Тысяча ударов сердца - Кира Касс

Ура!

– Ты знаешь, где дверь, – отрезала Анника. – А по поводу твоего «что будет?»… Я выйду за другого. За того, кто любит меня, за того, кто жаждет обладать мной.

Того, кто сейчас прячется под кроватью.

– Никто не возжелает тебя сильнее, чем я, – ледяным тоном сообщил Николас.

Анника со вздохом проводила Николаса к выходу. Хлопнула дверь.

Я высунулся из-под полога:

– Твой Николас – манипулятор каких поискать.

– Думаешь? – пробормотала Анника, рассеянно глядя ему вслед. – Иногда мне кажется, я просто вымещаю на нем злость, хотя его вины тут нет. Мы оба ввязались в это не по своей воле.

– Ничего подобного. Ты вела себя безукоризненно, – возразил я, стараясь привлечь ее внимание. – Хочешь, я убью его?

– Нет, – вздохнула она.

– А просто так убить его можно?

– Нет! – Обернувшись, она заметила мою лукавую улыбку, и атмосфера в комнате сразу потеплела. Моя Анника вернулась.

– Ты сегодня на редкость в игривом настроении.

– Я провел ночь в объятиях любимой женщины. Из-за чего кручиниться?

Анника просияла, но тут снова раздался стук, и я торопливо нырнул под кровать.

– Войдите.

– Это я. – Палмер переступил порог, и я с облегчением высунулся наружу. – Ваше высочество, прошу меня извинить. Я старался предупредить вас как мог. Это для Леннокса. – Он бросил на пол увесистый тюк. – Если я ошибся и ваш план состоит в другом, немедленно унесу все назад.

Я выбрался из-под кровати и развязал узел. Внутри оказался мундир гвардейца, похожий на тот, что носил Палмер.

– Ты рассудил верно. Однако решать Ленноксу.

Анника понимала, насколько затея противоречит моим принципам, но лучшего способа находиться подле нее не придумаешь. Во всем дворце только Анника, Палмер и Николас знали меня в лицо. Первые двое были союзниками, третьего предали остракизму. В таком наряде меня не разоблачит ни одна живая душа. Кроме того, уверен, Блайз уже накрутила Кавана и над всеми нами нависла серьезная опасность. В таких обстоятельствах Аннику ни в коем случае нельзя оставлять без присмотра.

– Ну, что скажешь? – спросил Палмер. – Наденешь форму?

Я посмотрел на него снизу вверх:

– С радостью.

Анника

Почему близость Леннокса так окрыляла? У меня расправились плечи, шаг сделался тверже. Даже хотелось посмотреть, что будет, вздумай кто-нибудь перечить мне сегодня. Покосившись за спину, я невольно залюбовалась, до чего он хорош в сверкающем мундире.

Голова кружилась от мысли, что мы вдвоем расхаживаем по дворцу средь бела дня. До сих пор я не смела и мечтать о подобном. Однако это происходило наяву. Со мной.

Повернув за угол, я толкнула дверь в спальню брата и обнаружила его сидящим на постели. На бледных щеках наметился румянец, глаза сияли. Еще немного – и Эскал вновь станет самим собой.

– Что это у тебя? – удивился брат, заметив в моих руках корзинку.

– Набор для вышивания. Тебе наверняка наскучило валяться без дела, вот и займись.

Я вручила ему пяльцы с натянутой канвой и нитки его любимых оттенков.

– Ноэми, будь добра, вдень нитку в иголку, – попросил Эскал. – Самому мне это пока не по силам.

– Конечно, выше высочество. – Ноэми подалась вперед, и наши взгляды встретились.

Сегодня от нее веяло счастьем и безмятежностью. Вероятно, причиной тому – ее круглосуточные бдения у постели возлюбленного. Как выяснилось, наличие рядом любимого человека творит настоящие чудеса.

– Нам нужно многое обсудить, – начал Эскал, наблюдая за Ноэми.

– Давно пора.

– Во-первых, ты уже… – Брат вдруг осекся и посмотрел на Леннокса, изваянием застывшего за моей спиной. – Офицер, вы не могли бы удалиться? У нас с сестрой строго конфиденциальный разговор.

– Офицер Палмер поручил мне повсюду сопровождать ее высочество, – отчеканил Леннокс.

– Не тревожьтесь, – улыбнулся Эскал. – Даже в нынешнем состоянии я сумею ее защитить.

Леннокс пристально взглянул на него, словно увидел впервые, и после недолгого размышления кивнул:

– Тогда наши цели совпадают. – Он отвесил брату поклон и отступил к стене.

– Отличный парень! – шепнул Эскал. – Не разменивается на церемонии.

– По-моему, он новенький, – беззаботно откликнулась я, берясь за свое рукоделие. – Так каков первый вопрос?

– Ты уже справлялась о самочувствии отца?

– Нет, не успела. Только проснулась и сразу пошла к тебе.

– Теперь понятно, почему у тебя такая дивная прическа, – усмехнулся Эскал.

Я поспешно пригладила локоны:

– А что не так? Я же причесалась!

Ноэми хихикнула:

– Не придирайтесь к сестре. Ваше высочество, вы чудесно выглядите. Ваш брат ничего не смыслит в женских прическах.

– Ничего подобного! – возмутился Эскал. – Твоя, например, мне очень нравится.

Ноэми зарделась.

– Вот… – Она протянула ему иглу.

Эскал взял пяльцы и медленно принялся за работу.

– Ты уже назначила дату свадьбы? – огорошил он вдруг.

Я сглотнула. Мне вовсе не улыбалось обсуждать свадебные хлопоты в присутствии Леннокса.

– Еще нет. По правде говоря… – Я покачала головой. – Все зависит от вас с отцом. Если все образуется, церемония состоится как можно скорее, а если нет, нам будет не до торжеств. В условиях неопределенности очень сложно назначать сроки.

– Тогда окажи мне услугу.

– Не забывай, кто из нас преемник, – фыркнула я. – Если кому и просить об одолжении, то мне.

– Тем не менее, – настаивал брат.

Я отложила шитье:

– Выкладывай.

– Ты не возражаешь, если я женюсь первым? – (Я нахмурилась, переваривая услышанное.) – Помнишь, я сказал, что женюсь на Ноэми, как только наберусь сил, чтобы встать? Так вот, это была не фигура речи.

От меня не укрылся вздох изумления, сорвавшийся с губ Леннокса.

– Похоже, ты торопишься со свадьбой, чтобы отец не успел расстроить ее, когда очнется.

Эскал уставился на меня и подмигнул Ноэми:

– Сообразительная у меня сестра.

– Никто и не сомневался.

– Ну не знаю, – протянул Эскал. – Как-то раз она чуть не отрубила мне руку.

– Не отрубила, а слегка поцарапала, – оскорбилась я. – И то по чистой случайности.

Эскал засмеялся, однако смех быстро перерос в кашель. Мы с Ноэми мгновенно насторожились. Брат схватился за грудь, глубоко вдохнул.

– Все в порядке, – заверил он.

Однако испарина, выступившая у него на лбу, говорила сама за себя. Эскал, безусловно, окреп, но еще недостаточно.

– Анника, пойми, если с отцом что-нибудь случится, местная знать лишит меня права выбора и заставит плясать под свою дудку. Нас разлучат с Ноэми… – Его черты исказила страдальческая гримаса. – Меня всегда восхищала твоя готовность пожертвовать всем ради блага Кадира. Но лично я на такое не способен. Никто не заставит меня жениться на нелюбимой женщине. Наверное, я эгоист, но никогда не согласился бы на подобное ни ради Кадира, ни ради отца, ни даже ради тебя.

К счастью, Эскал не подозревал, что вскоре никому из