий ответ:

«Я тоже тебя люблю, киса!»

— Ох, простите! — Крупный мужчина налетел на меня в дверях и чуть было не пролил кофе на мою короткую дубленку. — Тамара Михайловна? Какая встреча! Я вас не зашиб?

— Здравствуйте, Павел Ярославович, — поприветствовала я знакомого участкового и поспешила его успокоить: — Все в порядке, не переживайте. Вы торопитесь?

— Да так, заскочил за кофеечком, пока перерыв был, — ответил добродушный толстяк, в доказательство своих слов приподняв картонный стаканчик. — А хорошо, что мы с вами пересеклись! Горный вчера заходил, забрал-таки заявление на вашего Игоря, так что можете вздохнуть спокойно. Да и сынок его вас не тронет, уж мы об этом позаботимся.

— Сынок? — Я нахмурилась, пытаясь понять, откуда участковому известно о нападении: сомневаюсь, что Горный стал бы распространяться о моей угрозе подать в суд на его старшенького. — Вы об Алексее?

— О нем, родимом. Компания у него, конечно, та еще, но ребята, в целом, смирные, не из опасных. Видать, когда вас подстерегли, травки нанюхались — вот и берега попутали. Потом сами же испугались, чего чуть было не натворили.

Участковый совершенно неуместно хохотнул, как бы показывая пустяковость ситуации, и, приподняв фуражку, смущенно погладил свою блестящую лысину.

— Павел Ярославович, — начала я, несколько сбитая с толку неожиданным разговором, — а откуда вы все это знаете?

Мужчина досадливо крякнул и, шумно отпив кофе из стаканчика, ответил:

— Знакомые у вас хорошие, Тамара Михайловна, беспокоятся о вас, переживают. Попросили меня приглядеть, как бы беды не вышло.

— А знакомые — это…

— Заболтался я с вами совсем, а у меня сегодня дежурство! — поспешно протараторил блюститель порядка, покосившись на дверь кофейни. — Игорю привет передавайте, он у нас в отделении теперь своего