Обольстительница - Хизер Грэм

Она спустилась вслед за ним в столовую. На столе осталась лишь одна тарелка с беконом и овсянкой. Рядом стояла чашка с дымящимся кофе.

– Поторопитесь, – предупредил Хокинс.

Райза села за стол. Конечно, надо поесть, ведь она должна кормить Джейми.

Энтони с малышом на руках сидел на широком подоконнике и молча ждал, пока она поест. Внезапно Райзе пришла в голову одна мысль. Она с любопытством взглянула на Хокинса:

– А скажите… ведь для всех вас безопаснее было бы из тюрьмы двигаться прямо на Юг. Разве не так?

– Капитан хотел увидеть своего ребенка, миссис Маккензи. Он ведь его еще ни разу не видел.

– Но ведь он сказал моему отцу, что не хочет видеть ни меня, ни сына, – возразила Райза.

– Ни один человек не пожелал бы в первый раз увидеться с сыном в тюрьме, мэм.

– А как насчет жены?

Наверное, все друзья Джерома осудили и прокляли ее…

– Идет жестокая война, миссис Маккензи. Человеку приходится следовать велениям своего сердца. Иногда это очень тяжело для мужчины, если его жена выбрала другой путь в жизни.

Райза глубоко вздохнула. Сделала глоток кофе. Взглянула прямо на него:

– Я стала юнионисткой задолго до того, как познакомилась с капитаном Маккензи.

– Никто не обвиняет вас в предательстве, миссис Маккензи.

– Ах вот как! Кажется, я понимаю. Значит, по-вашему, способствуя аресту капитана Маккензи, я не совершила предательства, потому что все время принадлежала к юнионистам?

Хокинс немного растерялся.

– Да, пожалуй, так, мэм.

Райзе хотелось кричать. Но в этот миг она снова ощутила то же странное чувство, что раньше в комнате. Словно мороз прошел по комнате. Она обернулась. В дверях, облокотившись о косяк, стоял Джером. По-видимому, он пробыл здесь уже некоторое время, слушая то, что можно было расценить как признание.

Она сверкнула на него гневным взглядом. Он ответил ей тем же.

– Как я поняла, вы готовы ехать дальше, – сухо произнесла она.

– Да, вы правильно поняли.

– Тогда пошли.

Она встала и быстро прошла мимо него. Он схватил ее за руку.

– Мне не нужны неприятности, Райза.

– Я и не собираюсь доставлять вам неприятности, капитан Маккензи.

– Независимо от того, куда я вас повезу?

– Независимо от того, куда вы меня повезете. Мой сын у вас, капитан.

Райза вышла. Роберт Грей и Рики Бойл уже держали коней наготове перед домом. Роберт подошел к ней, помог свернуть ковровую сумку и прикрепил ее к седлу черного коня. Джером вскочил в седло, наклонился помочь ей, потом Хокинс подал ей Джейми, и они тронулись в путь. На Юг.

Не зная, в чьей власти сейчас эта территория, они старались держаться подальше от оживленных дорог. В какой-то момент Джером попытался расспросить ее о продвижении войск в этой части штата, но Райза мало что смогла рассказать ему. Она знала лишь, что готовится большое конное сражение.

Они скакали очень долго, и Райза начала уставать. Проснулся Джейми и стал проявлять признаки беспокойства. Райза стеснялась его кормить. Джером нетерпеливо спросил, в чем дело.

– Ребенок хочет есть.

– Ну так накорми его. Это ведь основная причина, по которой мы взяли тебя с собой, – раздраженно бросил Джером.

Райза смутилась.

– Это неудобно. По меньшей мере.

– Разве? Я бы не сказал. Остальные едут сзади и ничего не увидят. Что касается меня… обещаю не поддаваться порыву необузданной страсти при виде твоей обнаженной груди, любовь моя. Теперь-то я знаю, какими опасностями это чревато.

– Я неповинна в том, что произошло, Маккензи. Больше я этого повторять не буду. Но поскольку ты по-прежнему самонадеянный кретин и стоишь на своем, обещаю, что в будущем доставлю тебе немало неприятностей.

Он долго молчал. Райза начала сожалеть о том, что поддалась порыву гнева. Сейчас все карты у него в руках. Если он решит избавиться от нее, оставив на дороге, она ничего не сможет поделать.

– Ну что ж, – пробормотал он наконец, – точки над i расставлены.

Джейми издал пронзительный крик. Райза поняла, что у нее нет выбора. Надо покормить сынишку. Расстегнула пуговицы, пристроила малыша у груди. Неожиданно Джером снял сюртук и набросил ей на плечи, чтобы хоть как-то скрыть от посторонних глаз.

День начал клониться к вечеру. Райза задремала. Проснулась, как от толчка, в панике. Где Джейми? Оказалось, ребенок у Энтони Хокинса, а сама она спит на груди у Джерома. Они уже проехали в глубь Виргинии. Джером нашел дорогу к пикетам генерала Ли. В сопровождении эскорта они въехали в военный лагерь конфедератов.

Их встретили радостными возгласами. Обитатели лагеря чувствовали себя в этот час легко и свободно. На кострах готовился ужин. Все выстроились в ряд, аплодисментами приветствуя людей, которым удалось бежать из тюрьмы, и в особенности их предводителя – легендарного морского капитана, много раз прорывавшего линию блокады и снабжавшего их всем необходимым. Вначале их провели в палатку полковника Блаунта, который предложил мужчинам кукурузного виски, а Райзе – кофе из цикория. Потом Джером пошел поговорить с командованием, а Райзу проводили в палатку, освобожденную для нее и Джейми одним из офицеров. В палатке были койка, умывальник, складные стулья и небольшой письменный стол.

Она села на койку, держа на руках Джейми. Райза была благодарна южанам за внимание, но ни на минуту не забывала о том, что находится в стане врага. У входа в палатку поставили охранника. Интересно, для чего? Чтобы она не убежала или чтобы какой-нибудь разгневанный конфедерат не ворвался к ней?

Примерно через полчаса она услышала чей-то голос:

– Райза Маккензи! Можно войти?

Она в страхе вскочила и прижала к себе Джейми. Райза и сама не поняла, чего так испугалась. Этот вежливый голос ей, похоже, незнаком. Она с трудом произнесла:

– Да, войдите.

Полог палатки откинулся. Вошел незнакомый мужчина. Без сомнения, из семейства Маккензи. Зеленоглазый, темноволосый, очень красивый. С тем же намеком на присутствие индейской крови, что у Джерома и Сидни.

– Брент? – неуверенно проговорила Райза.

Он широко улыбнулся. Протянул руки к ребенку.

– Да, я Брент. А это мой племянник?

Она кивнула и после некоторого колебания протянула ему ребенка. Брент сел на койку, разглядывая младенца. Так же как и с отцом, Джейми вел себя с дядей идеально – улыбался и ворковал.

– Очень красивый мальчик! – объявил Брент.

Райза обратила внимание, что его военный китель стал совсем ветхим и ботинки сильно поношены.