(На)следственное бюро госпожи Сенеры - Альма Либрем

Впереди высился огромный, пугающий своими размерами и ледяной прозрачностью замок. Окруженный со всех сторон горами, он был таким… мертвым и рукотворным. Сенеру поражала уже сама мысль о том, что Лионель Доре сотворил это с помощью своей магии. Но зачем? Неужели он так сильно хотел обладать безграничной властью, что решил спрятать ледяное сердце от всего мира? Неужто в самом деле рассчитывал на то, что в этой ледяной крепости никто и никогда не сможет отыскать ледяное сердце?

Защищал своего наследника?

Или, напротив, хотел пленить его, приковать к своему уже мертвому телу?

Сенера не знала, был ли уместен тот восторг, с которым она рассматривала ледяные шпили, пронзавшие небо. Мир вокруг казался ей страшным и мертвым, и, даже сознавая умом, насколько это прекрасно, Сенера всё равно не могла избавиться от ощущения, что Лионель попытался заморозить, увековечить свою магию, но так и не понял главного: жизнь динамична, она не останавливается по мановению руки. И одного его желания было слишком мало, чтобы остановить естественное течение времени.

Ледяные ведьмы и ведьмаки действительно живут очень долго, но каков смысл в этом, если они обрекают себя на одиночество в ледяных оковах?

— Джеймс… — тихо позвала девушка.

— Что?

— Тебе надо остановиться, — прошептала она. — Уходи, пока не поздно. Я не знаю, смогу ли. Если Лионель Доре стал таким чудовищем, что создал этот ледяной замок, то во что превращусь я? Ведь я сильнее, раз уж он смог замерзнуть.

— Суть не в том, сколько в ледяном ведьмаке или ведьме сил, — возразил Джеймс. — А в том, что в твоем сердце. Ты добрая девушка, Сенера. И ты умеешь любить… Я останусь с тобой до самого конца, и мне всё равно, чем это для меня закончится. Без тебя я всё равно не смогу быть счастливым.

— Колокольчики — это не шутки? — хмыкнула девушка.

— Колокольчики — это не шутки, — подтвердил Джеймс. — Потому одну я тебя никуда не отпущу.

Сенера вновь нашла в себе силы отвернуться от Хортона, впрочем, не отпуская его руки, и взглянуть на огромный ледяной замок. По её телу невольно прошла дрожь — как же можно жить здесь? Потрясающее место…

Но мертвое.

— Пойдем внутрь? — прошептала она.

— Пойдем, — кивнул Джеймс.

Чем ближе они были, тем страшнее казался огромный ледяной замок и тем сильнее Сенере хотелось отступить. Но, ступая по ледяной земле, она с каждым шагом всё больше и больше теряла уверенность в себе.

У ледяного замка не было ни дверей, ни окон. Он оказался цельным, будто та тюрьма, из которой узнику никогда в жизни не выбраться.

— Может быть… — начал было Джеймс, но Сенера прижала палец к губам.

— Тише, — шепотом попросила она. — Позволь мне самой. Я знаю, что надо делать.

Это было ложью, но Сенера надеялась, что наедине со льдом сможет понять хоть что-нибудь, не станет отвлекаться на тепло, источником которого был Хортон. Она подошла к высокой замковой стене и прижалась ладонями к созданным из магии и льда плитам.

Замок молчал, и девушка подала Джеймсу знак, чтобы он отошел ещё на несколько метров. Огромное, созданное из льда здание боялось Хортона, как будто он одним только своим горячим дыханием мог растопить его, превратить в лужу воды.

— Кто создал тебя? — прошептала Сенера. — И почему ты не впускаешь меня внутрь? Может быть, ты не знаешь, кто я?

Лед ответил ей тишиной, и девушка с трудом заставила себя сдержаться и не броситься прочь. Её ледяная магия бунтовала, желая слиться с той мощью, которая однажды создала этот замок.

— Это был не Лионель, не так ли? — прошептала Сенера. — Это были такие же, как я и он… Много поколений. Наш род и те, кто был нашими предшественниками. Они вкладывали свою силу в тебя. Потому следующие поколения рождались слабее. Потому что ты отбирал магию. Ты боишься, что я не отдам тебе свою, не так ли?

Молчание.

— Ты и есть ледяное сердце, не так ли? — прошептала Сенера.

Я храню его.

Сенера вздрогнула. Голос замка звучал у неё в голове, такой тонкий, спокойный и одновременно испуганный. Она слышала, как говорили все её предшественники.

Она даст нам больше, чем ты.

— Сенни? — позвал Джеймс. — Всё в порядке?

— Тише! — одернула его Сенера. — Позволь мне… Позволь мне услышать…

Она будет более щедрой.

— Ты впустил в себя Кристин? — поняла вдруг она. — Ты позволил ей прийти к ледяному сердцу, не так ли? Почему ты принимаешь её, а не принимаешь меня?

Ей показалось, что замок рассмеялся. Огромная глыба льда, он был живым… Он впитал в себя силы всех тех ледяных слуг, которые погибали год за годом и замерзали. Они служили не живым, они повиновались этому творению магии…

Она на нашей стороне. Она — одна из нас. Она отдаст свою силу и даже не поймет, когда сделает это. Зачем нам ты, девочка? Те, кто умеет любить, не замерзает.

Сенера вздрогнула.

— Ты не хочешь впускать меня, потому что я пришла с ним?

Да.

Ответ замка был однозначен.

— Ты боишься, что я не смогу править так, как нужно, потому что я влюблена? — усмехнулась она. — Не так ли?

Да.

Она содрогнулась.

— И потому ты собираешься впустить туда Кристин? Уже впустил, да? Ты… — Сенера всем телом прижалась к ледяной поверхности. — Ты хочешь отдать ей свое сердце. Ты отдал ей осколок, потому что она тебе что-то пообещала.

Мне не хватает башен. Мне не хватает сил. Мне так холодно здесь в одиночестве, и я думаю, что если вдруг стану сильнее, если доберусь до жарких стран… Может быть, я там согреюсь? Столько лет я здесь…

Одна.

Сенера закрыла глаза.

— Ты — человек?

Ледяная ведьма. Первая ледяная ведьма. После меня были другие. Они обязались служить мне. Их сила появилась не благодаря мне, но они привязали её… Потому что им хотелось иметь свою богиню. Я гожусь для этого. У меня ледяное сердце, и оно давно уже не бьется. Кристин одна из нас. Она такая же, как и я, как и её брат, дед, прадед, как все те, кто прежде уже отдал мне свои силы… Она мертва изнутри. Тебе здесь нечего делать. Ты мне ничего не отдашь. Потому убирайся, Ледяная