Ещё один поцелуй - Стелла Так

Я была измотана, вся семья была измотана, в конце концов, мы бы полетели в пропасть, увлекая за собой и детей. Кто-то должен был разорвать порочный круг. Поэтому я ушла… Несмотря на сопротивление со стороны королевской семьи, я развелась с Филиппом и сбежала так далеко, как только могла. Даже с твоей бабушкой и Сесилией я оборвала связь. — Мать замолчала и посмотрела на меня.

Я не знал, что сказать. В комнате стало невероятно тихо, а в саду уже вовсю пели птицы.

— Ты прав, Прескот. Во всем. Я плохая мать и, возможно, не очень хороший человек. Но я тогда сбежала, чтобы защитить вас. Прошло уже много лет, и Оскар стал ядом для моей души. Я слишком слаба и мне так не хватает этого яда! Надеюсь, тебе повезет в любви больше, чем мне, сын мой. Думаю, ты сильнее меня. Вот и все, что я хотела тебе сказать. — Мать вздохнула, и только теперь я заметил, что она все время держала свою мягкую ладонь у моей щеки.

Я резко отвел взгляд.

— Почему ты ничего не рассказала мне раньше? — тихо спросил я.

Она улыбнулась и надела солнцезащитные очки.

— Я заслуживаю того, чтобы меня ненавидели, — просто ответила она. — До свидания, сын. — И с этим словами она вышла из комнаты.

Мне стало трудно дышать. Мать будто забрала с собой весь кислород.

Я опустился на диван, где некоторое время назад сидела мать (обивка еще сохранила тепло ее тела), и попытался осмыслить только что произошедшее. Кофе! Мне нужен кофе!

В комнату постучали, и я резко вскочил на ноги.

— Сильвер? — воскликнул я с надеждой и вдруг запаниковал. Может, в коридоре стоит отец… или даже дядя… в общем, кто-то, тоже желающий вывернуть душу наизнанку.

Однако это была Карла, которая приоткрыла двойные двери и улыбнулась.

— К сожалению, нет, — весело сказала она. — Мисс Сильвер сейчас на кухне. Она чистит картошку.

— Что она делает? — Я заморгал.

Карла рассмеялась, и у нее на щеках появились ямочки.

— Такаши попросил меня принести вам свежий кофе, — сказала она, поставив на стол кофейник, из которого соблазнительно пахло.

— Тебя послали небеса, — с облегчением пробормотал я.

Горничная быстро налила мне чашку кофе, причем еще до того, как я успел попросить ее об этом.

— Присаживайтесь, пожалуйста, мистер Прескот. Вы какой-то бледный, — озабоченно заметила она, подтолкнув меня к дивану.

— Спасибо, я в порядке. Что там с Сильвер и картошкой? — спросил я с улыбкой.

— Я не совсем уверена, но мисс Сильвер уже довольно долго тиранит кухонный персонал. Выпейте кофе, прежде чем бежать за ней. У вас будет непростое время. О вчерашнем инциденте все говорят.

— Как плохо, — проворчал я, делая глоток кофе и скривившись. Вкус был чертовски горьким и что-то напомнил мне. Только что?

— Я не знаю всего, но ваш отец и дядя Оскар уже уехали и запретили прессе проникать на дворцовую территорию.

— Хм… — промычал я. — Ты случайно не видела Эву?

— Я принесла ей завтрак. Учитывая обстоятельства, с ней вроде бы все в порядке. Вам не стоит беспокоиться о кузине.

Я кивнул.

— Что бы мы делали без тебя, Карла? Ты как добрая фея-крестная!

Карла посмотрела мне в глаза.

— Неужели? Вот как вы меня видите?

Я почувствовал легкое головокружение и прищурился.

— Да, конечно. Мне кажется, мы знаем друг друга целую вечность.

Карла склонила голову набок и замялась.

— Конечно, но так оно и есть, мистер Прескот. В конце концов, я была рядом с вами с момента вашего рождения и с тех пор люблю вас. Я бы сделала для вас все что угодно.

— Что? — Я уставился на нее и сглотнул: горький привкус распространялся по глотке все сильнее и сильнее.

Карла подошла ближе и села возле меня.

— Хотя мне было всего четыре года, но я хорошо помню тот день, когда увидела вас впервые. Ваша мама разрешалась от бремени дома — на этом настаивала ее матушка.

Роды были тяжелыми и длились много часов. Но потом на свет появились вы… а спустя некоторое время в комнату ворвался ваш дядя. Он начал громко кричать, и мне стало страшно. Ваша мама тоже закричала в ответ, а вы расплакались. Мне было так жаль вас, поэтому я схватила вас на руки, прижала к себе и спряталась в шкафу. Я сидела там, пока взрослые не перестали ругаться. Им понадобился целый час, чтобы найти нас, зато вы уже не плакали. Это сделало меня счастливой. — Она улыбнулась.

Я смотрел на Карлу, и что-то в ее улыбке мне не нравилось. Лицо горничной расплылось у меня перед глазами, а горький привкус во рту исчез, зато челюсть внезапно онемела, а затем и шея потеряла чувствительность.

— Что… — выдавил я и понял, не ощущаю своих пальцев. Я услышал только стук: чашка выпала у меня из рук и грохнулась на пол.

— Я всегда была с вами, — прошептала Карла. — Правда. Я знаю, вы ничего не помните. Но вы часто проводили время со мной, будучи маленьким ребенком. Я была счастлива, а рядом со мной вы не грустили. Думаю, мы созданы друг для друга… у меня разрывается сердце, когда я вижу, как вам делают больно другие люди: дядя, отец, мать… и мисс Сильвер. Но не волнуйтесь. Я обещаю, все будет хорошо. Скоро вам больше не придется печалиться. Мы будем счастливы вместе.

Я снова сглотнул. Ее слова звучали искаженно, отдаваясь эхом в голове. Все в комнате перевернулось, а мое сердце забилось от страха и паники.

Карла не отводила от меня взгляда, а я наконец мучительно медленно вспомнил, почему горечь, появившаяся во рту, была мне знакома. Точно такой же привкус я почувствовал, когда пил шампанское на балу.

Только теперь привкус был гораздо сильнее.

У меня в сознании пронеслась одна мысль. Я обо всем догадался. Но тут на меня нахлынула паника, и горло сдавило так, что едва не задохнулся.

— Что… — забормотал я, но у меня уже потемнело в глазах.