Королевство теней - Барбара Эрскин

Генри выбрался из бассейна. Он обошел его по краю и приблизился к Клер.

– Пожалуй, пора одеваться, Клер. Я должен поскорее вернуться в Лондон.

– Конечно. Мне потребуется всего пара минут, чтобы подписать эти дурацкие бумаги Пола.

Они больше не разговаривали друг с другом, пока полностью не оделись и не вернулись в дом. Клер все еще чувствовала озноб, пока наливала кофе в гостиной; вода с мокрых волос стекала ей за воротник. Поставив чашку на каминную полку, она присела у огня, раскрыв большой конверт из плотной бумаги, который Генри достал из «дипломата». В ее руках оказалось около дюжины листов, отпечатанных на машинке или на принтере. Клер посмотрела на самый верхний и сморщилась.

– От нашего бухгалтера. Он всегда заставляет меня подписывать эти скучные бумаги. – Она сняла колпачок с авторучки и поставила подпись.

Попивая кофе, Генри с дивана наблюдал за ней. Когда она взялась за третий документ, он нахмурился.

– Ты когда-нибудь читаешь то, что подписываешь? – спросил он, протягивая руку к тарелке с бисквитами.

Клер пожала плечами.

– Обычно нет. Они такие скучные. Пол просто отмечает место, где поставить подпись.

– Знаешь, тебе следует их читать. – Он почувствовал себя неуютно, подумав, что зря вмешивается в чужие дела.

– А ты знаешь, что в них? – Она подняла на него глаза.

– Конечно, нет. Конверт был запечатан. Просто у меня правило: ничего не подписывать, не прочитав внимательно документ. – Он улыбнулся. – Извини, я, кажется, становлюсь занудой.

Она кивнула.

– Большим занудой. Но я думаю, ты прав. – Недовольно морщась, она устроилась поудобнее и начала подряд бегло просматривать все бумаги. Почти в самом низу стопки лежал документ, содержание которого было отпечатано на внутренней стороне сложенного двойного листа. Снаружи было оставлено место для ее подписи, а ниже, также отмеченное Полом, место для подписей двух свидетелей – Генри и Сары Коллинз. Отложив остальные бумаги, Клер развернула документ и начала читать.

Наблюдая за ней, Генри увидел, как ее лицо все больше покрывает бледность, пока она читала отпечатанные на машинке страницы. Наконец Клер дошла до конца и подняла на него глаза. Она была в потрясении.

– Так значит, у тебя не хватило духу сделать это! – воскликнула она. – И что же удержало тебя? Надежда на то, что в знак благодарности я пересплю с тобой?

Генри вскочил на ноги; кровь бросилась ему в лицо.

– Не понимаю, о чем ты говоришь...

– Ах, не понимаешь? Взгляни сюда! И я могла бы это подписать!.. – Она подняла сложенный лист и помахала им перед лицом Генри.

Генри выхватил его из ее рук и начал читать. Текст гласил, что подписавшаяся сторона, то есть Клер, добровольно передавала всю свою собственность и управление всеми своими делами своему мужу, немедленно и на все обозримое будущее. Подписанная, засвидетельствованная, с проставленной датой эта бумага приобретала силу законного документа.

Генри прочитал еще раз, уже медленнее, чувствуя, что по коже у него поползли мурашки. Он осторожно отложил лист в сторону; взглянуть Клер в глаза он не решался.

– Я не знал, что было в конверте... Пол сказал, что там срочные бумаги от вашего бухгалтера. Мне показалось немного странным, что он попросил именно меня отвезти их, но я всегда рад лишний раз увидеть тебя. Я думаю, он знает об этом... – Он замолчал.

– Ты понимаешь, что могло бы произойти? – Она порывисто вскочила. – Данкерн попал бы в руки Пола. Эта подпись дала бы ему право продать его! Он пытался меня обмануть! – Ее голос дрогнул. – И это ему почти удалось. Ведь я чуть не подписала, Генри... Но зачем? Зачем ему так нужны деньги?

Генри смутился.

– Я думаю, у него большие неприятности, Клер. – Ему было невыносимо видеть ее растерянное лицо. Этика бизнеса, коммерческая тайна – святое для истинного бизнесмена, но здесь был исключительный случай. Пол вел себя как подлец. – Он заключил сделку, но она провалилась, и приближается день оплаты. Мне не следовало говорить тебе об этом. Полагаю, он даже не знает, что мне что-то известно. Он должен крупную сумму, и я подозреваю, что он решил опять купить акции, используя служебную информацию о планирующемся слиянии компаний. Однако и это соглашение было расторгнуто и курс акций резко снизился. Думаю, ему нужна очень большая сумма наличными к началу следующего месяца. – Генри помедлил. – Мне очень жаль, Клер...

– Ты говоришь о сделках инсайдера? – Клер испуганно уставилась на него. – Но за это он может сесть в тюрьму!

Генри мрачно кивнул.

– Он был не слишком осторожен; мне кажется, кое-кто уже догадывается о его делах, а теперь, когда сделка сорвалась, он пытается найти деньги, где только можно. У него огромный долг. Можно уговорить брокера отсрочить выплату до следующего расчетного дня – это даст ему еще две недели, но не более. Они не станут ждать дольше. У Пола могут быть серьезные неприятности, если он не найдет наличные. Может быть... – он помедлил, – может быть, тебе надо выручить его, Клер? – Он отвел взгляд, не в силах видеть испуганное выражение, внезапно появившееся на ее лице. – Может быть, это его последняя надежда.

– Продать Данкерн? – тихо переспросила она. – Но зачем? Зачем он все это делал? У нас было столько денег, за всю жизнь не истратить... А его акции в «Битти-Камерон»? Он говорил, что у вас трудности. Утверждал, что он там много потерял...

Генри покачал головой.

– Наши доходы за этот год оказались не такими высокими, как мы рассчитывали, но вполне приемлемыми. Акции компании стабильны.

– Тогда он мог бы продать их.

Генри утвердительно кивнул.

– Мог бы, но это означало бы конец его карьеры в Сити.

Клер проглотила вставший в горле комок. Она лихорадочно размышляла, стараясь найти выход.

– А если я продам Данкерн, это спасет его карьеру?

Последовало молчание. Генри пожал плечами.

– В зависимости от того, сколько за него дадут, какую сумму должен Пол, и, главное, много ли людей знает о том, как он проводил эти сделки.

Клер, побледнев, смотрела на Генри.

– Ты хочешь сказать, что его могут схватить за руку? Что он может попасть в тюрьму, даже если найдет деньги?

– Дело пахнет слишком большим скандалом, Клер. За последние годы было уже несколько сделок с участием инсайдеров. Теперь администрация не позволит, чтобы это еще кому-нибудь сошло с рук.

– Почему же он ничего мне не сказал?

– Думаю, он не хотел тебя расстраивать...

– Расстраивать меня?! Я вся извелась за эти несколько недель, зная, что он хочет продать Данкерк, и не понимая, зачем; чувствуя, как рушатся наши отношения. Я думала, это из-за того, что я не могу иметь детей... – Ее голос сорвался, она отвернулась.