Грязная тайна - Ольга Джокер

— Что там у тебя?

Она не обращает на мои слова никакого внимания. Выхватывает из рук тонкую тестовую полосочку и неестественно выпучивает глаза.

Встаю с крышки, забираю тест.

— Две. Лисичка, две! Ты беременна! – выкрикивает Ляля и тут же сбавляет тон до шепота: — А от кого?

Жму плечами, опускаю взгляд. Сердце выпрыгивает из груди, голова кружится. Не может быть. Этого просто не может быть… Пол под ногами качается и качается. Так сильно, что, кажется, я не удержусь и вот-вот рухну навзничь.

Глава 61

***

До глубокой ночи мы сидим с Лялей на кухне. Спорим, ругаемся и подсчитываем сроки. Чуть позже даже плачем, потому что история безумно запутанная!

Я не соврала, когда сказала, что отсутствие регулярного менструального цикла — это нормальное для меня явление. Так бывает. Это не хорошо, конечно же, но и не смертельно. Раньше меня не тревожил данный факт, но тогда я не занималась сексом с мужчинами.

— Почему у тебя нет вина? — сетует Ляля. — Или хотя бы шампанского? Мне надо! Срочно надо выпить!

Она ходит туда-сюда и мельтешит перед глазами. Я же пытаюсь абстрагироваться и вспомнить. Когда? Когда, чёрт возьми, в последний раз у меня были месячные?

Но в голове пусто. Там ни воспоминаний, ни толковых идей. Какой же тогда срок у моей… беременности? Я даже это слово не могу произнести без некого ощущения инородности. Как будто оно не моё. Как будто никогда и ни при каких обстоятельствах не должно было иметь ко мне отношение.

— В смысле? Ты не в курсе, предохранялся ли Руслан? — изумляется Ляля.

— Мне было не до этого, — поясняю подруге. — Я не разглядывала его, не разговаривала с ним. Как только Руслан меня отпустил, я сорвалась с постели и пулей улетела в ванную комнату. Общаться и встречаться с ним больше не стала. И тем более не интересовалась, надевал ли он презерватив. Лишь несколькими днями спустя я сдала в лаборатории анализы. Всё было чисто. Я даже в мыслях не стала допускать ни единого сценария с беременностью.

— Варианта два. Это либо ребёнок Миши, либо Руслана.

— Утешила, — качаю головой.

Делаю глоток чая, во рту горчит. Я чувствую себя потерянной и совершенно обезоруженной.

— Сексуальный контакт с Русланом был двадцать восьмого октября – это два месяца назад, — снова начинает считать Ляля. — Примерно столько же у тебя отсутствуют месячные. Верно?

— Примерно, да.

— Контакт с Медведем шестнадцатого-семнадцатого ноября точно был с защитой. Поэтому он отпадает. Да?

— Не знаю.

— Следующий контакт без презерватива с Мишей состоялся первого декабря. Что совсем не подходит, потому что рано. Наверняка рано. Мою сестру начал мучить токсикоз после седьмой недели.

— У меня сейчас голова взорвётся, — обращаюсь к Ляле.

— Прости, я пытаюсь помочь, но, наверное, гружу тебя ещё больше. Проще лечь спать, а завтра записаться к врачу и узнать точный срок.

— Так и сделаю.

— Только, умоляю, не к тому, что ставил тебе бесплодие, — просит подруга. — Я возьму контакты у сестры, она наблюдалась у замечательного доктора. От срока и будем отталкиваться.

Я пробую отвлечься. Честное слово пробую! Падаю на подушку и зажмуриваю глаза, чтобы скорее уснуть. Усталость одолевала меня ещё на репетиции. Тело было тяжелым, слабым. Веки слипались. Теперь же я ни о чем не могу думать, кроме как о тех двух полосках на тесте.

Три часа проходит в муках. Сон не идёт, в голове набатом стучит: «Беременна, беременна, беременна».

Но от кого?

Это самый важный и значимый вопрос, на который у меня нет однозначного и чёткого ответа. Если на секунду взять и представить, что малыш, который чудесным образом укрепился в моей матке, является частичкой Медведя — то это будет для меня самым настоящим новогодним подарком. А если нет? Мамочки, что будет, если нет?

Ночью мне снится праздник. Шум, веселье и дружная компания. Вокруг много разноцветных гирлянд, снега и искр бенгальских огней. Пузырьки шампанского щекочут ноздри, музыка врезается в уши и бодрит тело. Я шепчу Медведю, что безумно его хочу и предлагаю уединиться в нашем доме-шале.

Он согласно кивает, устремляется вперёд и показывает мне дорогу. Я утопаю в снегу и следую за Мишей. Спустя короткое время вижу перед собой деревянный двухэтажный дом, который красиво подсвечивается фонариками. Замираю, открываю рот от восторга. Внутри дома камин, в котором уже трещат дрова, а густой серый дым выходит через трубу на крыше.

Оторвав взгляд от идеальной картинки, я спохватываюсь и понимаю, что отстала от Медведя! Он ушёл далеко вперед и не дождался меня. Ускоряю шаг, перехожу на бег. И догоняю, догоняю. Спотыкаюсь, едва не падаю. Хватаюсь руками за воздух и отчаянно стараюсь! Но вот парадокс — чем быстрее я бегу, тем больше отдаляется от меня Медведь.

Вскоре его силуэт становится невидимым, а трещание дров в камине и уютный дом-шале пропадают из виду насовсем.

Я открываю глаза и учащенно дышу. Сердце выпрыгивает из груди, по позвоночнику катятся капельки пота. Ночная сорочка мокрая насквозь!

Стоя под тёплыми струями воды в душе, я настойчиво убеждаю себя в том, что сон лишь отразил мой внутренний мир. Мои переживания, опасения и страхи. Я прямо сейчас могу позвонить Медведю и удостовериться в том, что он мой. Пока что мой. И никуда без меня не ушёл.

Спустя минуту, укутавшись в тёплый махровый халат, я набираю его номер. Нервно слушаю длинные гудки. О тесте с двумя полосками я ему пока не скажу. Не смогу. Не время.

Он удивляется столь раннему звонку. Слушает мои странные выпады и признания. Дыхание рвётся, сердце не на месте.

Господи, пожалуйста, не будь ко мне настолько жестоким. Пусть это будет малыш от Миши. Мне больше ничего не нужно, честное слово.

***

— Здравствуйте. Мы бы хотели записаться на УЗИ, — произносит в динамик Ляля. — Уточнить срок беременности и получить консультацию, ага.

— Ближайшая запись на послезавтра, — отвечает мелодичный женский голос.

— А пораньше?

— Извините. Все часы уже расписаны.

Мы с подругой завтракаем чаем с бутербродами. Обзваниваем все клиники в округе, спрашиваем наличие свободных мест. Но все как один не могут принять ни сегодня, ни завтра. Некоторые предлагают запись только после Рождества!

— Давай