Смертельные иллюзии - Бренда Джойс

– Колдер?

Он окинул ее жадным взглядом.

– Я хочу заняться с тобой любовью, – тихо сказал он.

Франческа опешила.

Она вспомнила о том, что он убеждал ее, что не верит в любовь. Более того, он говорил, что ни разу в жизни не занимался с женщиной любовью.

– Что ты сказал? – Она опустила глаза.

Он повторил:

– Я хочу заняться с тобой любовью.

Она чувствовала, что теряет самообладание и разум.

– Как-то ты сказал мне, что никогда не занимался любовью с женщиной.

– Никогда.

Что это значит? Он признается ей в любви?

– Колдер?

– Я хочу передать тебе свои чувства. – Он провел пальцем по ее щеке. – И хочу, чтобы ты ощущала то же, что и я.

Франческа чуть не потеряла сознание. Она готова к этому – готова как никогда раньше.

– Пожалуйста, – прошептала она, глядя на него с мольбой.

Харт тоже ей улыбнулся.

– Твое желание для меня закон, – сказал он и принялся расстегивать пуговицы ее жакета, а затем и блузки. Она следила за его ловкими пальцами, и сердце колотилось все сильнее. Нет, она больше не выдержит.

Франческа сбросила юбку и попыталась снять корсет.

– Только не упади в обморок, дорогая. – Харт прижался к ней всем телом. – Мы еще только начали.

Она пискнула и обняла его в надежде, что корсет скоро будет лежать на полу рядом с остальной ее одеждой.

– Я так хочу этого, – пробормотала она. – А ты даже ко мне не прикоснулся.

– Это упущение поправимо. – Он положил ладонь ей на грудь и прижался губами к соску. Франческа вскрикнула от внезапного удовольствия. Она даже не заметила, как белье уже упало к ее ногам.

Харт страстно целовал ее грудь.

Она бесстыдно запрокинула голову и застонала:

– Давай же!

Харт окинул ее затуманенным взором, затем осторожно опустил на ковер на полу. Жадные губы ласкали ее тело, руки раздвигали бедра.

Франческа ощущала, что тело ее становится невесомым, погружается в блаженство. Она чувствовала на себе его руки и губы. Его ласки становились все более требовательными.

– Я хочу подарить тебе истинное наслаждение, – с жаром шептал он, и через мгновение она уже ощущала, как его язык проникает в глубь ее тела. Франческа закричала, впившись ногтями в его плечи. Ее закружил вихрь страсти, дарующий возможность познать наивысшее наслаждение.

– Возможно, нам надо чаще ссориться, – донеслись до нее слова Харта.

Она заставила себя приподнять голову и посмотрела ему в лицо:

– Ненавижу ссоры, но каждый твой взгляд, твои ласки вызывают во мне непреодолимое желание.

Харт нашел ее губы и стал медленно целовать ее, наслаждаясь каждым мгновением.

Франческа уперлась ему в грудь и оттолкнула.

– Ты сказал, что хочешь заняться со мной любовью. – Она потянулась к пуговицам на его брюках. – Думаю, момент в высшей степени подходящий.

– Я и занимаюсь с тобой любовью, милая. – Он перевернул ее на живот и стал целовать плечи, спину, ягодицы. По ее позвоночнику побежали мурашки.

– Я понимаю, чего ты от меня ждешь, дорогая, – прошептал он ей на ухо.

Она почувствовала, что твердая как сталь мужская плоть уперлась в ее бедро.

– Однажды, – хрипло продолжал Харт, – ты узнаешь, что такое страсть и наслаждение.

– Однажды? Но ты сказал, что займешься со мной любовью сегодня!

Огненной стрелой ее разум пронзила мысль о том, что им еще очень далеко до взаимопонимания. Франческа напряженно сжалась, ее охватила злость вперемешку с разочарованием.

Харт прикоснулся губами к уголку ее рта:

– Я же не сказал, что собираюсь нарушить обещание дождаться первой брачной ночи.

– Ты настоящий мерзавец!

– Сколько страсти в одной хрупкой женщине.

И она опять оказалась в его объятиях, и он снова и снова ласкал ее и дарил счастье наивысшего наслаждения.

– Еще слишком рано, – прошептал Харт. – Я обещаю подарить тебе этим вечером огромное удовольствие.

Франческа нашла его руку и крепко сжала. Сознание медленно возвращалось к ней. Близость с этим мужчиной не была похожа ни на что, о чем она так мечтала. Даже представить было невозможно, что существует такая страсть, что она может быть такой неукротимой, всепоглощающей и ненасытной. Она прильнула к нему. Удивительно, ее тело готово еще и еще отзываться на его прикосновения. Только сейчас она поняла, что лежит совершенно обнаженная, а Харт почти полностью одет.

– Нам лучше перебраться в постель, – прошептал он. – Я хочу еще насладиться твоим телом. – Харт улыбнулся.

Франческа молчала, не в силах подобрать слова.

– Ты что, язык проглотила?

Она никогда не ощущала такую блаженную слабость. Франческа закрыла глаза и поцеловала его в плечо сквозь ткань рубашки.

– Да, – только и смогла произнести она.

Харт рассмеялся, довольный собой:

– Развратница! Как просто тебя завести!

Франческа приоткрыла глаза, придавая лицу кокетливое выражение.

– Это плохо?

– Интересно, – он смотрел прямо на нее, и в глазах заплясали чертики, – я могу воздействовать на тебя так же в гостиной, например, или в столовой за ужином?

Она поняла его и тихо вскрикнула.

Харт сел, на лице появилось загадочное выражение.

– Да, я испорченный до мозга костей человек.

Франческа взяла его за руку:

– Значит, и я тоже – и очень этому рада. Если ты хотел узнать, что я думаю по этому поводу, то скажу, что я бы с удовольствием поэкспериментировала и посмотрела, что из этого получится.

Харт посмотрел на нее с недоверием. Франческа чувствовала, что краснеет под этим взглядом.

– Ты, безусловно, имеешь надо мной власть, Колдер. – Она обхватила ладонями его лицо. – Считаешь меня слишком порочной?

– Нет. – Он прижал ее к себе. – Я все знал о тебе в тот момент, когда впервые увидел.

Франческа была удивлена:

– Колдер, я сама не предполагала, что во мне кроется такая страсть.

Он тихо усмехнулся:

– А я знаю. И всегда знал. Образ синего чулка лишь маска. – Он помолчал. – Мне очень хочется подняться с тобой наверх, но я опасаюсь, нас поймают.

Она все поняла и кивнула.

– Что ты будешь делать с папой?

Харт медленно встал и принялся приводить в порядок одежду. Затем он повернулся к Франческе и грустно усмехнулся: