Кровавый цветок (СИ) - Bloody Moon

— Эй, вы! Хватит лясы точить! Мы почти на месте! — Проезжая вперёд окликнул их Аэлрик. — Твой сын идет со мной.

— С чего бы? Ты его записал в приемыши? — через плечо и с явным раздражением спросил Вэргар.

— Иного, выбора у меня нет. Иногда его родитель ведет себя, как младенец. Особенно это касается пребывания в гостях. И, в конце концов, я хочу натаскать племянника в дипломатии. Ты умеешь махать мечом и рубить все на своем пути. Но принцип тарана в этой ситуации неразумен. — С этими словами Фаерлэнс ускорил шаг. — Оскар!

— Отец? — обратился тот к герцогу.

— Иди. И что бы я тебя не видел до приезда.

— Ха! Отличное сравнение! Безмозглое бревно с железяками! — раздался смех барона.

— Не забывайте, ваша горячо любимая дочурка прозябает в казематах и лишь от вашего скромного поведения зависит ее судьба. — Сощурился Вэргар, вспоминая о проделках Астерии. Пришпорив лошадь, он помчался вперед. Все же, маленькая, но теплая надежда, что их дочь жива, разогревала его холодную кровь.

Встреча через десятилетия. Побег.

27

***

Первым прибыл гонец герцога Фаерлэнс, и объявил, что господа прибудут уже через полчаса. Время приближалось к полуночи, но дом гудел, как пчелиный рой, люди были напряженными, даже больше, чем когда пережили нападения на поместье. Те вояки, что были прожжены сражениями, возраста отца, но так и не сложившие своего оружия, вспоминали времена, казалось ушедших навсегда времен.

— Они приехали! — послушались голоса слуг.

Айла до этого спокойно сидевшая на софе с книжкой в руках подскочила и быстро подбежав к окну, и отодвинула тяжелую гардину. Было заметно, что она слегка дрожит, но до того времени она радостно придавалась воспоминанием о прошлом, рассказывая, как они с Вэргаром и отцом были дружны. Нэйлон тихо подошел к ней и накинув шаль слегка приобнял за плечи, как бы успокаивая. Мне так захотелось подняться наверх и обнять, Алексис, но по ее поведенью, можно было сделать вывод, что прощения еще только предстоит вымаливать. И долго. А сейчас, наверняка она уже спит, так что нужно подождать, и возможно, через день, два она впустит меня к себе. Вот же баран.… Надеюсь, нас никто не слышал.

— Стол переговоров готов. — Сообщил вошедший лакей. — Господа ждут в приемной комнате. — Его голос чуть дрожал от волнения.

— Айла, не переживай. Думаю, мы найдем общий язык. Все — таки мы теперь не просто друзья детства, но и родня. — Похлопав легонько ее по плечу, произнес Нэйлон.

— Кхм! — Мы разом обернулись, из тени появилась фигура, и это был не кто иной, как герцог Стайлес. — О чем вы тут шепчетесь. Заговоры? Интриги? С вас станется леди Айла. — уже ледяным тоном добавил герцог. — И его острый взгляд обратился на меня. — А вот и щенок, поджавший хвост прибежал обратно в конуру, как только представилась возможность.

— Во — первых, рад тебя видеть, друг мой. — Улыбнулся Нэйлон, но губы его чуть дрогнули. Что интересно произошло между ними в прошлом. Раз Матушка утверждала, что раньше они были друзьями.

— И вам доброй ночи, герцог Фиррэлиус. — резанул по нему взглядом Вэргар. Рядом появился Оскар, с интересом наблюдая за происходящим, но ожидая в то же время дальнейшего представления. — Никогда бы не подумал, что вновь приеду сюда. Воспоминания попахивают нафталином.

— Отец, думаю нам всем пора идти. Герцог Фаерлэнс в нетерпение. — Наконец подал голос Оскар.

— Действительно! Гости прибыли, а хозяева заставляют ждать! Как же неудобно. Пройдемте, герцог, я провожу вас. — Подойдя к Вэргару, и беря его под руку, защебетала матушка.

— А ты ничуть не меняешься, Айла.… Все такая же.

Дэй

Мы смотрели, как они быстро удаляются вперед и чувство беспокойство лично у меня все больше нарастало, превращаясь в камень изнутри, и становилось тяжело дышать. Каждый вдох давался с трудом.

— Не переживай. Все в порядке им есть о чем поговорить и что вспомнить. — Проходя мимо, спокойно произнес отец. В комнате остались только мы с Оскаром.

— Алексис.

— Она наверху. Спит.

— Она знает?

— Нет. Но думаю сегодня уже не спуститься.

Алексис

На улице стремительно похолодало, не спасали ни плащ, ни перчатки. Ветер нещадно дул в лицо и как назло началась метель, хоть ничего не предвещало подобных перемен. От снега пыль на дороге превратилась в жидкую грязь, да и лошадь устала, так что выбора у меня не осталось, как свернуть к ближайшей таверне в межземелье. Но оставаться там, на сутки рискованно, всего пару часов на передышку. Мне уже самой тяжело трястись в седле. Да и противное чувство, как будто за мной следят, все не отпускало. Хотя я старательно петляла узкими тропами, не выходя на главную дорогу.

Подъехав к одному из стоил, я спрыгнула с лошади и сразу почувствовала легкое возмущение пассажира. «Ну, уж извините! Мини Дэй! Каков отец такой и ребенок… Видимо от меня там крупицы».

— Главное не сдай меня так быстро… — Привязывая лошадь, произнесла я.

Взяв с собой небольшой кисет, я, было, направилась в таверну, но вспомнив, что на мне плащ с эмблемой спешно отпорола его и выбросила в ближайший темный переулок. Теперь можно быть спокойной.

Зайдя внутрь, я не сразу поняла, что именно в этом месте был наш последний с Дэйем привал. Лишь когда оплачивала ужин, заметила на себе рой из глаз посетителей. Накинув посильнее капюшон и сев в самом темном из углов, я начала подумывать не оставаться здесь менее чем на час. Желудок и ребенок уже требовали свое, когда принесли еду, а выглядела она не ахти, я, не задумываясь, накинулась на все, что стояло передо мной. Лишь когда добралась до увесистой кружки и сделала пару тройку больших глотков, поняла, что это был крепленый сидр, и чуть не подавилась, а затем попросила кувшин воды. В зале раздался смех и улюлюканье разномастной публики. От их смеха я еще больше вжалась в стену и это чувство, оно снова пришло, невидимый мне взгляд следит за мной.

Решив