Мой любимый Напарник - Анна Кривенко

- Пожалуйста! – бесстрастно ответил Нэссиль, усаживая меня на диван напротив родителей и садясь рядом. – Я весь во внимании.

Лицо Нэриэль мгновенно преобрело несчастное выражение, а в глазах выступили слезы.

- Ты знаешь, что мы очень дорожим тобой, ты наш единственный сын, - начала она явно заготовленную речь, – и для нас твое счастье первостепенно!!! – при этих ее словах я едва сдержалась от того, чтобы не скривиться. – И сейчас, когда произошло чудо, которого мы так ждали, и ты стал нормальным зоннёном… - после подобной формулировки мне захотело её чем-нибудь прибить, - .. после того, как наша общая мечта сбылась, мы хотим только одного – чтобы ты наконец-то получил то, чего действительно заслуживаешь. Ты не заслуживаешь служанок и… - она неприязненно покосилась на меня, - и иномирянок. – Ты заслуживаешь принцессу! Шейра происходит из очень уважаемой семьи. Их титул фактически равен нашему, и она… любит тебя! Любит очень давно, и если бы не твои... пошлые проблемы, вы давно были бы женаты. Поэтому, - зоннёнка аккуратно промокнула слезы салфеткой, - поэтому… одумайся. Эта девушка, - она указала на меня пальцем, но даже не взглянула на меня, - никак не может стать твоей женой. Ее статус… ее имя и род… это просто… просто немыслимо низко!!!!!

Последняя фраза вылетела у неё с явными истерическими нотками, а я почувствовала себя так, словно меня смачно облили помоями.

Статус! Складывалось впечатление, словно это действительно было что-то единственно важное в жизни!! Как отвратительно и мерзко! Никогда не думала, что у зоннёнов ТАК…

- Мама... – начал Нэссиль, но его прервал Ашарм:

- Сын! Мы взываем к твоему сыновьему долгу! Ты же сам пожалеешь о своем выборе очень скоро….

- Не собираюсь я ни о чем жалеть! – вскипел Нэссиль, а я почувствовала, что меня сейчас стошнит. Хотелось сбежать с этого места, с этого дома, подальше от этих злых взглядом и того презрения, которым меня обложили эти прекрасные внешне, но совершенно отвратительные внутри существа…

«Прости их… - застонал Нэссиль мысленно. – Они рабы… рабы нашего общества и традиций…»

- Мы уходим! – проговори он вслух, понимаясь на ноги и обнимая меня. – Я больше не хочу слушать эту чушь!

Похоже, Нэссиль собрался телепортироваться, но в этот момент воздух перед нами пошёл рябью, и все, находящиеся в комнате, замерли.

- Кто-то пытается телепортироваться к нам, - шокировано прошептала Нэриэль, - но ведь на доме стоит защита от проникновения!!!

Ашарм тоже подскочил, готовясь вызвать охрану, но в этот момент пространство всё-таки расступилось, выпуская наружу две стройные фигуры, одна из которых оказалась мне очень знакома.

- Нэй! – воскликнула я изумленно. – Как? Откуда???

Предтеч ведь точно остался на базе «Кремень-1»!

Переведя взгляд на его спутника, я поняла, что это был зоннен. Нэй поддерживал его под руку, но тот стоял довольно-таки прямо. Лицо его было бледным, но удивительно молодым и породистым. Волосы казались немного тусклыми, но опускались до самой поясницы, а вот одежда на нем была очевидно иширского производства.

- Что происходит? – вмешался возмущённый Ашарм. – Кто вы такие?

Когда Нэй обернулся к нему и сверкнул колдовскими бирюзовыми глазами, которые почти никогда не встречались у зоннёнов, отец Нэссиля замолчал и ошарашенно открыл рот.

- Нэй Синоарим? – наконец прошептал он, узнав своего далёкого, но крайне могущественного предка. – Но почему вы здесь??? И как преодолели барьер?

Нэй усмехнулся.

- Да вот… научился, когда припекло. Слишком уж мой пациент рвался… к дочери!

Нэй перевёл взгляд на меня. А у меня перехватило дыхание. Я во все глаза уставилась на бледного зоннёна, а потом разом потеряла силы и закачалась.

- Папа? – прошептала почти беззвучно, от шока лишившись голоса. – Папа???

Моисей Саворский улыбнулся. Лицо его мгновенно просияло.

- Здравствуй… Юлечка!

Я не смогла сдвинуться с места, хотя слезы уже полились из глаз, и тогда Нэссиль мне здорово помог. Помог подойти ближе и буквально втолкнул в объятья отца. Когда я почувствовала тепло незнакомых, но таких родных объятий, меня просто прорвало. Я рыдала, захлёбываясь, изливая скорбь всей своей жизни. Кажется, я еще никогда в жизни не плакала ТАК!!!!

Отец тоже прослезился. А с ним и Нэссиль, который мужественно отбросил прочь одиноко скатившуюся слезу.

Нэриэль испуганно прижалась к мужу, смотря на нас со вселенским непониманием, а когда мои слезы наконец-то иссякли, Нэй выдохнул и просил всех присесть.

Отец присел с трудом, и я поняла, как же сильно он еще слаб. Села рядом, боясь отпустить его руку. Но он уже пришёл в себя и со странной улыбкой посмотрел на родителей Нэссиля.

- Простите за несколько… невежливое вторжение, - проговорил он обманчиво мягким голосом, хотя мне показалось, в что в глубине этого голоса зарождалась сталь. – Но я очень спешил. Знаете, между мной и моей дочерью – так уж получилось – с некоторых пор существует глубокая ментальная связь. И я слышал очень многое из того, что происходило с ней в вашем доме. Скажу сразу, мне это настолько не понравилось, что я… очнулся!!! Потому что дочь у меня горячо любимая и единственная, и я не потерплю чтобы кто-то ее оскорблял!!!

Последние слова прозвучали настолько угрожающе, что родители Нэссиля вжались в спинку дивана. От отца отлетела настолько мощная ментальная волна, что задребезжали вазы по углам комнаты.

- Кто вы такой? – спросил Ашарм Синоарим напряжённо.

- И как эта девушка может быть вашей дочерью, если она иширка??? – вставила своё неугомонная Нэриэль, на что отец приподнял брови.

- Если моя дочь похожа свою мать, это не отменяет ее происхождения, раз уж вам так важен чей-то статус. Честно говоря, я очень разочарован в вас, Ашарм и Нэриэль! Не тому учил я вас в своё время, не тому…

Глаза зоннёнский четы полезли на лоб от удивления, я же в ступоре замерла, ожидая дальнейших шокирующих откровений.

- Я понимаю, что меня давно не было и что я сейчас… немного не в форме, но неужели вы могли меня настолько забыть? - отец горько усмехнулся. – Мое настоящее, зоннёнское имя – Аданьер Риноар!

В ошеломленной тишине не раздалось не звука. Ашарм и Нэриэль долго смотрели на моего отца, как на привидение, однако наконец отмерли и в один голос прошептали страдальческое: «Учитель!», после чего синхронно поднялись на ноги