Легенда о Защитниках - Дарья Гром

Глава 19. Тайны некроманта

It's your name, I hear

It's not my head's whim

Like the many tears I shed

It's your name, I call

Your name I read

My prayer

My creed

Трек Gala — Faraway

Ничего особо интересного не происходило, пока мы были в этом городе. Так что я успела порядком заскучать. Пятница тринадцатого прошла, но ничего опасного я не заметила, хотя той ночью специально выбежала на улицу, чтобы поближе посмотреть на знаменитые орды нечисти и нежити. И повоевать, разумеется!

Правда, меня с улицы выгнал Генри, который наблюдал за обстановкой из окна и заметил меня. Я получила от него нагоняй и не больной, но обидный шлепок под зад.

— Словно тебе не интересно!

— Тебе должно быть интересно спать, — парировал учитель. — Здесь опасно, дуй в свой номер!

— Никого нет, — грустно констатировала я, играясь с магией ведьмаков. Красивое золотисто-голубое пламя слегка подсвечивало мою ладонь. Я пошевелила рукой, пламя превратилось в миниатюрное северное сияние.

— Хватит уже красоваться, — не проникся моментом мой непреклонный учитель.

— Какие мы строгие, — пробубнила я, убирая магию и направляясь назад под укрытие здания.

Вот. Всё интересное прошло.

Сейчас я обедала последний раз перед отъездом. Таверна была неплохая, гораздо чище многих других, где мне довелось побывать, пока я рыскала по Заврию в поисках учителя в прошлый раз.

Я неторопливо поедала куриный суп, закусывая его ржаным хлебом.

Тут пел бард. Он тянул какую-то заунывную балладу о прекрасной деве, взявшей в руки посох, чтобы защищать мирных граждан от нежити. А пользоваться посохом её учил какой-то грустный монстр, если судить по описанию прошлого этого странного учителя. Девушка была чистой и доброй, что даже монстру было жаль ей вредить, но он ничего не мог поделать со своей чудовищной сущностью.

Почему-то голос певца показался мне знакомым. Я всё-таки оторвала взгляд от тарелки и столкнулась со знакомыми глазами. Это был Шекспирниэль. Бард весело подмигнул мне, продолжая петь.

Меня громом поразило осознание того, что это и есть баллада, которую он обещал написать в мою честь!

Генри пока что куда-то отошёл. Ну и отлично, иначе он наверняка прибил бы поэта за такую песенку.

Закончив петь, Шекспирниэль вычурно поклонился. Ему кинули монеты, а бард, будучи магом, что-то сделал, благодаря чему деньги блестящей серебро-золотистой рекой потекли ему в мешочек. Зрители зааплодировали, радуясь такому фокусу.

— Спасибо, дамы и господа, — крикнул он, направляясь в мою сторону.

Я сначала попробовала сесть так, будто мест больше нет, но не смогла захватить собою скамейку, стоящую по другую сторону стола. Насупилась. Как только поэт сел напротив, я спросила:

— Случайна ли эта встреча?

— Также случайна, как вторжение гросок, — невозмутимо ответил Шекспирниэль. — Как дела у моей музы?

— В целом всё отлично, — осторожно ответила я, откусывая кусочек хлеба и всячески намекая, что не собираюсь ни о чём разговаривать с ним.

Однако бард это проигнорировал, притворно удивившись моему ответу. Его брови выразительно взлетели на середину лба.

— Отлично? И как же всё может быть отлично, если ты живёшь бок о бок с чудовищем?

Мне с самого начала казалось, что Генри и Шекспирниэль недолюбливают друг друга. Поэт в своей балладе полил моего учителя отборными помоями! Это меня как минимум возмутило. Но то, что теперь нахальный певец пытается заставить меня поверить, будто мой учитель — ужаснейший человек, порядком бесит!

— Прекрати так говорить о Генри, — мрачно приказала я.

— О Генри? — Его заклинило что ли? Почему Шекспирниэль постоянно всё переспрашивает? Однако теперь он мелодично рассмеялся, будто я взболтнула что-то очень глупое. — Бедняжка Вивьен. Ты даже не знаешь его настоящего имени.

— Что ты несёшь?

— Ты мне не веришь? А насколько хорошо ты знаешь своего учителя? Как по-твоему, на столько вопросов о себе он отвечает правду? А сколько твоих вопросов он вообще оставил без ответа? — Слова барда били меня не хуже ножа, хотя взгляд поэта был полон искреннего сочувствия.

— И что ты об этом вообще можешь знать? — как можно безразличнее фыркнула я. — Будто вы с ним так тесно общались.

— Было дело. Однако я знаю его лучше кого-либо на этом свете. Лучше любого его ученика или его друга. Поэтому я его враг. Мне жаль тебя, Вивьен. Очень жаль, поэтому я тебя предупреждаю. — Он наклонился ближе, теперь я чувствовала запах его дешёвых духов. — Беги от Генри так далеко, как только сможешь.

Я раздражённо фыркнула. Давненько Генри советовал мне бежать от Шекспирниэля как можно дальше.

— Никуда я не побегу!

— Почему ты мне не веришь? Он опасен!

— Ещё более идиотских доводов не смог придумать? Он единственный согласился меня обучать, я его уже полгода знаю! Жила с ним под одной крышей и сражалась против умертвий и гросок бок о бок. А ты вдруг заявляешь, что я должна слушаться тебя — того, кого вообще не знаю, — бросать всё и бежать?

Шекспирниэль выглядел так, будто разговаривал с настоящей идиоткой и ему разговор уже порядком поднадоел. Если бы я могла, мои глаза выжгли бы в поэте две дыры.

— Вивьен, — почти простонал бард, растирая руками лицо и нервно оборачиваясь. Он явно искал взглядом моего учителя, но Элтон пока что не приходил. — Если хочешь, можешь даже бежать со мной. Твой учитель действительно может использовать тебя в своих целях, которые тебе могут не понравиться. Да что там! Это перерастёт в глобальную катастрофу! Я рассказал бы тебе, но не здесь и не сейчас.

Они даже одинаково предупреждают друг о друге. «Этот прохвост тебя использует в чём угодно, а ты даже и не поймёшь», — сказал мне тогда учитель.

Генри действительно мало что рассказывал о себе. Все намекали, что в прошлом он был не самым хорошим человеком. Но что плохого мне сделал этот некромант? Ничего. А что хорошего? Буквально подобрал с улицы, дал кров, защищал и обучал. Более того, я понимаю, что успела привязаться к нему. Понимаю, что мне нравится быть рядом с ним. Его дом кажется родным, а сам Генри — самым близким мне человеком. Даже если он и совершал что-то неправильное, я бы его простила. Жаль, что некромант этого не понимает, либо считает, что такое даже я не способна принять.

Что же ты сделал, Генри Элтон? Кем же ты был?

И вообще-то глупая ситуация! Шекспирниэль ещё меньше заслуживает доверия, чем Генри. Хотя…

— И