Жар сердец - Кэт Мартин

— Береги себя, старший брат, и спасибо тебе за все. — Брэндан повернулся к Силвер, которая осторожно, стараясь не задеть раненую руку, поцеловала его в щеку. — Не переставай бороться, — шепнул Брэндан ей на ухо. Оба они знали, что он имел в виду. Кивнув, Силвер вытерла непрошеные слезы.

— Я о нем позабочусь, — с улыбкой сказал ей Рам.

— Прощай, Рам. Я была очень рада тебя повстречать.

Рам дотронулся до ее мокрой щеки.

— Вы всего лишь женщина, Силвер Джоунс.

Техасцы направились к шлюпкам, присланным с транспортных кораблей.

— Как только мы достигнем берегов Джорджии, — сказал ей Морган очень сдержанно, как обычно в последнее время, — Рейли и все морские пехотинцы выйдут из-под моего командования. Моя задача будет выполнена, и я снова стану гражданским лицом.

Ей подумалось, будет ли он рад вернуться домой, однако Силвер не решилась задать ему этот вопрос.

— А что насчет Терезы? — спросила Силвер Жака, который еще не распрощался со стоящей неподалеку женщиной.

— Она еще ребенок, — произнес Жак; его лицо было мрачным. — У меня взрослые сыновья примерно ее возраста.

— Но она замечательный человек, — заметила Силвер.

Жак ничего не ответил, внимательно глядя на невысокую темноволосую женщину. Казалось, Терезе попала соринка в глаз; подняв к лицу руку, она поспешно отвернулась.

— Ты ее любишь? — мягко спросила Силвер.

— Это не имеет никакого значения. Мы друг другу совершенно не подходим.

— Я знаю вас мало времени, Жак Буйяр, но вы никогда не давали мне повода считать вас глупцом.

Отбросив с лица серебристую прядь, Силвер приподняла юбку и пошла прочь по песчаной кромке берега. Какое-то мгновение Жак молча смотрел ей вслед. Затем повернулся и решительно двинулся к Терезе. Подойдя к ней, он повернул ее к себе лицом и увидел, что она плачет.

— Почему ты плачешь, дорогая? Что тебя так расстроило?

— Я не думала, что ты захочешь со мной расстаться.

Жак почувствовал, как у него перехватило дыхание.

— Неужели это для тебя так важно?

Тереза бросила на него грустный взгляд, как будто стараясь что-то разглядеть в его глазах. Но Жак не добавил ни слова, и Тереза расправила плечи.

— Вы были очень добры ко мне, сеньор. Напоследок я хочу лишь поблагодарить вас за участие в попытке спасти моего отца.

Жак поднял руку и легонько коснулся пальцами ее щеки.

— И это все? Лишь благодарность? Без прощального поцелуя? — Поскольку Тереза застыла, словно окаменев, Жак наклонил к ней голову и коснулся ртом ее мягких губ. Этот поцелуй стал глубже, жаднее, и внезапно Жак понял, что стон, который он слышит, принадлежит ему самому. Когда они наконец оторвались друг от друга, он увидел на глазах Терезы слезы.

— Прощай, моя любовь, — прошептала она, поворачиваясь, чтобы уйти.

Но рука Жака, опустившаяся на плечо Терезы, остановила ее. Какое-то мгновение он внимательно смотрел в ее глаза. Потом в лице Жака что-то дрогнуло.

— У тебя никого нет в Кампече, к кому ты могла бы вернуться? — тихо спросил он. — Там нет ни одного человека, который бы о тебе позаботился? Что ты будешь делать?

— Как-нибудь устроюсь.

— Тебе нужен мужчина.

Тереза не ответила. Жак кашлянул.

— Если бы ты этого захотела, я мог бы быть этим мужчиной.

— Но зачем? — спросила Тереза. — Ты уже сделал для меня очень много.

— Ты женщина сильная духом. Ты относишься к тем, кого каждый мужчина хочет видеть рядом с собой.

Она лишь отрицательно покачала головой:

— Мне не нужно жалости.

Жак издал проклятие. Когда Тереза снова повернулась, чтобы уйти, он схватил ее за талию и привлек к себе.

— Я тебе предлагаю не жалость, а любовь. Пожалуйста, моя любимая, скажи мне, что ты будешь моей женой.

Тереза смотрела на него, как будто он не произносил этих слов. Затем, словно очнувшись, она протянула к Жаку руки и заключила его лицо в свои ладони.

— Я люблю тебя, — произнесла она сквозь слезы. — Ты прекраснейший человек из всех, кого я когда-либо знала. Для меня будет большой честью стать твоей женой.

Жак улыбнулся:

— Я всего лишь моряк. Мне приходится жить в море, однако я уже накопил кое-какие деньги, а Морган помог мне их хорошо вложить. Я брошу свою бродячую жизнь и буду о тебе заботиться. Надеюсь, море уже не будет меня звать так сильно, как когда-то.

— Я люблю тебя. Мне ничего не нужно на свете, кроме того, чтобы быть с тобой рядом.

— Если Морган не будет во мне нуждаться, мы можем обвенчаться сразу по прибытии в Кампече. — Жак улыбнулся от переполнявшего его счастья. — Ты сможешь забрать все свои вещи и попрощаться со своими друзьями. После этого мы поплывем на Барбадос. У меня там есть земля, и я давно думал о том, чтобы построить там дом. Это прекрасный остров, на котором нет никаких войн.

Тереза, улыбнувшись, обняла его:

— Мне подойдет любое место, где будешь ты.

К берегу подошла шлюпка с «Саванны», из нее выпрыгнули на берег Джереми Флагг и Джордан.

— Силвер! — Джордан бросился к Силвер. Добежав до нее, он не стесняясь, как раньше, обнял ее на виду у всех. — Мы все так волновались.

— Слава Богу, с вами все в порядке. — Силвер сжала его руку. — Как вам удалось уйти от централистов? Они хотели перекрыть вам дорогу.

— Они и перекрыли, — раздался голос Джереми Флагга. — Но мы предвидели подобную встречу.

Рассмеявшись, он показал на корабль.

— Видишь те большие пушки? — Силвер кивнула. — Мы расчистили себе путь. Плавание вниз по течению всегда намного легче. — Он снова рассмеялся. — Корабль проскочил мимо централистов, как зерно сквозь гуся. Извините меня, мэм, за сравнение.

Джордан усмехнулся, улыбнулась и Силвер в первый раз за последние дни.

— Все в порядке, мистер Флагг.

— Нет, не все в порядке, — выдохнул Морган, подходя к ним. — Вы разговариваете с дамами, мистер Флагг. Я прошу вас помнить об этом.

— С вашего разрешения, капитан, — произнес Жак с улыбкой, показывающей, что он не обратил внимания на гневное замечание Моргана. — Я не поплыву на борту «Саванны». Я останусь с Терезой. Она согласилась стать моей женой.

На лице Моргана появилось какое-то странное выражение; потом он улыбнулся, хотя его глаза оставались мрачными.

— Мои поздравления. — Было видно, что он произносит эти слова искренне. — Вы очень счастливый человек.

— О, Жак, как это замечательно! — Силвер порывисто обняла плечистого француза, затем, повернувшись, заключила в объятия Терезу. — Я знаю, как к тебе относится Жак. Если ты любишь его хотя бы вполовину того, как, я думаю, он любит тебя, вы будете очень счастливы.