Огонь в его объятиях - Руби Диксон

Мой нос дергается при этой мысли.

Легкий ветерок доносит новый аромат. Я вдыхаю его одновременно с мысленным предупреждением о территории. Спарившийся самец живет неподалеку отсюда. Значит, мы, должно быть, близки. Только пара может привести мысли дракони в порядок в этом мире, и поэтому это должны быть те, кого мы ищем.

«Я чувствую чей-то запах в воздухе, — говорю я своей Эмме. — Он рассылает предупреждения. Должен ли я поприветствовать его?»

— Я нервничаю из-за этого, — говорит она мне, садясь прямо. Все следы сонливости исчезли, и ее тело дрожит от настороженности. — Мы не знаем, не очередной ли это трюк Азара. Не прикасайся к своему разуму ни с кем, кроме меня, пока мы не убедимся, что все в порядке. — Ее рука гладит меня по шее. — У меня есть идея получше.

«Да?»

— Ага. Фейерверк.

Глава 32

Зор

Некоторое время спустя моя пара стоит рядом со мной, прикрывая зевок рукой, и мы наблюдаем, как взрывы розового, белого и голубого украшают раннее утреннее небо. Шум, который они издают, оглушительный, казалось бы, сотрясающий сам воздух вокруг нас. Она поступила мудро, предложив это; ни один дракон поблизости отсюда не сможет игнорировать такие звуки.

— Этого должно быть достаточно, чтобы разбудить соседей, — говорит она мне. — Скрестив пальцы, мы принимаем только тех посетителей, которых хотим, а не тех, кого у нас нет.

Действительно, я чувствую шевеление мыслей на дальнем краю моего сознания. Второе присутствие присоединяется к первому. Другой мужчина. Оба пытаются достучаться до меня — и одновременно предостерегают меня, — но я игнорирую их. Им придется прилететь к нам, чтобы увидеть, кто мы такие.

Проходит несколько минут, и Эмма озабоченно грызет ноготь большого пальца.

— Думаешь, они придут? Должна ли я начать еще один раунд?

Я принюхиваюсь, и запах самца дракони становится сильнее. Он сопровождается запахом человека — спаренной самки с парным запахом, как у меня в паре с запахом Эммы. Я чувствую, что кто-то приближается, и говорю об этом своей паре.

«Они скоро будут здесь».

К моему удивлению, она взбивает волосы и поправляет одежду.

— Я нормально выгляжу? Я ведь не похожа на бродягу, правда?

«Ты прекрасно выглядишь. А что?»

— Типичный мужчина, — бормочет она, а затем похлопывает меня по передней ноге. — Потому что приедет моя подруга, и я не хочу, чтобы она думала, что я растрепанная. Я хочу выглядеть так, будто взяла себя в руки.

«Почему ей не все равно? — Я с любопытством обнюхиваю ее. — Я не понимаю».

Теперь она пальцами укладывает волосы на место.

— Просто такое выражение. Может, тебе стоит принять человеческий облик?

«Нет, — твердо говорю я ей. — Так я смогу лучше защитить тебя».

— Надеюсь, в этом не будет необходимости, но, возможно, ты прав. Может, нам стоит приберечь эти откровенные выходки, типа, для второго свидания?

Теперь она просто бормочет еще какую-то тарабарщину. Прежде чем я успеваю прокомментировать подобные вещи, воздух наполняется запахами — и посылами — и я инстинктивно защищающе накрываю свою пару крылом, прикрывая ее.

«Они подлетают. Оставайся рядом со мной».

Она втягивает воздух и указывает пальцем.

— Я вижу их.

На фоне горизонта виднеется золотая точка, которая неуклонно увеличивается в размерах. Дракон приближается к нам, и я вижу всадника на его спине, покрытого множеством странных шкур, которые моя Эмма любит носить на своем теле. Однако эта девушка носит их не только на торсе, но и по всей фигуре, даже на голове. Очень странно. Я изучаю мужчину-дракони, когда он приближается, гадая, узнаю ли я его. Если память вернется, и я увижу лицо знакомого воина. Но дракон, который издает трубное предупреждение, — чужак. У него гордая рогатая морда и шрам поперек морды — свидетельство выигранных в прошлом сражений. На его теле, поперек груди, я вижу что-то похожее на веревки, пересекающие его чешую, и когда он приземляется на небольшом расстоянии, я понимаю, что он каким-то образом привязал свою самку к спине.

Очень странно.

Я опускаю голову и издаю предупреждающий рык в ответ на его вызов. Я чувствую, как его разум проникает в мой, пытаясь зацепиться за мои мысли, но я не позволю соприкоснуться с ним. Его глаза сужаются, меняя цвет от осторожной смеси золотого и черного до почти черного. Он видит во мне угрозу. Его запах меняется на запах гнева.

Я обнажаю зубы, еще немного продвигаясь вперед, чтобы заслонить Эмму от его взгляда. Мне все равно, насколько он разозлится; он даже не посмотрит на нее, если она этого не захочет.

Моя пара прижимает ладонь ко рту и громко кричит.

— Саша, это ты?

«Отойди», — предупреждаю я Эмму, когда она пытается протиснуться вперед.

— Детка, это круто. Это Дах, не так ли? Саша?

«Я не знаю. Я с ними не разговариваю».

— Кто там? — зовет женский голос. Я чувствую удивление моей пары при звуке женского голоса — это не Саша. Женщина на спине дракона снимает покрытие со своей головы — шлем, подсказывают мне мысли Эммы — и встряхивает ярко-рыжими волосами.

Эмма отталкивается от крыла, которое я держу перед ней.

— Детка, выпусти меня. Серьезно.

«Нет».

Она вздыхает.

— Давай, чико. Успокойся уже. — Она снова толкает меня в крыло, ее мысли становятся раздраженными, и я неохотно позволяю ей двигаться вперед. Она поднимает руку в воздух, даже когда я опускаю голову, готовый в любой момент запихнуть ее обратно под свое крыло.

— Привет, — окликает она. — Ты подруга Саши? Я Эмма. Я ищу ее.

Рыжеволосая женщина отвечает и называет свое имя — Клаудия. Она гладит рукой