Искупление - Katrina Lantau

— Так что за краска была на твоих штанах?

— Обычная, — я слегка пожала плечами, — иногда я рисую для себя.

— Кристофер тоже раньше рисовал, но потом забросил это дело. Как давно ты рисуешь?

— Не то, чтобы я прям рисовала, — неловко кашлянув, ответила я, — скорее это способ выплеснуть эмоции или свои переживания. Знаешь, кто-то ищет драки, кто-то выпивает, я же предпочитаю переводить бумагу, это куда более безопаснее, чем все остальное.

— Разумно, — Пол опустился на свое место в изножии дивана и закинул ногу на ногу, ухватив ее за лодыжку, — но никак не вяжется с твоим образом жизни.

— А что с ним не так?

— Ты — охотник, Элиза, — он слегка цокнул языком. От того, как он произнес мое имя, мелкие мурашки побежали по моим голым ногам.

— И ты чертовски хороший стрелок. Так что ты по уши погрязла во всем этом дерьме, с которым нам приходится сталкиваться каждый день. Как так получилось?

— Получилось что? Что я выбрала работу охотника?

— Ага, — он немного сполз по дивану, занимая более удобное положение буквально в нескольких сантиметрах от моих ног.

— Ну, это сложно описать, — вздохнула я, стараясь не обращать того факта, что моя грудь наполнялась его запахом.

— Нам, вроде как, не куда спешить, так что не держи в себе, поделись с классом.

Я хмыкнула и покачала головой.

— Моя мама — учитель, так что фраза «поделись с классом» звучит весьма иронично.

— Ты могла бы пойти по ее стопам.

— Да, именно этого она и хотела. Но, я не думаю, что смогла бы учить кого-то, стоя у доски.

— Хм, — Пол неопределенно хмыкнул и слегка заерзал на диване.

— Что?

— Ничего, продолжай, — весело произнес он.

— Дай угадаю, ты что-то себе нафантазировал?

— Боюсь, что ты своими словами пополнила мою коллекцию порно фантазий.

— Тебе говорили, что ты извращенец?

— И не раз, — даже в темноте я расслышала улыбку в его голосе.

Мысль о том, что Пол будет фантазировать обо мне, одинаково будоражила и отталкивала меня.

— Мой папа — водопроводчик, и он так же научил меня чинить трубы, поэтому настаивал на том, что я могу пойти к нему в рабочую бригаду. Как ты понимаешь, ни один из этих вариантов меня совсем не привлекал.

— Чинить трубы? — Пол громко рассмеялся, слегка согнувшись на диване, отчего его лоб слегка задел мои ноги. Я вздрогнула и чуть сдвинула их в сторону, подталкивая плед под свое тело. — Извини, просто это звучит очень смешно.

— Ну, если вдруг тебе потребуется починить трубу, ты знаешь к кому обращаться, — хмыкнула я и слегка пожала плечами.

Смех Пола стал еще громче, так что думаю, в его голове я могла чинить совсем не водопроводные трубы. Кто бы сомневался.

— Прости, я слегка увлекся, — он вытер глаза пальцами, — я снова готов тебя слушать.

— Спасибо, — хмыкнула я, после чего вздохнула, облокотив голову на диванную подушку, — папа перевелся на границу в то время, когда город отстраивался, мама перевезла нас вместе с ним, потому что не знала, как долго он пробудет в пустыне. Я каждый день наблюдала за тем, как тренируются солдаты, пока не поняла, что это именно то, чем я хочу заниматься. Теперь уже они остаются в городе из-за меня.

— Они не были против твоего решения?

— Они и сейчас против, если сказать, по правде. Отец регулярно повторяет: «Эльза, когда я говорил, что ты должна уметь постоять за себя, это не означало, что теперь тебе следует лезть к тварям за стеной. Оставь бедолаг в покое». Они до сих пор уверены, что это гребаная ошибка природы, которая решится как-то сама собой.

— Почему твой отец зовет тебя Эльзой? — голос Пола звучал задумчиво. Я и не заметила, как назвала это имя.

— Папа хотел назвать меня Эльзой. А маме больше нравилось имя Лиза. Как ты можешь догадаться, они пошли на компромисс, и я получила имя Элиза.

В комнате повисла тишина, пока Пол молча наблюдал за мной из темноты.

— Это имеет смысл, Эльза, — наконец пробормотал он, словно перекатывая мое имя на своем языке, — как гребаная ожившая сказка. Белокурая принцесса в мире монстров.

По моим щекам разлился румянец. Он произнес это с легким оттенком нежности, и мое сердце защемило от нахлынувших эмоций.

— Думаю, я бы поладил с твоими родителями.

— Не уверена, — поморщилась я, — мама вывернет тебя на изнанку, пока папа молча откроет себе бутылку пива. Я привыкла к ним, но для неподготовленного человека это может оказаться пугающим.

— Меня трудно чем-то испугать, принцесса, так что я бы не был так категоричен. Но твоим родителям срочно стоит пересмотреть свои взгляды на уродов, которые хотят вокруг стены. Беспечности не место в нашем мире. Она может укусить за задницу в самый неподходящий момент.

— О, поверь, я знаю это. Но им сложно что-то объяснить.

— Так ты взбунтовалась и пошла служить, чтобы позлить их?

— Нет, я пошла, потому что мне это нравилось.

— Уже не нравится?

— Я не знаю, — слегка повысила я голос, чувствуя давление с его стороны, — я уже ничего не знаю, понятно? Мне казалось, что это то, для чего я нужна, где могу реально пригодиться. Не у гребаной доски в школе, не в яме, подключая чертовы трубы, а за стеной, убивая одну тварь за другой, чтобы когда-то люди могли спокойно выйти за свои стены, не опасаясь, что их внутренности окажутся у кого-то на обеденном столе. А теперь я боюсь выйти из собственной квартиры, не говоря уже о городе. Потому что не чувствую себя в безопасности. Нигде в этом мире я не чувствую себя в безопасности, и это пугает меня.

Мое сердце лихорадочно колотилось, пока я вытирала вспотевшие ладони о мягкий плед на диване. Возможно, что это темнота позволила