Печать тьмы - Настя Ильина

— Папа? — зову я, но голос растворяется в немой тишине, обрушившейся на меня слишком внезапно вместе со вспышкой яркого света.

Глава 43. Адалин

— Прости, но сейчас будет немного больно! — звучит голос Энергии в голове, и я обмякаю.

Слабость накатывает слишком быстро. Падаю на колени, не в силах удерживаться на ногах. Из лёгких вылетает рваный вздох. Всё произошло слишком быстро: Энергия едва успела предупредить и вот…

— Ведьмуля!

Ко мне бросается Джеймс.

Байрон тоже стоит рядом со мной на коленях. На его обнажённом теле вырисовываются светящиеся серебряные символы, похожие на множество рун. С висков дракона стекают капельки пота, но он выглядит неплохо. Неужели всё закончилось?

— Я в порядке, — шепчу в сторону принца Тьмы, обхватившего меня за плечи. — Байрон? Ты как? Всё закончилось?

— Слишком много новых ощущений. Они остры, и мне сложно управляться с ними, но ничего… как-нибудь переживу. Адалин, ты будто бы находилась не в себе. Всё нормально?

— Да. Разумеется. Тебе показалось, скорее всего, из-за ритуала. Это нормально, — стараюсь оправдаться я. Нельзя мне сейчас выдать Энергию, она и без того слишком сильно рисковала оказаться замеченной.

Джеймс помогает мне встать, и я цепляюсь за его руку. От слабости меня всё ещё потрясывает, а колени предательски подгибаются.

Байрон тоже встаёт на ноги, ведёт плечами в попытке размять их. Видно, что появившиеся рисунки причиняют ему если не боль, то дискомфорт точно. Он внимательно смотрит на них, склонив голову, проводит по рунам подушечками пальцев.

— Всё получилось? — Байрон оборачивается в сторону Люциторума.

Тёмный повелитель выглядит ошеломлённым. Он не сводит с меня взгляда, но вздрагивает, опомнившись, что обращаются к нему. Снова почувствовал её присутствие?

— Да. Ритуал оказался успешным благодаря… — Люциторум замолкает, ловит мой взгляд, словно пытается прочесть в нём ответы на свои вопросы и дополняет: — …успешному стечению обстоятельств.

— Мне сейчас нужно делать что-то необычное? Развивать свою новую ипостась или вроде того? Я чувствую себя нормально и готов приступить к тренировкам.

— Нет, Байрон. Сегодня лучше будет исключить любые тренировки. Организму требуется отдых. Хоть магии Адалин и хватило для поддержки, не стоит забывать, что утомление негативно отразится на тебе. Отдыхай, а завтра вернёшься к тренировкам. У нас остаётся несколько дней до полнолуния и предполагаемой встречи с врагом.

— В том и дело. Я не хочу тратить время на пустое…

— Байрон, — я прикасаюсь к плечу парня, и он вздрагивает, как от ожога, переведя на меня взгляд. — Пожалуйста, не спорь. Ты никому не сделаешь лучше, если утомишься. Нам действительно нужен отдых. Хотя бы эта ночь, а потом мы вернёмся к своим занятиям.

Думаю, что и сама могла бы заняться созданием артефактов, но вряд ли я выдержу. Всё-таки я устала, хоть большую часть за меня сделала Энергия. С её уходом из меня будто бы вырвали частичку чего-то важного. Подобное я испытала, когда душа Джеймса вернулась в тело. И вот теперь снова. Я не чувствую себя целостной. Наверное, для восстановления действительно требуется время?

— Ладно. Я понял. Адалин, мы можем поговорить с тобой наедине?

Люциторум вместе со своими помощниками уходит. Байрон косится на Джеймса и приблизившуюся к нам Тори. Я понимаю, о чём пойдёт разговор. Хочется верить, что дракон не заговорит о моём странном поведении во время ритуала. Я вроде бы ничего необычного не делала, но он мог почувствовать присутствие Энергии. Она сильнее меня.

— Признаю, что твои новые украшения — крутые, но пока лучше не светить ими перед посторонними, — говорит Тори, бросив Байрону его футболку.

Я бросаю мимолётный взгляд в сторону уставшего Рэйриана. Он переволновался, потому что никак не мог повлиять на ситуацию. Нервничал. И наверняка хотел спросить меня об Элли. Именно из-за неё Байрон просит о разговоре наедине? Надеюсь, что так.

— Джеймс, мне нужно пару минут. Ты подождёшь меня в коридоре?

Принц Тьмы недовольно присвистывает, отшатывается от меня, словно получил сильнейший удар, а мне хочется извиниться, да только устала постоянно просить прощения за каждый «неосторожный» шаг. После моих признаний Джеймс просто обязан перестать ревновать меня, потому что я не давала ему ни единого повода для этого. Хотя кого я обманываю? Давала, конечно же. Он ревнует меня к бывшему истинному. Это нормально. Наверное, я бешусь из-за своего странного состояния после слияния с Энергией? Мы будто бы стали единым целым, и я ощущала её страх. А ещё что-то похожее на безысходность. Она боится, что не сможет одержать победу в схватке со своим братом? Единственная надежда на последнего серебряного дракона? Но почему? Энергия ведь не просто так затеяло всё это! Она сама провела обряд, с которого и началось сильнейшее противостояние. Или она поступила так, не осознавая последствий своих шагов, потому что иного варианта остановить брата на тот момент не видела?

— Не заигрывайся, ведьмуля. У меня к тебе тоже есть пара вопросов! — говорит Джеймс, делает шаг в мою сторону, словно не он совсем недавно отшатнулся, кладёт руку мне на талию, властно притягивая к себе, и целует меня, словно показывает всем вокруг, что я принадлежу ему.

Неприятно от такого поведения. И я обязательно укажу Джеймсу, что вести себя таким образом точно не следует, ведь я не вещь, а Байрон… В глазах дракона застывает боль.

— Пойдём, Тори… Очевидно же, что поворковать они хотят наедине, — фыркает принц Тьмы.

— Не совсем. Рэй, ты тоже останься, — выдавливает из себя глухим голосом Байрон.

— А так уже не договаривались. Ведьмуля, только пара минут… Уж на большее время моего терпения не хватит.

Тори и Джеймс покидают зал. Мы остаёмся втроём. Пламя от свечей больше не горит, словно кто-то затушил его щелчком пальцев. Вероятно, так подействовала магия? Стараюсь не заострять на этом внимания. Какая разница, когда они погасли? Верно — её нет.

— Ты хотел спросить меня об Элли?

— Именно. Мог бы и о твоём странном поведении, но допытываться не стану. Ты здорово помогла мне, Адалин, и я благодарен, что именно ты находилась рядом со мной. Как ты