Цена свободы - Ирина Бутузова

может потом выйти нам боком. Я вообще, находясь рядом с ней, не мог всерьез на нее сердиться, и уже очень даже хорошо понимал Мортре. Отчасти я сам виноват в случившемся. Надо было ей запретить, запереть, хотя бы уговорить! Хотя кого я обманывал? Я бы не смог, да и никто бы не смог…. Разве что держать ее лично, в постели, и не обязательно руками. Мысли ушли не в ту сторону, и я потряс головой, чтобы их отогнать.

А вот на остальных, тех, что ждали меня внизу, я сердился, и это еще очень мягко сказано. Чтобы она не значила для них, Ру моя. И пусть только попробуют это не принять!

Ждал меня не только король, пока я спускался, насчитал еще четверых, уловив уже знакомую ауру Азавии, и еще три. Одна из них, скорее всего, Алазар, а две были совершенно незнакомые, красная и желтая. Я не знал, но это само откуда-то пришло, огонь и земля. Перед тем как зайти внутрь я потянулся и забрал от каждого понемногу, так на всякий случай.

Все взгляды скрестились на мне. Тревожный Азавии, задумчивый короля, недоуменный Алазара. Его я понимал, до этого вечера уши у меня были другой формы. И еще два любопытных, от высокой темноволосой эльфийки в красном, и очень старого эльфа, судя по абсолютно выцветшим волосам и глазам, в золотом.

— Проходи, — улыбнулся мне Луаз, — Располагайся и рассказывай.

— Я? — проигнорировав предложенное кресло, я, как и они остался стоять, — Скорее это мне нужно спрашивать, что тут делает моя жена? — я с укором посмотрел на Азавию и Алазара.

— Не далее как вчера это еще был он, — нахмурился Алазар и ткнул в меня пальцем, — И я уверен, что ты в курсе этого! И ты мне врал в лицо! — мои уши его тоже сильно заботили, но он промолчал.

— Я не врал. Мы с ней договорились, что останется только Ру. И так и было, пока кое-кто не решил за нее, — теперь я посмотрел на Азавию, я не собирался называться ее учеником, это было глупо хотя бы потому, что и Алазар и второй король прекрасно знали кто я. Мы же подписывали договор с черным лесом. Даже уши только мешали, но да это мелочи.

— То, что она ее скрыла от всех нас, отдельная тема, — кивнули Луаз и Алазар одновременно, — И тебя это не касается.

— Еще как касается! — возразил я, — Родители Ру не подписывали никаких бумаг, так что забрать ее вы не можете.

— Можем, — снова в один голос сказали они, а Луаз пояснил, — Тут слишком особые условия, и речь идет уже не о конкретной личности, и даже не о маге. Мы не можем отдать её не тому. Неужели ты развяжешь войну с эльфами ради одной единственной женщины? У нас, к сожалению, другого выбора нет.

— Ты же видел, что мы можем, — тут же добавил Алазар. Они что, пытаются мне угрожать?

— Чтобы забрать Ру, армия мне не понадобиться, — очень зло бросил я, зачерпывая к себе еще силы.

Побледневшая, как полотно Азавия, кусала губы, но помогать ей я не собирался. Если хочет рассказать, то пусть делает это сама. Никто ее за язык не тянул, и не я обещал быть на стороне Ру.

— Стойте! — все же решилась она, но сказала не то, что я ожидал, — Ру его любит, и не примет никого другого.

Алазар и те двое недовольно зашипели, а Луаз лишь фыркнул:

— Она человек! — он посмотрел мне прямо в глаза, — Как и ты, не смотря на форму ваших ушей. И сможет это пережить, а со временем и полюбить другого.

— Если ты думаешь, что хорошо знаешь людей, то ты ошибаешься! — я достал меч и встал в стойку, — И если вы попробуете помешать мне ее забрать, то я просто вас всех убью.

— Ты?!! — расхохотался Алазар, — В тебе же нет ни капли магии! Риз ты мне нравишься, правда, но ты всего лишь человек. Ты не сможешь этого сделать.

— А ты проверь, — перевел я взгляд на него. Охотник нахмурился, он лучше остальных уже знал, что просто так я словами не разбрасываюсь. Он зашарил за пазухой и что-то вынул, я напрягся, но это оказалась та самая стеклянная пирамидка. Алазар подошел и протянул ее мне, с совершенно серьезным лицом.

— Докажи, — прищурился он, — Рискнешь?

Я убрал меч и протянул пальцы к пирамидке, но еще до того, как я ее коснулся, она ослепительно вспыхнула, раскололась и взорвалась, рассыпавшись на мелкие осколки, один из которых поцарапал щеку Луаза, а на остальных просто замерцали щиты. О как? Он один не собирался со мной сражаться? Или он настолько уверен в себе?

Я почувствовал, как подо мной появились две печати, красная и желтая, и хотел уже их снять, но передумал. Вокруг меня замерцала клетка, которую пытался поставить маг в золотом, но она так и не материализовалась, а просто исчезла, как и обе печати. Колечко работало, и иммунитет к их магии у меня действительно был. Неуловимо быстро я переместился к старику и нажал на нужные точки, а затем то же самое проделал и с женщиной в красном. Они слишком надеялись на свою магию, и не потрудились защитить себя даже простенькими доспехами. Оба захрипели, и повалились на пол.

— Риз! — упрекнул меня Алазар, кинувшись к сородичам, и снял блоки, — Я не знаю, как ты это получил, — он посмотрел на Луаза, — Но теперь стоит воспринимать его очень серьезно.

— Теперь он может ее забрать, — вмешалась Азавия, встав перед королем сумрачных эльфов, — По тому же праву, что и ты.

— Вот только она мне нравится, — Луаз смотрел мне прямо в глаза, а в его руке появился огонек, — И я не собираюсь её отпускать.

Небольшая молния, влетела в меня, рассыпавшись искрами и не причинив никакого ущерба. Настолько небольшая, что было понятно, король просто проверял. Я прыжком сократил дистанцию, на ходу доставая меч и нанося удар, Луаз с легкостью его парировал. Скрестив мечи мы смотрели друг на друга, и что самое интересное в его взгляде не было вражды или угрозы, а только любопытство и вызов, если бы цвет его глаз был не лиловым, а зеленым, я бы запросто спутал его с Руфисом. Зато сзади меня тут же засверкало и наэлектризовалось, да так, что стены дома затряслись и кое-где потрескались.

— Стоять! — крикнул Луаз мне за спину, не отводя от меня взгляда, — Не здесь! Завтра, на арене, — и добавил уже для