Дочь последнего дуэлянта - Жюльетта Бенцони

– Что за глупости! Мы всегда понимали друг друга, разделяли мысли и чувства. И кому, как не ему, знать, что верность нашей семьи королю неизменна.

– Но сейчас у нас нет короля. Нами правит испанка.

– Она мать короля.

– Опорочившая себя связью с итальянским авантюристом.

– Он ее первый министр. Через четыре месяца король достигнет совершеннолетия. Как вы осмелитесь посмотреть ему в глаза, позволив его наследственному врагу топтать и раздирать в клочья его достояние?

– Если он умен, он скажет нам спасибо.

– Или подпишет смертный приговор. Да вы оба просто ослепли, вы и мой братец!

– А заодно и вся высшая знать Франции! Бофор, Ларошфуко, Немур, Буйон, мой брат Конти, мой зять Лонгвиль…

– Скажите еще «его жена», и вы будете гораздо ближе к истине. Лично я уверена только в одном, что вам никогда бы не удалось вовлечь в эти гнусные интриги Гаспара де Колиньи де Шатильона! Он умер, сражаясь за вас, но никогда – слышите меня? – никогда не позволил командовать собой испанцам! Никогда! Никогда!

Вспыхнувшее в Изабель чувство оказалось сильнее ее, и, задохнувшись от слез, спрятав лицо в ладонях, она упала перед кузеном на колени.

– Молю вас всеми святыми, не дайте увлечь себя! Не переступайте границу, не становитесь изменником! Не пятнайте вашей ослепительной славы, которая сделала вас кумиром французов! Расправьтесь с Мазарини, если хотите, но с помощью своего оружия и своих солдат! Вспомните о ваших былых победах!

Де Конде вскочил, поднял ее и заключил в объятия.

– Изабель, – прошептал он, погрузив лицо в ее волосы. – Я приехал к вам, чтобы молить о любви и ни о чем больше. Я так давно мечтаю, чтобы вы стали моей! А мы? О чем мы с вами говорим? Сжальтесь…

– Сжалиться? Над вами?

– Над нами обоими! Вы знаете, что я люблю вас, и уверен, что вы тоже меня любите. Время летит, и очень скоро настанет миг расставания.

В этот миг из парка донесся негромкий свист, на который принц ответил проклятьем.

– Только не теперь! Невозможно! Я не в силах покинуть вас именно в этот миг! Сейчас, когда я держу вас в объятьях, слышу, как бьется ваше сердце, сгораю от желания быть с вами…

Он покрывал яростными поцелуями ее шею, грудь…Снова раздался свист, на этот раз более громкий и настойчивый. Изабель отстранилась.

– Сейчас проснется весь замок! Я посмотрю, кто там.

– Только после того, как станешь моей!

Людовик, уже ничего не слыша, взялся за воротник ее платья, но Изабель, собрав все силы, оттолкнула его.

– Нет! Нужно узнать, что происходит!

Она выскользнула из его рук и подбежала к окну, из которого по-прежнему свешивалась лестница. Внизу она различила мужскую фигуру, державшую на поводу двух лошадей. Своего брата она узнала сразу же.

– Франсуа? Что вы тут делаете?

– Огорчен, что помешал… вашей беседе, сестра, но необходимо, чтобы монсеньор немедленно вернулся. Прибыл гонец и..

– Если он прибыл из Испании, отошлите его туда, откуда он прибыл.

– Нет, он прибыл из Парижа, и дело очень срочное. Будь что-то другое, неужели я позволил бы себе…

– До свидания, моя красавица.

Коснувшись быстрым поцелуем ее губ, Конде перекинул ногу через подоконник и пообещал:

– Скоро я вернусь, мы на этом не остановимся! Я хочу вас всю целиком!

У Изабель хватило здравомыслия сказать:

– Продолжение будет зависеть от сделанного вами выбора!

– Ну это мы еще посмотрим…

Принц уже спрыгнул на землю и в одно мгновенье вскочил на лошадь. Два всадника растворились в ночи. Изабель подняла лестницу и спрятала ее в сундук, затворила окно, но в постель не легла.

Когда на рассвете Агата на цыпочках прокралась в покои, чтобы привести в надлежащий вид беспорядок, какой остается обычно после страстной ночи любви, она увидела Изабель в рабочем кабинете. Ее госпожа крепко спала, сидя в кресле, в котором сидел принц, а перед ней стоял хрустальный стакан с остатками вина и тарелка с вишневыми косточками. Прическа ее лишь слегка растрепалась, зато платье в полном порядке, из чего Агата заключила, что ничего серьезного не произошло, чему нимало удивилась. Однако она была не из тех, кто любит гадать и размышлять. Она разбудила свою госпожу и сразу же задала вопрос, который вертелся у нее на языке.

– Госпожа герцогиня не ложилась?

– Нет, мне не хотелось.

– Так, может, стоит немного отдохнуть сейчас? Если я умею считать, то это вторая бессонная ночь герцогини. Конечно, годы ей позволяют…

– Не тревожьтесь по пустякам! Значит, слаще буду спать в эту ночь, только и всего! А вот принять ванну я бы не отказалась. Но сначала найдите и пришлите ко мне Бастия.

Бастий, как видно, находился где-то неподалеку: не прошло и двух минут, как он стоял перед Изабель в начищенных сапогах, в безупречном костюме, со шляпой в руках.

– Чего изволит госпожа герцогиня?

– Тебе случается когда-нибудь спать? – не без удивления спросила она.

– Я никогда не сплю, когда бодрствует госпожа герцогиня.

– Чудо из чудес, когда тебе служат с таким рвением. А еще большее чудо, что ты уже готов пуститься в путь. Итак, слушай: господин принц и мой брат ускакали отсюда и должны были отправиться в Париж, но мне бы хотелось знать, точно ли в Париж или куда-нибудь еще.

– Вы будете это знать.

– Но это еще не все. Если они не намерены сразу же вернуться обратно, то расположатся в особняке Конде или еще где-нибудь. Немедленно пошли ко мне гонца, а в Париже отправляйся в особняк Валансэ и предупреди мою сестру, что я приеду в самом скором времени.

– Ваши приказания будут исполнены, но, госпожа, Париж сейчас не самое подходящее место для жизни.

– Однако королева живет в Париже. Почему бы и мне там не пожить?

– В самом деле, почему?

– Думаю, что последую за тобой очень скоро, сейчас распоряжусь, чтобы готовили дорожные сундуки.

Бастий поклонился и исчез за дверью. Изабель повернула голову к Агате, которая неподвижно стояла за спинкой ее кресла. Агата не пошевелилась и когда Бастий уходил из комнаты, она только следила за ним глазами и теперь не сводила их с закрывшейся за ним двери. Изабель догадалась, что Агата мысленно с Бастием, и сделала вид, будто ничего не заметила.

Что удивительного, если ее камеристка, которой и всего-то на пять лет больше, чем ей самой, привлекательная, хорошенькая, со складной фигуркой, замужем за человеком, которого видит не так уж часто, и который скорее ее друг, чем возлюбленный, отдала свое сердце этому молодому мужчине, необыкновенному во всех отношениях – мужественному, интересному, сильному и преданному. Изабель в эту минуту впервые подумала о том, что Бастий хорош собой.