Его сбежавшая Принцесса - Дарья Адаревич

Я плакала. Даже не заметила, как слезы потекли из глаз.

— Когда стража ударила меня по голове, — продолжал Эд, — внутри все перевернулось, и память вернулась и заодно сломленность и все остальное. И я все вспомнил.

— Аника… и Великан они…

— Они здесь, — сказал Эд.

— Здесь?

— Да, я вытащил их из воды.

Я отступила на шаг назад, посмотрела на Эда. Не верилось.

— Все здесь, Донна, — сказал он, — они пускали дым, обезвреживали стражу. И Дор с Колом, и Аника с Великаном и даже Медведь.

Я подошла ближе и поцеловала Эда. На меня смотрела вся королевская знать. На меня смотрел весь бальный зал. Но плевать! Я была счастлива и наслаждалась этим. Мы целовались страстно, так, что исчез весь мир, оставив нас двоих. Хорошо… как же хорошо… Позади слышалось оханье и аханье, но нас с Эдом это не волновало. Ничего не волновало. Наступило спокойствие. Всепоглощающее спокойствие и счастье.

— Так что с церемонией? — послышался голос канцлера, проводящего свадьбу.

Он стоял, прислонившись спиной к стене, устал.

— Продолжим! — скомандовал Эд.

— Как же мы продолжим, когда жених вон… лежит как…

— Стража, — приказала я, — отправьте Звездочета в темницу, и свяжите рот на всякий случай.

— Он не проживет и дня, — прошептал Эд мне на ухо.

— И все же.

Стража выглядела растерянно. Они только-только освободились от власти Звездочета. Они только-только начали соображать самостоятельно.

Вперед вышел мой король-отец. Он выглядел уставшим и побитым. Но это был он. Гипноз спал и с моего отца. Он освободился.

— Схватите негодяя! — крикнул страже отец.

Несколько рыцарей бросились выполнять приказ. И вот мы с Эдом стояли посреди зала и смотрели на моего отца. Я улыбнулась и бросилась папе на шею. Да, принцессы так не поступают. Да, это против правил. Да, меня учили манерам… Но сейчас другая ситуация. Отец гладил меня по спине.

— Прости, прости за все эти годы…

— Я знаю, — шептала я, — все понимаю, это Звездочет. Это он, а не ты.

Показалась мама. Она стояла смущенная и удивленная, казалось, до сих пор не верила в то, что Звездочета больше нет.

— Ваше Величество, — заговорил Эд, — я хочу взять Вашу дочь в жены.

Я заулыбалась. Душа пела. Возникла очаровательная неловкость.

— Кто ты такой? — смутился отец, — и какое отношение ты имеешь к Македонии?

Все видели, как мы с Эдом целовались в центре бального зала, и это вызвало немало вопросов.

— Он спас королевство, победил Звездочета, — послышался довольный голос Юлия, — разве этого мало?

Король задумался. Ну ладно, хватит. Давайте не будем ставить моих родителей в неловкое положение, давайте скажем правду!

— Наша дочь заслужила! — вдруг сказала мама, — она заслуживает счастья с тем, кого любит!

Я застыла. Мама? Серьезно? Она решила за меня вступиться?!

— У нас есть долг перед Литвудским королевством, — сказал отец, — я понимаю, что договор заключал Звездочет, а не я, но все же…

Я уже открыла рот, чтобы все объяснить, но Эд опередил меня. Он поклонился и протянул моему отцу перстень. Красный. Тот самый перстень для выслеживания Литвудской крови.

— У меня не было шанса представиться, — сказал Эд с теплой улыбкой, — мое имя Август Эдоардо Фридерик, я старший сын Литвудского короля Леопольда и прямой наследник престола.

Отец внимательно смотрел на него, с недоверием. Нахмурился. Разглядел перстень. Снова перевел взгляд Эду на лицо, потом на шрамы.

— На портрете ты выглядел иначе, — наконец сказал отец.

— Портреты лгут, — шепнула я отцу, — но это правда он.

Краем глаза я видела, как медленно подходят к нам Аника и Великан. Живые. Здоровые. Красивые. Аника одета в нежное розовое платье. Мы обнялись.

— Живая! — воскликнула я, — живая!

— Вытащил Эд, вытащил, паршивец!

— Живые! Вы все живые!

И краем уха я слышала, как вздохнула моя мать:

— Македония, ты невозможная!

Глава 39. Одна душа на двоих!

— Мы поженимся сейчас, — сказала я, — раз уж все гости собрались. Им обещали свадьбу принцессы Македонии, значит они получат ее. Свадьбу Македонии.

Мы с Эдом выпили из преподнесенного кубка. Мы обменялись белыми лентами, повязали их на запястьях. Сказали ритуальные слова. И наконец нас объявили мужем и женой. И Эд поцеловал меня. Поцеловал с нежностью и любовью.

— Эд, — шептала я.

— Донна…

— Эд…

— Донна… Донна, прости за те дни. Прости за все, что я натворил, пока не помнил.

Я улыбнулась, растрепала его короткую челку.

— Я буду скучать по тому Эду. По Эду мальчишке.

— К счастью, скучать не придется. Я — это он, а он — это я.

— Знаю, — я снова коснулась губами его губ, — я знаю.

После великого пиршества мы помчали в деревню. Но сначала заехали в наш лагерь. Теперь, в компании наших друзей, все на самом деле стало, как раньше. Дом. Мы вернулись домой.

— Донна, у меня есть для тебя кое-что, — позвал Эд, заводя в шатер.

Там висело то самое белое платье. Мамино платье в кружевах. Платье, в котором мы с Эдом познакомились. Платье, в котором я сбежала с нашей с ним свадьбы. Я широко улыбнулась.

— Мой милый муж, — начала я, — но мы же уже поженились.

— Поженились принцесса Македония и принц Август. А что насчет Донны и Эда?

— Хочешь устроить свадьбу лесного разбойника и уличной артистки? — рассмеялась, — как ты там говорил… Ах, да! Что меня вырастили цыгане.

— Ох, позор какой, — рассмеялся Эд, — это не я, это другой Эд. Ему было семнадцать.

— Я люблю тебя, Эд. Всего тебя. И в семнадцать, и в двадцать пять. Люблю тебя.

Эд поцеловал меня.

— Я тоже тебя люблю, моя Донна. Моя невероятная девчонка.

— Эд, муж мой, поможешь переодеться из одного свадебного платья в другое?

Я развеселилась. На душе было свободно и спокойно. Душа танцевала.

— Конечно, милая моя супруга, как я могу отказать?

И вот мы уже мчали на лошади в деревню. За нами спешили Юлий и друзья.

Гуляла вся деревня. Мы представились Эдом и Донной — простыми ребятами, играющими простую свадьбу. Веселее всех было деревенским детям. Они скакали и все поздравляли и поздравляли!

— Какое совпадение! — неожиданно сказал мальчишка Пиг, — только-только поженились принцесса Македония и принц Август, а сегодня уже вы. Что за неделя! Столько свадеб.

— Совпадение, так совпадение, — промурлыкала я.

Эд взял меня на руки, понес в центр поляны.

— Спасибо вам всем! — сказал он, — в нашей жизни были тяжелые времена, которые мы бы не пережили без вас, — обернулся на Илинну и Гнею, — спасибо тем, кто приютил и вдохновил, — обернулся на друзей, — спасибо тем, кто всегда был рядом и поддерживал, —