Дерзкий поцелуй - Алисса Джонсон

Улыбка на лице Герберта сменилась злобным оскалом. Не сводя глаз с Мак-Алистера, он направил пистолет на Эви.

— У тебя есть тридцать секунд, ублюдок. Тридцать секунд, чтобы вспомнить мистера Джона Герберта, прежде чем я вышибу ей мозги…

— Он был агентом военного министерства, — прервал его Мак-Алистер.

— Он был больше чем просто агентом военного министерства, — резко бросил Герберт. — Он был сильным, властным, состоятельным и знатным человеком. Он был отважным и храбрым. Он был умным и талантливым. Он был само совершенство. Человеком такого сорта, какого обычный преступник вроде тебя никогда не сможет понять.

— Он был твоим отцом, — догадался Мак-Алистер.

— Он был героем. Он вновь и вновь жертвовал своим временем, своими деньгами, счастьем собственной семьи, беззаветно служа родной стране. И как же эта страна отплатила ему?

Когда Мак-Алистер не ответил, Герберт замахнулся на него пистолетом.

— Ну-ка, скажи ей, как Великобритания отплатила ему!

— Он был убит. Десять лет назад.

— Девять! Это было девять лет назад. — Герберт внезапно рассмеялся каким-то режущим, острым, как лезвие бритвы, смехом. — Неужели, Мак-Алистер, ты сбился со счета?

— Это было давно.

— А я помню все, как будто это случилось вчера.

Герберт оборвал смех, вздохнул и закрыл глаза. Это длилось всего мгновение, но Эви напряглась, готовясь рвануться вперед, выбить пистолет у него из рук и опрокинуть на пол, прежде чем он успеет схватиться за второй ствол. И даже если у нее не все выйдет, у этого негодяя останется только один пистолет. Всего одна пуля. А если она схватится с ним врукопашную, значит, эта пуля не достанется Мак-Алистеру.

Она украдкой метнула взгляд на Мак-Алистера и увидела, как тот едва заметно, но решительно покачал головой. Это был приказ. Не смей! Пожалуй, она бы ослушалась его, если бы не выражение глаз Мак-Алистера. Он смотрел на нее в упор, не мигая, и в его темных глазах стояла мучительная боль и страх. Страх за нее. Его глаза не требовали, они умоляли.

И хотя ей невероятно трудно было смириться с бездействием, она осталась стоять на месте. Спустя мгновение Герберт открыл глаза.

— Для меня это случилось вчера, — повторил он. — Я до сих пор слышу, как он что-то шепчет моей матери. Было темно, и он знал, что ты придешь за ним. Но он не боялся тебя! — выкрикнул лже-лакей. — Он боялся лишь за меня и мою мать.

— Я никогда не убивал невиновных.

— Мой отец был невиновен, — взъярился Герберт. — Невинный человек, совершивший ошибку, всего одну ошибку!

— У него был выбор, и он его сделал. Этот выбор принес ему внушительную сумму денег. И этот выбор стоил жизни полудюжине хороших людей.

— Он сделал ошибку. Откуда он мог знать, как будут использованы полученные от него сведения?

— Он знал.

— Ты спрашивал его? — выкрикнул Герберт. — Разве ты дал ему возможность объясниться перед тем, как перерезать ему горло? А, дал?

Мак-Алистер отрицательно покачал головой.

— Что ж, теперь ясно, — губы Герберта сложились в зловещую ухмылку, — что я умнее тебя.

Перерезал ему горло? Эви переводила взгляд с одного мужчины на другого. Получается, отец Герберта был французским солдатом? И он встретил Мак-Алистера на поле боя? Такое развитие событий выглядело вполне правдоподобно, но откуда он мог знать, что должно было с ним случиться? Почему он боялся за свою жену и сына?

— Я не понимаю…

— Вы будете говорить, когда я вам разрешу, — не глядя на девушку, коротко отрубил Герберт. — Мне нужно кое-что сказать Мак-Алистеру. — Он глубоко вздохнул, словно собираясь с силами. — Я искал тебя долгие годы. Долгие годы я выслеживал всех Мак-Алистеров, которые попадались мне на пути. — Внезапно Герберт рассмеялся. — Если бы я только знал, что твоя фамилия пишется по-другому, не так, как у остальных. Ты хотя бы знаешь, как холодно бывает в Шотландии? К тому же, там чертова пропасть Мак-Алистеров. Меня так и подмывало прикончить парочку, на тот случай, если они — твои дальние родственники. Но ведь тогда я был бы ничем не лучше тебя, верно? Не хуже, но и не лучше.

Мак-Алистер ничего не ответил.

Герберт с деланным равнодушием передернул плечами.

— Но даже самые туманные слухи рано или поздно доходят в эту Богом забытую страну. Я уехал оттуда, как только услышал о загадочном и таинственном Мак-Алистере, отшельнике Халдон-Холла. Полагаю, такой человек, как ты, перейдя на насекомых и паразитов, решил, что поднялся на очередную ступеньку в жизни? — Лже-лакей злобно захихикал, радуясь собственной сомнительной остроте. — И все равно, даже поселившись в Халдоне и получив работу, я не мог отыскать тебя. Кроме того, — он вдруг вперил яростный взгляд в Эви, — у меня было очень мало свободного времени.

— Я… — Очевидно, от нее требуется какая-нибудь реакция? — Мне ужасно жаль…

Герберт презрительно фыркнул и вновь повернулся к Мак-Алистеру.

— К тому времени, когда я наконец нашел твою маленькую хижину, тебя там уже не было. Не было. — Он захлебнулся смехом и застонал. — Ты даже не можешь себе представить, насколько я был удручен и разочарован! Искать так долго и подобраться к тебе так близко! — Он тряхнул головой, словно отгоняя неприятные воспоминания. — Мне оставался только один выход — выманить тебя в чистое поле. И вас, моя дорогая, — добавил он, метнув на Эви быстрый, оценивающий взгляд. — Вы дали мне в руки замечательное средство. Достаточно было один раз случайно заметить таинственную леди под вуалью, в глухую полночь крадущуюся к себе в комнату, чтобы пробудить мой интерес. А когда я быстренько заглянул в ваш маленький письменный стол, мне все стало ясно. У Эви противно засосало под ложечкой. Ее бухгалтерская книга, черновики писем в газеты и правительственным чиновникам. Да, догадаться о том, чем она занимается, было не сложно, если вскрыть не такой уж надежный замок на ящике ее письменного стола.

— Ты использовал ее, — прорычал Мак-Алистер.

— Ага, мы снова разговариваем? — злобно оскалился Герберт, но потом равнодушно пожал плечами. — Как я уже говорил, это была единственная возможность, которой я и воспользовался. Прислуга только и болтала без умолку, что о том, как ты помог лорду Терстону спасти его хорошенькую супругу. Какой храбрый поступок. Какой отчаянный. Какой романтичный. И какой глупый! — Он фыркнул. — И какой удобный для меня. Одна-единственная угроза, и ты со всех ног спешишь в Халдон. Один выстрел в мисс Коул, и ты тут же примчался на берег. Это было не слишком-то умно с моей стороны, признаю, но я хотел увидеть твой страх, увидеть, как хоть раз в жизни ты боишься так, как боялся мой отец.

— Она невиновна.

На лице Герберта вновь заиграла злобная улыбка, но на этот раз к ней примешивалось удивление.

— Очень сомнительно, учитывая, чему я только что стал свидетелем. А теперь, какой бы занимательной ни представлялась мне эта интерлюдия — а она очень занимательна, поверьте мне на слово, — пора переходить к неизбежному финалу. Твой друг, оставшийся снаружи, рано или поздно сообразит, что след, по которому он идет — ложный. Мак-Алистер, тебе предоставляется последнее слово…