Чернильные цветы - К.О.В.Ш.

– Нет, она совсем не такая, – покачал головой Рома. – Ладно, мам, я поехал.

Наспех клюнув мать в щеку, парень заскочил в прихожую и накинул куртку. Прихватив ключи от машины, он выскочил во двор. Здесь и сейчас ему нужна была Лу. Такая несносная, но такая необходимая.

* * *

Лу с Роксой досматривали вторую серию «Черного зеркала», когда в кармане мелкой завибрировал телефон.

– Поставь на паузу, – попросила она. Взглянув на экран, она сбросила вызов и щелкнула мышкой, снова включая сериал.

– Не ответишь?

Роксана, как ревнивая жена, нагло уставилась на дисплей, на котором высветилось короткое сообщение: «Выходи».

– Нет. – Лу нахохлилась, натягивая плед по самый подбородок. – Мне уже плевать.

– Поэтому ты все эти дни то и дело пялишься на экран? – фыркнула старшая. – Я же говорила, что он позвонит.

– И что с того? – Мелкая упрямо не смотрела на нее, изображая крайнюю заинтересованность в происходящем на мониторе.

– Ты ждала, и он позвонил. Поговори с ним.

– Не буду.

– Но ты же хочешь, – искушала старшая.

Она уже устала смотреть, как Лу шарахается по квартире и нервно теребит телефон. Несмотря на наличие собственных проблем, ей было тяжело видеть сестру в таком состоянии. Да и она знала по себе, что такое первая серьезная размолвка. Приятного мало. Она не знала, что у них там произошло, но видела, что Лу страдает.

– Он меня бросил.

– Господи, – Роксана вздохнула так тяжело, как только могла, – не бросил он тебя. Я тебе с самого начала говорила. Мужчины иногда уходят в пещеру, чтобы обдумать…

– Да вертела я его пещеру, – тут же завелась Лу. – Я что, каждый раз буду сидеть и ждать, пока он что-то надумает?!

– Ну, так поговори с ним! Что за детский сад?

– Не буду! Пусть сгниет в своем гордом одиночестве, – капризничала Лу, но уверенность в ее голосе таяла.

– Все, вали к нему. Поговори. В конце концов, оставь последнее слово за собой. Брось его сама, – напутствовала ее Роксана, выталкивая из комнаты.

– Не хочу бросать, – по-детски искривив губы, сказала Лу.

– Ну, тогда помиритесь. И помни, в конфликте виноваты двое, но женщина всегда права.

Рокса с легкой усмешкой наблюдала, как Лу носится по комнате, натягивая джинсы и подкрашивая глаза. Сколько бы она ни вещала, как ей стало плевать на Рому, старшая видела, что она ждала, когда он приедет. А теперь хочет поизображать гордую женщину, но при этом подозрительно усердно выводит ровные стрелки и расчесывает волосы.

Рокса ожидала чего-то такого и была довольна, что у этой безумной парочки твиксов дело идет к миру. Как ни парадоксально, но Рома с Лу оказались куда более многообещающей парой, чем ей казалось вначале. Между ними было что-то такое, чего никогда не было у нее. Какой-то нерв, и в то же время нежность. Казалось, они оба не созданы для отношений, но было в них что-то, что давало надежду на «долго и счастливо». А может, ей просто хотелось так думать.

В любом случае сейчас Лу казалась вполне довольной. Накинув пальто, она обняла сестру и упорхнула из квартиры.

– Не досматривай без меня! – крикнула она перед тем, как захлопнуть дверь.

– Да щаз!

* * *

Лу нарочито медленно шла к синей «Мазде», остановившейся на обочине. Завидев ее, Рома вышел на улицу и пошел ей навстречу. В руках он сжимал небольшой букет фиолетовых тюльпанов, перетянутых белой лентой. Он помнил о том, как мелкая, смеясь, пересказывала ему разговор с Нютой о цветах и вазах, а также о том, что фиолетовый ее любимый цвет. Он почти не дарил ей цветы, но сегодня что-то заставило его остановиться у цветочной палатки.

– Привет.

Рома протянул ей цветы, чувствуя себя крайне нелепо. Он никогда не просил прощения и не собирался изменять этой привычке. Но нужно было сказать хоть что-то.

Лу с сомнением посмотрела на букетик. Просто взять его и сделать вид, что ничего не было – что может быть проще. Только вот Рома не упускал случая повоспитывать ее, а ей не хотелось так вот легко уступать. Хотелось, чтобы он в кои-то веки оказался не прав.

Рома чувствовал себя все более глупо. Он стоял, протянув руку, и ждал, когда она заберет цветы, которые он так старательно выбирал для нее.

– Мелкая, ну ты чего? – в конце концов спросил он.

– Я думала, мы расстались, – просто сказала Лу, посмотрев на него. – Ты уехал.

– Ты орала, как сумасшедшая. Что я должен был сделать?

Деланое равнодушие в ее глазах бесило больше всего. Просто выводило из себя.

– После того как унизил меня и выставил на посмешище, лучшее, что ты смог сделать – это сбежать?

Она смотрела на него так насмешливо, что захотелось втоптать чертов букет в грязь.

– Я и сейчас хочу это сделать.

Тупик. Они смотрели друг на друга, страстно желая, чтобы все это закончилось. Чтобы все снова стало хорошо. Забыть про эту глупую ссору. Но кто-то должен был сделать первый шаг. Лу не выдержала первой.

– Не надо. – Она переступила через себя, чтобы сказать это. – Я не выношу, когда меня бросают и игнорируют. Это хуже всего.

И вся Ромина злость мгновенно исчезла. Она стояла перед ним такая грустная и хрупкая. Он вдруг четко увидел, что ее тщательно подведенные глаза выглядят воспаленными, словно она почти не спала или много плакала.

Так старается казаться взрослой и сильной, да только вот у нее на лице написано, как он ее ранил. И впервые его это не раздражало. Не хотелось развернуться и уйти. Хотелось утешить ее.

– Возьми, – попросил он.

Лу нерешительно протянула руку и обхватила зеленые стебли тонкими пальцами. Руки их на мгновение соприкоснулись, пуская ток. Как и каждый раз, когда они были вдвоем.

– Ты ничего не сказал ей, там, на улице. Почему? – дрожащим голосом спросила она.

– Ты что, ревнуешь? – неожиданно весело спросил Рома. – Вот дура.

Лу хотела было уже выплюнуть ему в лицо очередную порцию ругательств и оскорблений, но парень даже слушать ее не стал и прижал к