Лик бесчестья - Айрис Джоансен

– Скотт сделал ему укол. Все получилось очень быстро, очень гуманно. Он совсем не мучился. – Лайза тяжело дышала, пытаясь успокоиться. – Ты проявила жестокость, заставив меня смотреть на череп, Ева.

– Не тебе рассуждать о чужой жестокости. По твоему приказанию были убиты Гэри и Джил, чуть не погиб Джо.

– Теперь ты довольна? А ты суровая женщина, Ева. Напрасно я тебя жалела.

– Намекаешь на свое намерение со мной расправиться? Ты ведь не собираешься меня отсюда отпускать?

– Я просила тебя подбросить череп, потому что знала, что не смогу оставить тебя в живых, если мы встретимся лицом к лицу. Такая уж у меня работа, Ева… – Она резко обернулась к Тимвику. – Пора улетать, Джеймс. Разберитесь с ней.

Тимвик медленно поднялся с земли.

– Хотите, чтобы я ее убил?

– Нет, не хочу. Но иначе нельзя. Делайте свое дело!

Тимвик покачал головой, развернулся и зашагал к вертолету.

– Джеймс!

– Провались ты!

Лайза застыла как вкопанная.

– Мы обо всем договорились…

Тимвик распахнул дверцу вертолета.

– А как насчет приказа Фиску устранить и меня? Когда это должно было случиться?

– Не понимаю, о чем вы…

– О списке. Вы вручили Фиску еще один список. Я его видел. Он соединил его с моим. Я знаю его почерк.

– Как вы могли видеть то, чего не существует? – Лайза облизнула пересохшие губы. – Если такой список и существовал, я не имею к его составлению никакого отношения. Сами знаете, Фиск часто действовал по собственной инициативе.

– Он не кусал кормящую его руку, если не появлялась другая кормящая рука. Вы решили, что я вам больше не нужен.

– Это недоказуемо. Фиска нет в живых.

– Вы бы нашли, кому поручить мое уничтожение.

– Вы совершаете ошибку! – Лайза заторопилась к вертолету. – Выслушайте меня, Джеймс!

– С меня довольно. Я сматываюсь.

– Вас поймают!

– Не поймают, если все пойдет по плану. Как мы и договаривались, я свяжусь с Кэмп-Дэвидом и передам, что мы вылетели. У меня будет время, чтобы скрыться. – Он сел в вертолет. – А ты гори в аду, стерва!

– Тимвик! – Лайза вцепилась в дверцу. – Это ловушка! Все ложь! Как вы можете отказываться от блестящего будущего? Кевин назначит вас…

Вертолет взмыл в воздух. Лайза распласталась на земле. Ева наблюдала, как она барахтается в траве, как встает на четвереньки, как ищет ее полным ненависти взглядом.

– Это все ты!

– Скорее ты сама. Ты же сказала мне, что Тимвик запаниковал. В панике человек хватается за любую соломинку.

– Ты меня подставила! – В голосе Лайзы все еще звучали нотки неверия в происходящее.

– Да, план принадлежит мне. Но список Тимвик получил от Логана.

– Когда я сказала, что со мной будет Тимвик, ты возражала…

– Я заранее знала, что ты захочешь притащить Тимвика. Этого требовало здравомыслие, а ты женщина здравомыслящая, даже очень. Если бы ты его не позвала, он бы сам тебя уговорил, что лететь без него – безумие. – В Евиной улыбке не было ни тени веселья. – Но обошлось без уговоров.

– Все равно тебе несдобровать. Я обойдусь и без Тимвика… – Лайза испуганно зажала себе рот. – Боже, при тебе диктофон?

– Конечно.

– Ты показала мне череп Бена специально, чтобы я раскололась…

– Примерно так. Обычно люди пугаются скелетов. Особенно когда это скелеты их жертв.

Лайза молчала – видимо, прокручивала в голове их разговор.

– Дело плохо, но не безнадежно. Любую запись можно по-разному интерпретировать в суде…

– Наш разговор слушали трое свидетелей, приглашенные Логаном: репортер «Атланта конститьюшн» Питер Браун, судья Верховного суда Эндрю Беннетт и сенатор Дэннис Летроп. Как видишь, все трое – уважаемые граждане. Логан потрудился на славу: почти целый день убеждал Тимвика, что он – твоя следующая жертва.

Лайза побледнела и внезапно стала выглядеть вдвое старше своих лет. Снова опустившись в примятую траву, она пробормотала:

– Отдаю должное твоей хитрости. Я с самого начала предупреждала Тимвика, что тебя надо опасаться. Он провел меня с металлоискателем, но другие приборы ясно показали, что вокруг ни души, так что до появления Логана у нас есть немного времени…

Ева кивнула.

– Это хорошо. Мне нужно несколько минут, чтобы прийти в себя. Трудно смириться с мыслью, что все пошло прахом… – Лайза с трудом проглотила слюну. – Я думала, что ты у меня в руках. Что Бонни – ключ к твоему повиновению.

– В этом ты не ошиблась.

– Почему же ты не воспользовалась шансом?

– Слишком высоки были ставки. Ты покусилась на дорогих мне людей.

– А ведь я собиралась выполнить свое обещание! Я бы организовала поиск Бонни. Я бы лучше себя чувствовала, если бы сдержала слово.

– Верю.

Лайза выпрямилась. Ева напряглась всем телом.

Лайза покачала головой.

– Можешь меня не опасаться. Ты победила: я уничтожена.

– Ты сама себя уничтожила. Куда ты идешь?

– Я бросила череп Бена, когда бежала к вертолету… – Она нашла череп и снова опустилась на колени. – Как он мал! Странно… Бен был очень велик – и телом, и душой, и умом.

– Ты истребила и тело, и душу, и ум.

Лайза, казалось, не слышала ее слов.

– Он был так умен! Он умел мечтать и претворять свои мечты в жизнь. – Она погладила череп и прошептала:

– Ты был удивительным человеком, Бен Чедберн!

Ева не поверила своим глазам: прикосновение Лайзы к черепу походило на ласку любящей женщины, по ее щекам струились слезы. Она подняла голову.

– Желтая пресса напечатает фотографии… Они обожают кошмар и уродство. Не позволяй им позорить Бена! Я хочу, чтобы его вспоминали только в расцвете сил. Борись за него! Ты мне обещаешь?

– Обещаю. Никаких фотографий, кроме тех, что потребуются как улики для суда. После этого он будет предан земле.

Лайза долго молчала, потом заговорила полным удивления голосом:

– Мне это действительно важно. Бен относился к таким вещам иначе: он твердил, что важнее то, что мы оставляем после себя, а не то, во что мы превращаемся после смерти и куда деваются наши останки. – Она не стеснялась слез. – Как мне больно на тебя смотреть, Бен! Не думала, что нам доведется встретиться снова. Ты говорил, что этого не случится.