Ненавижу и прощаю... - Наталия Батори

Поговорив с Виолеттой, Сергей отложил в сторону телефон и вернулся в зал. Аня спала, свернувшись в клубочек и прижавшись к спинке дивана. Умостившись рядом, Сергей осторожно выпрямил ее ноги и, положив руку девушке на талию, прижал к себе. Она зачмокала во сне и перевернулась, уложив голову ему на грудь. Опустив глаза, Сергей улыбнулся – Аня хмурилась, даже когда спала. Убрав с ее лба спутанные волосы, он уткнулся подбородком в макушку девушки, прикрыл глаза и уже начал дремать, когда ее рука легла ему на талию, а сама Анна прижалась теснее. По телу пробежала волна тепла, но это было не просто физическое влечение. Чувство осело в груди и так там и осталось. Столяров хотел ее. Все еще хотел. Желание тлело глубоко внутри, но оно было иным, что ли. Ему ничего не стоило разбудить ее сейчас, еще сонную заласкать и взять. Она не сказала бы «нет», он был уверен. Но не хотел. Почему-то сейчас они были ближе, чем в минуты самого дикого секса. Не накрашенная, с растрепанными волосами и завернутая в его халат, Анна была куда более обнажена, чем если бы была полностью раздета. Безоружная.

«О чем ты вообще думаешь, Ромео хренов?!»

Сергей и сам не понимал, о чем думает. Почему то, что он раньше считал романтической ересью, сейчас распирало все в груди и мешало нормально дышать? Почему сейчас он, наконец, чувствует умиротворение?

Поток «почему» был бесконечен. Усталый мозг отказывался искать ответы на эти вопросы, и вскоре мужчину сморил сон. Просто сон, без сновидений. И он рад был бы поспать подольше, но пришел доставщик из ресторана. Потом и Аня проснулась. Выделив ей из своего гардероба пайту и трикотажные треники, Соляров с улыбкой наблюдал, как девушка, заколов карандашами волосы, выкладывает на тарелки аппетитные блюда. Подшучивал, когда она сосредоточенно нарезала хлеб и мыла виноград. Отскакивал, когда длинная нога стремительно выбрасывалась вперед, целясь ему под зад. Это было как будто привычно и так по-домашнему уютно, что он даже растерялся, когда все переменилось после звонка Виолетты.

Когда раздалась трель мобильного, Аня с улыбкой приняла вызов, но уже через минуту переменилась в лице.

- Нет, не нужен мне ни его номер, ни его звонки… не хочу ни знать, ни слышать! - рубанула непривычным для нее сухим тоном Аня и, сбросив вызов, отшвырнула телефон. Недавно улыбающиеся губы сжались в тонкую линию, а в глазах застыл лед. Глядя на нее, Сергей поймал себя на мысли, что сейчас четко уловил грань, где кончается Аня, и начинается мадам Корту - та женщина, которую он видел у ресторана и на благотворительном вечере. И ему эта женщина, не смотря на всю притягательность, совсем не нравилась. Отложив вилку, он посмотрел на Аню, которая устремила немигающий взгляд в стол, и осторожно накрыл ее руку своей.

- Ань?

Она встрепенулась, словно ото сна, и, нервно облизнув губы, опустила голову.

- Все хорошо?

- Да, Сереж, - послышался глухой ответ. - Сереж?

- Что, милая? – как можно мягче спросил Сергей, поставленный в тупик такими переменами.

- Сереж, обними меня сейчас, крепко-крепко… Мне надо… Очень…

Не мешкая, он пересел к ней и, раскрыв объятия, прижал к себе. Тяжело дыша, Аня уткнулась лицом в его грудь и обхватила руками. Ее дыхание было частым и прерывистым, и в какой-то момент Сергей даже отклонился назад, чтобы видеть ее лицо.

- Я не плачу… Просто не отпускай меня сейчас… и не спрашивай ничего, - послышалось тихое бормотание.

- Хорошо, как скажешь, - растерянно проговорил Сергей.

Ужин стыл, а они все сидели. Искренне взволнованный, Столяров даже думать боялся, чем могла быть вызвана такая реакция, но слово свое держал и только поглаживал ее по спине, не задавая волнующих его вопросов. Постепенно дыхание девушки выравнивалось, и тело расслаблялось, а потом она, наконец, ослабила хватку и подняла на него раскрасневшееся лицо.

- Продолжим ужин? – с опаской спросил Сергей.

- Да, я голодна, - отозвалась Анна.

Лихорадочный румянец на ее щеках вскоре сошел, и внешне Аня снова была той же Аней, спокойной и сдержанной, но Сергей понимал, что разговор по телефону сильно вывел ее из колеи. 3вонила Вилка, сомнений не было - он видел фото на экране, где рыжая бестия улыбалась -но что она могло такого сказать? Черт! Он же пообещал не спрашивать! Черт! Черт!!! Ладно… Не у нее, так у Вилки спросит! Она свой человек и вряд ли что-то утаит от него… В конце концов, можно пойти на крайние меры и надавить на женские слабости – состроить жалобные глаза или же откровенно льстить. Правда, что-то ему подсказывало, что с Виолеттой это не поможет…

- Сереж, ты так скоро тарелку распилишь, - тихо заметила Анна, и только сейчас он понял, что все еще ожесточенно елозит ножом по тарелке.

- 3адумался…

- 3адумчивый ты мой, - хихикнула Аня и пригубила сок.

Как ни в чем не бывало она наколола кусочек сыра и отправила в рот, а он сидел, как громом пораженный, чувствуя, как по телу пробегают маленькие электрические разряды. Всего три слова, а он, как мальчишка, чуть не раздулся от гордости и едва удержался от уточнения «Твой-твой?». Черт, нельзя так реагировать, нельзя! Ну и что, что она назвала его своим… Вырвалось!

- А быть задумчивым плохо? – нашелся что спросить Сергей, не желая затягивать паузу.

- Не плохо, но накладно… Тарелок не напасешься!

Он не понимал, что это. То ли Аня действительно шутит, то ли пытается скрыть свое состояние под улыбкой. Девочка – загадка, блин!

Ужин они заканчивали под добродушные пикировки и фильм «Красотка» - на нем настояла Аня, хоть Сергей и был против… Хотя что было его мнение перед умильными глазами девушки, сидевшей рядом, и ее закушенной губой, которою ему самому хотелось искусать. Убрав со стола опустевшие тарелки, Сергей сгрузил их в посудомоечную машину и вернулся под бок к Ане, на уютный диванчик. Обхватив ее руками за талию, он привлек девушку к себе и, чмокнув в макушку, уставился в экран.

После фильма Аня сразу пошла спать, а Сергей еще остался смотреть бокс, а потом он еще пошел в ванную и, почистив зубы, решил развесит Анино платье, которое все еще валялось в уголке. Следом за ее платьем пришлось повесить свои мокрые вещи… Потом захотелось выпить кофе с бутербродом, и, возвращаясь в спальню, Сергей старался шагать как можно тише, чтобы не разбудить ее. Не включая свет, он стащил с себя футболку, взялся за пояс домашних брюк, и замер, глядя на постель.