Соблазнительница - Стефани Лоуренс

Сквозь ласковую улыбку Елены проступила решимость.

— Я ничем не рискую. Ожерелье будет лежать на столе в центре комнаты — именно там, где дамы вроде меня, беззаботно относящиеся к своим драгоценностям, часто их оставляют. Никакой вор не станет терять время, чтобы напасть на такую маленькую и хрупкую старушку.

Артур, внимательно выслушав ее, произнес:

— Чтобы закончить с этим вопросом, обещайте — успокойте наши мужские и, я признаюсь, вполне естественные страхи, — обещайте, что сами вы ни в коем случае не станете хватать этого вора.

Елена рассмеялась:

— Хорошо, мой друг, обещаю. Я буду только смотреть — остальное сделаете, — она махнула рукой в сторону мужчин, — вы. Вы схватите вора прежде, чем он сбежит с моим ожерельем.

— А если это не получится, — проворчал Люк, — мы никогда не узнаем, кто этот вор.

Часы пробили полночь. Елена встала, следом за ней поднялись остальные дамы, решив, что разговор закончен. Проходя мимо Люка, герцогиня потрепала его голове.

— Я совершенно в вас уверена, mes enfants[5].

Люцифер, который стоя возвышался над Еленой, как и все мужчины в комнате, был вне себя от ярости.

На следующее утро все женатые мужчины убедились, что заставить их жен отказаться от задуманного Еленой им не по силам.

— Необходимо перекрыть все подходы к дому, — высказал свое мнение Люк, разглядывая план дома, разложенный на письменном столе. По бокам его, склонившись над планом, стояли Мартин и Люцифер.

Саймон стоял напротив, его взгляд перебегал с плана на лица мужчин, потом обратно.

— А что, и правда нет другого варианта?

— Нет, — ответил Люк, не глядя на него. — Все остальные варианты не подходят, поверьте нам.

К ним подошел Артур, посмотрел на них и грустно произнес:

— Мне страшно не хочется уезжать в такое время, но эти переговоры… они не станут ждать.

Все повернулись к нему.

— Не беспокойтесь, — улыбнулся Люк.

— Мы все сделаем, — подтвердил Люцифер.

— Главное, мы заручились обещанием герцогини не хватать вора, — усмехнулся Мартин. — Вы свою часть дела сделали, остальное доверьте нам.

— Ну хорошо, — вздохнул Артур. — Но если вам понадо бится помощь, сообщите Девилу.

Все кивнули. Артур вынул часы.

— Ну что ж, я, пожалуй, пойду посмотрю, готова ли Луиза. Предполагалось, что мы уедем еще четверть часа назад.

И он вышел из кабинета.

В холле он застал лихорадочно снующих взад-вперед горничных и лакеев, а также дам, собравшихся в кружок.

— Вот и ты, — обрадовалась Луиза. — А мы тебя ждем.

Минерва, Эмили и Энн попрощались с Артуром и пожелали ему благополучного путешествия.

Немного в стороне стояли, сдвинув головы, сестры-близнецы. Артур остановился, глядя на них с улыбкой, потом обнял Аманду и Амелию, притянул их к себе и поцеловал каждую в лоб.

— Будьте осторожны, — шепнул он дочерям. Они рассмеялись и тоже поцеловали его.

— Будь осторожен, папа.

— Приезжай к нам поскорее.

Вздохнув, он отпустил их, стараясь не думать о том, что опять расстается с ними надолго. Потом поцеловал руку Филлиде.

— И вы тоже, дорогая. — И наконец, повернулся к Елене: — Что же касается вас…

Та высокомерно подняла брови, в глазах ее плясали бесенята.

— Благодарю вас, со мной все будет в порядке. А вам пора отправляться, иначе вы не доберетесь до Лондона засветло.

Очередной прилив прощаний и пожеланий вынес всех за дверь. Артур спустился с Луизой с крыльца и подошел к тяжело нагруженной карете. Дверца захлопнулась, лакей от ступил, кнут щелкнул, карета тронулась.

— Скажи, ты доволен нашими зятьями? — спросила она.

— Они оба славные парни и, похоже, преданны нашим девочкам.

— Преданны? — Луиза улыбнулась. — Да, наверное, можно сказать и так.

— А ты? Ты ими довольна?

— Декстером — да, довольна. А Люк… в нем я не сомневаюсь, да и никогда не сомневалась. Кажется, они хорошо уживаются вместе, как я и ожидала, но что-то мне еще не вполне ясно. Но поверь, все утрясется. Я попросила Елену присмотреть за ними — она, конечно, это сделает. — Луиза погладила мужа по руке. — Не стоит волноваться — они справятся.

Артур хмыкнул, откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. И решил, что, наверное, так и будет — либо судьба, либо Елена позаботятся обо всем.

Летний бал было решено назначить на вечер ближайшего воскресенья. Это давало пять дней на подготовку — можно было все успеть, и все-таки времени оставалось в обрез. Первое, и самое главное, — это приглашения; сразу же после ленча дамы их написали, затем все грумы и младшие конюхи развозили их по адресам.

После этого семья просидела три часа в гостиной, обсуждая, решая и составляя списки. Порция и Пенелопа убедили мисс Пинк, что их присутствие на совете необходимо для их образования — оно научит их, как должны вести дела леди; над их предложениями то и дело смеялись, но кое-какие из них были учтены и записаны.

Первый список — развлечения, второй — угощение, третий — мебель, четвертый — утварь: посуда, приборы, бокалы и прочее.

— Нужно уточнить порядок церемонии, — заявила Пенелопа.

Минерва улыбнулась, а Порция поддержала сестру:

— Да, Пен права. Необходимо составить расписание того, что и в какое время должно происходить.

Вид у нее был вполне невинный. Дамы переглянулись. Предполагалось, что ни Порция, ни Пенелопа, ни Эмили и ни Энн ни о чем не догадываются.

— Вы имеете в виду фейерверк и танцы? — спросила Амелия.

— И время, когда подадут угощение, и все такое. — Портция нахмурила лоб: — Мне кажется, такой список просто необходим.

Все вздохнули с облегчением; Порция и Пенелопа это заметили, но Филлида и Аманда тут же взялись обсуждать их предложение, мгновение пролетело, а с ним и вертевшиеся на языке у девочек вопросы.

Когда довольные проделанной работой девочки отправились прогуляться по лужайке, Амелия расслабилась в своем кресле и посмотрела на Филлиду, сидевшую рядом с Амандой.

— Я знаю, что вам не терпится вернуться к себе в Коу-лайтон. Мы не можем просить вас отложить отъезд…

Филлида жестом прервала ее:

— Мы с Аласдером обсудили этот вопрос еще вчера вечером. Мне очень хочется вернуться домой, но… Я никогда не прощу себе — и он, я думаю, тоже, — если мы уедем, а все пойдет не так, как нужно, только потому, что вам не хватит помощников.