Без маски - Лина Мур

– Да брось, Лив просто слишком эмоциональная. Ещё не отошла от больницы, – пожал плечами Коул.

– Это вы проявили неуважение, а всё достанется мне! Чёрт! – Ударил кулаков по двери и скривился от боли.

– Давайте, уберёмся и всё. А она вернётся, и ты будешь просить прощения, – предложила Лайла, а я только глубоко вздохнул.

– Я пойду этого алкаша уложу, – Коул развернулся и вышел из холла.

– А если с ней что-то случится? – Я сбросил с себя пальто.

– Ничего не случится, поплачет и вернётся. Видимо, и, правда, больница ещё даёт о себе знать. Лив пытается принять всё, наверное. Она ничего не взяла с собой. Ну, и в туалет когда-нибудь захочет, – успокаивала она меня.

Но я знал, что ни хрена ничего хорошего не будет. А я просто хотел расслабиться, потому что весь был как на иголках весь вечер. Не знал, как себя вести, чтобы не расстроить её. И да, признаюсь, перебрал, но блять она же не первый раз со мной! Она должна меня понимать!

Пока мы доставали ведро и тряпки, я злился на все, и больше всего на Леса. Что он себе позволил? Как он, вообще, посмел ей предложить замуж? Охренел совсем! А она? Так прильнула к нему, как должна обнимать только меня. Да, гребаный ревнивец, но я так долго ждал её, так глубоко любил, что каждая ласка, подаренная не мне, ударяет больно по груди и отдаётся помутнением рассудка.

Час прошёл пока мы втроём вытирали и мыли всё, а Лив всё не было. Ребята сочувственно посмотрели на меня, когда уходили к себе, а я поплёлся в душ. Но, чёрт возьми, было же, правда, весело и она смеялась. Так почему такая смена настроения? И эта идея фикс всех накормить, о которой мне когда-то упоминал Лес.

Вытираясь полотенцем, я немного протрезвел и теперь был настолько обижен её поведением, что решил, что просто буду игнорировать её. Дура!

Я вышел из ванной и достал из шкафа свежее бельё и спортивные штаны. Но внутренние чувства неподвластны разуму, и я пошёл проверить, вернулась ли она. Лив сидела в гостиной с бокалом виски и смотрела впереди себя. Нормально, нет? Я значит, тут обижаюсь, а она расслабляется!

– А вот теперь потрудись мне объяснить, что ты устроила? – Не смог сдержать злости и рыкнул, из-за чего девушка вздрогнула.

– Отвали, – фыркнула она и, залпом выпив алкоголь, встала с дивана.

– Ну уж нет, ты разоралась, как бешеная истеричка на какую-то шалость. Разве это стоило того? – Зло прошипел я, схватив её за локоть.

– Я не желаю говорить с тобой, – процедила Лив и вырвала руку, оттолкнув меня и пролетев в спальню.

Нет, так не пойдёт! Я пошёл за ней и захлопнул дверь в спальню, где Лив с остервенением срывала с себя одежду.

– А я желаю говорить, поэтому слушаю тебя, – я сложил руки на груди и выразительно посмотрел на неё.

– Мне нечего тебе сказать, Гранд, – холодно ответила она, снимая джинсы.

– Ты думаешь, я буду терпеть это? – Недоуменно спросил я.

– Да плевать, – повела она плечами и натянула на себя футболку.

– Тогда я так полагаю, что ты уже решила завтра свалить с Лайлой? – Гнев внутри так громко клокотал, на что я сжал руки в кулаки.

– Что? – Удивилась Лив и повернулась. – Ты считаешь, что из-за этого я соберу вещи и уеду? Я в отличие от тебя не ребёнок!

– Я ребёнок? – Уже заорал я. – Я самостоятельная личность. Я работаю и зарабатываю, я всего лишь позволил себе расслабиться, что в этом такого?

– Ты, правда, не понимаешь? – Прошептала она и её глаза заблестели, наполняясь слезами.

– Нет, поэтому объясни мне, – покачал я головой.

– Ты не желаешь вырасти, а я не желаю быть твоей мамочкой. Она есть у тебя. И я ведь старалась, а ты показал всем, что тебе насрать на мои труды! Я весь день пахала, чтобы угодить тебе. А ты испоганил квартиру! – Хлюпнула она носом, после обвиняющих речей.

– Это моя квартира, что хочу, то и делаю, поняла? Захочу, вообще, оболью все бензином и подожгу! Я сам заработал на неё, а ты здесь живёшь, потому что я разрешил! И я покупал продукты, могу на них хоть танцевать! – Прорычал я.

– Что? – Её лицо побледнело, а я прикусил язык. – Да, ты прав, это твоя квартира. А я всего лишь вещь, правда? Ты меня держишь тут за зверушку и шлюху, которую можешь трахать тогда, когда тебе захочется! Я здесь просто отрабатываю твои затраты! Я не прислуга тебе, ясно? Раз ты такой самодостаточный, то живи один и трахай мозг сам себе!

По её щекам катились слезы, а я только сейчас понял, в чём обвинил её. Придурок, когда научишься думать прежде, чем открывать рот?

– Ливи, прости… я не то имел в виду, – пытался поправить положение, но она лишь мотнула головой.

– Какой же ты урод, Кин! Ты никогда не изменишься, правда? Ты всегда будешь уверен, что я буду сдувать с тебя пылинки. Но ты ни хрена меня не знаешь и не понимаешь, в каком говне купаюсь я! – Она сглотнула и зажмурилась.

– Малышка, прошу тебя, прости меня, – я подошёл к ней и хотел обнять, но она оттолкнула и воинственно посмотрела на меня.

– Ты разрушаешь меня, – она пихнула меня в грудь. – Ты… ты даже не представляешь, как ты делаешь мне больно всю жизнь. Ты не ценишь меня. И никогда не будешь ценить. Знаешь, я считала за комплимент то, что ты сказал мне за столом. Но я ошиблась, снова и так глупо. Я тоже ненавижу тебя за эту любовь. Ведь для тебя это всего лишь звук! Ты с лёгкостью пойдёшь и найдёшь себе новую Аманду, а потом я получу из-за тебя! Ты всегда так поступал, менял своих шлюх и довольно рассказывал мне, а я ревела в подушку, не видя от тебя понимания. Тебе доставляет это какое-то извещённое удовольствие, скажи? Тебе нравится изводить меня, ломать мою волю? Что ты молчишь? Говори!

Она ударила меня в грудь, но я не нашёл ничего, чтобы оправдаться. Да, я такой урод. Да, я так и поступлю.

Но в этот момент мне стало так паршиво внутри, что я молча сделал шаг назад.

– Убегаешь, как всегда, – усмехнулась Лив и вытерла рукой глаза. – А я бегаю за тобой. Патриция была полностью права, этот круг нельзя разрубить. Когда ты полюбишь меня, Гранд? Когда ты будешь любить меня по-настоящему, а не на словах?

– Я люблю тебя, – выдавил я из себя, сжимаясь весь от страха внутри.

– Нет, ты любишь только себя, – покачала она головой.

– Я не знаю, что сказать, – ответил я, запуская руку в волосы и поднимая голову к потолку. – Возможно, правда, мы только ломаем друг друга. Возможно, это проклятая любовь. Но я не понимаю, почему ты не можешь быть со мной?

– Я с тобой, только где ты? – Прошептала она и, обогнув меня, вышла из спальни.

А я остался стоять, а внутри меня разрывало от паники. Я не могу её потерять, я не могу её отпустить. Я же так люблю её, а она не видит этого, и я не знаю, что мне сделать ещё. Не знаю! Всё у нас настолько неправильно правильно, что я потерялся. Я устал от этой вечной беготни. Я хочу отдохнуть.