Ангелочек - Мари-Бернадетт Дюпюи

— Но я веду себя очень скромно!

— Не очень-то скромно искать меня среди моих подруг, да еще уточнять, что вы хотите представить меня своей сестре!

— Я не думал, что это вызовет у вас такое беспокойство. Простите меня, — сказал он не слишком убедительно. — Я получаю такое удовольствие, когда вы, Анжелина, рядом со мной!

Доктор любовался молодой женщиной, освещенной лучами заходящего солнца. На золотых волосах Анжелины играли искорки света, а фиолетовые глаза казались бездонными.

— Я не хочу вам неприятностей, — добавил он.

— Не беспокойтесь. Я уже привыкла к ним, — призналась она. — Мне станут задавать вопросы, подшучивать над нами обоими, но я ничего не скажу.

— Я могу подняться по большой лестнице, а вы воспользуетесь служебным входом, — предложил доктор. — Увы! Мы приехали…

Анжелина увидела фасад больницы. В лучах предзакатного солнца розовые кирпичи казались золотыми.

— Есть еще кое-что, — призналась Анжелина. — Я бросила своих подруг и теперь немного сержусь на себя за столь опрометчивый поступок.

Анжелина не осмелилась рассказать о встрече с цыганом с пламенным взором, краснобаем и, вне всякого сомнения, безнравственным человеком. Коляска остановилась около ворот.

— Позвольте мне выйти первой, — попросила Анжелина. — Возможно, нам удастся сбить сплетников с толку.

Доктор Кост схватил Анжелину за руку. Ему безумно хотелось поцеловать ее.

— Анжелина, моя дорогая Анжелина, — прошептал он, — я думаю только о вас. Я непременно должен был это сказать вам.

Смущенная красавица улыбнулась и тихо поблагодарила доктора. Он тут же пожалел о своей поспешности.

— Простите меня, — вздохнул акушер. — Идите, я немного подожду.

Анжелина с облегчением увидела Одетту, Дезире и Люсьену, сидевших в столовой. Софи де Монтель уже заканчивала ужинать, но Арманды и Марии нигде не было.

— Во время дежурства мадам Бертен у одной из пациенток начались осложнения, — сообщила Одетта. — Ей сорок шесть лет, и это ее пятый ребенок. Когда ребенок выходил, у нее выпала матка. Мадам Бертен пыталась вложить ее обратно, но у пациентки началось кровотечение.

— Боже мой, какой ужас! — воскликнула Анжелина. — Но несчастная выжила?

— В данную минуту она еще жива, — холодно сообщила Софи. — Приятного аппетита. Если меня будут искать, я в больничной часовне.

Софи попрощалась с девушками сквозь зубы. Как только она ушла, все вздохнули с облегчением.

— Я рада, что не видела всего этого, — призналась Дезире.

— А ты как, Анжелина? Хорошо развлеклась в обществе доктора Коста и его сестры? — спросила Люсьена.

— Не лучше вас. И мне нечего рассказывать. Я думаю об этой женщине, которая может умереть. Вы поступите правильно, если помолитесь за нее.

— До чего же ты серьезная, Анжелина! — тихо сказала Одетта. — Мы все же встретились с бродячим актером. Боже, какой он забавный! На траве сделал «колесо», потом прошелся на руках. Настоящий акробат!

— И он играл на скрипке, — подхватила Дезире. — Так хорошо, что я заплакала. «Времена года».

— Да, музыка Дивальди. Я не знаю ничего более прекрасного, — вмешалась в разговор Люсьена.

— Вивальди, — поправила ее Одетта. — Это итальянский композитор. Если ты не знаешь его, зачем утверждать обратное в присутствии Луиджи?

— Она хотела похвастаться, — сказала Дезире. — Если бы ты ее видела, Анжелина! Люлю легла на траву, заложив руки за голову. Я думала, ее груди так и выскочат из лифа.

— Тише! — одернула девушку Одетта. — Нас могут услышать монахини. Оставь Люсьену в покое. Она имеет право лежать на земле.

— Но не показывать свои щиколотки и лодыжки, — возразила маленькая блондинка. — На другом берегу двое мужчин разглядывали ее в лорнет и смеялись.

В столовую вошла мадам Бертен. Девушки сразу же замолчали. Главная повитуха выглядела уставшей. Прежде чем сесть за стол, она показала пальцем на Анжелину и Дезире.

— Вы обе поторопитесь. Я сказала Арманде и Марии, что пришлю вас им в помощь. Эта дама должна находиться под постоянным наблюдением. Кровотечение остановлено, но она очень слаба.

Анжелина мгновенно встала, но Дезире колебалась.

— Мы только начали ужинать, мадам Бертен, — жалобно сказала она.

— Вам следовало вернуться на час раньше. Хватит спорить!

Никто не заметил ни торжествующего выражения лица Люсьены, ни того, что Одетта легонько толкнула ее локтем в бок.

Через три часа 46-летняя пациентка, потерявшая слишком много крови, умерла. У нее вновь открылось кровотечение, лишившее ее последних сил. Анжелина, Дезире, доктор Кост и мадам Бертен были подавлены.

— Пятеро детей остались сиротами, — с жалостью в голосе сказал доктор. — Я жалею, что не заступил на дежурство. Хотел повидаться с сестрой.

— Никто не мог предвидеть этого, — ответила главная повитуха. — Здесь присутствовала мадам Моро. Она помогла мне вставить на место матку пациентки. Я хорошо знаю эту даму. Они с мужем держат кондитерскую в квартале Сен-Мишель. Когда она поступила, то сказала мне, что ее малыш выйдет так же легко, как четверо других детей. Господи, какая трагедия!

Две медсестры принялись обмывать усопшую. Потрясенные Анжелина и Дезире ждали, когда им разрешат уйти.

Наконец мадам Бертен сказала:

— Вы можете идти отдыхать. Доктор, у молодой пациентки начались регулярные схватки. Если у нее отойдут воды, позовите Софи де Монтель и Люсьену Жандрон. Я прилягу на часок, а потом буду в вашем распоряжении.

Филипп Кост вежливо кивнул. Он с нежностью посмотрел на Анжелину, уже открывавшую дверь. Доктор хотел тем самым утешить ее, помочь смириться с трагедией, потому что такое случается в ремесле, которое они выбрали. Вся в слезах, Анжелина смогла лишь робко улыбнуться в ответ.

— Это ужасно, ужасно! — запричитала Дезире, когда девушки оказались в безлюдном коридоре. — Я по-прежнему хочу быть повитухой, но, Бог мне свидетель, у меня не будет детей. Ни один мужчина не дотронется до меня. Никогда!

— Ты не можешь быть в этом уверена, — устало возразила Анжелина. — Но у меня нет сил с тобой спорить.

До самого дортуара они больше не произнесли ни слова. К их великому удивлению, там царила паника. Несмотря на трудный день, никто не спал. Что касается суровой Софи, то она кипела от негодования.

— Анжелина, мы пропали! — вздохнула Одетта. — Люсьена тайком убежала. В столовой она сказала, что хочет спать и пойдет в дортуар, пока там никого нет. Якобы она не хочет, чтобы ее беспокоили. Я осталась за столом вместе с Армандой и Марией.

— Что?! Да она с ума сошла! — воскликнула Анжелина.