Наследник тьмы - Ольга Дмитриевна Силаева

Итан помедлил.

В наступившей тишине все смотрели на него. Маги и магистры, Тамми, Леандро и Салазар. И я.

А Итан смотрел на меня. Только на меня.

– Есть одна деталь, – произнёс он. – Перед тем как стать хозяином алтаря, сместить магистрат и уничтожить его в пыль, я должен достичь пика своей силы. Сделать это можно только одним способом.

Его взгляд указал на моё запястье.

– Выпить всю мою силу, – медленно сказала я, начиная догадываться. – Принести меня в жертву. Ведь Тёмный Магистр тоже начал с принесения в жертву рабынь.

Теперь на меня смотрели все.

Итан холодно улыбнулся архимагистру.

– Но вы это и так знаете, правда? Когда первый архимагистр построил алтарь, ему пришлось принести точно такую же жертву. И это жертвоприношение, каким бы давним оно ни было, связывает вас так же, как тёмная магия – сторонников моего отца.

Леандро присвистнул. Тамми болезненно поморщилась.

Итан усмехнулся в сторону своего наставника.

– Так кто там говорил, что преступления совершали лишь наши родители?

– Твой отец убивал неизмеримо больше! – крикнул Айвор.

– Но я не стал убивать, – произнёс Итан, глядя в глаза архимагистру. – Думаю, этого ответа вам должно быть достаточно.

Повисло молчание. Небо за хрустальными окнами окрасилось бледно-зелёным, готовое вспыхнуть алой кромкой рассвета. Вот-вот должно было взойти солнце.

Я смотрела на полосу горизонта, и в голове было пусто. И магистрат, и отец Итана убивали непричастных людей, чтобы добиться власти. Есть ли здесь вообще хоть кто-то, кто не несёт в себе тьму, готовую расправляться с чужими жизнями?

– Ты меня удивил, Итан Волнар, – произнёс архимагистр наконец. – Ты вернулся, ты добровольно готов остановить утечку магии, и ты не стал убивать. Моя дочь уверяет меня, что в будущем вы можете сблизиться. Всё говорит о том, что ты заслужил место за столом. Я готов дать тебе шанс.

Угу. А потом у них с Ренатой будет ребёнок, который унаследует всё. Прямо-таки зажигай фейерверки и разноси праздничные закуски. Добро пожаловать в новую эру!

– С Зимнепраздником нас всех, – саркастически проронил Леандро. Кажется, он думал о том же, о чём и я. – Прекрасное начало дня.

– Магия Тёмного Магистра побеждена его же наследником, – серьёзно отозвался магистр Айвор. – Думаю, это достаточный повод для праздника. Не так ли, Вендрик?

В глазах его были вопрос и надежда.

Но архимагистр покачал головой.

– Ещё не всё. Ты получишь место за столом, Итан. Но сначала…

Архимагистр повернулся к бывшему жениху Ренаты.

– Кертис?

Он взмахнул рукой, и Кертис театральным жестом сорвал ткань с круглого предмета, который он нёс.

– Я должен быть уверен в вашей лояльности, – произнёс архимагистр, обводя взглядом четверых магов. – Поэтому сначала вам предстоит ещё кое-что.

– Печати, – с ядовитой улыбкой произнёс Кертис. – Все вы станете личными должниками архимагистра и получите печати. Фактически такие же, как она. – Он указал на меня и расхохотался. – С Зимнепраздником, идиоты!

Меня будто окатили ледяной водой.

– Вы же против рабства! – выпалила я.

– Исключительные обстоятельства, – развёл руками архимагистр. – Мы принимаем в круг нового магистра, и нам требуется его послушание. Его и его друзей.

«Ходят слухи, что для магов, сбившихся с пути, тоже существуют печати».

– Такого никогда не будет, – фыркнул Леандро. – Лучше сразу убейте.

Кертис пожал плечами, и восемь магов синхронно вскинули жезлы.

– Бесполезно сопротивляться, – произнёс магистр Айвор устало. – Вы четверо вступили в открытый бой с архимагистром и проникли к тайному алтарю Тёмного Магистра, зная, что делаете. За это полагается смертная казнь, без исключений и смягчающих обстоятельств.

– Кроме того, вы подвергли унижению своего наставника и мою дочь, заставив их положить ладонь на алтарь. – Архимагистр растянул губы в торжествующей улыбке. – Думаю, будет справедливо, если с вами произойдёт нечто подобное.

– Смягчающие обстоятельства у нас есть, – парировал Итан. – Если ваша дочь и Айвор обратятся против меня, они лишатся магии.

– Глупая попытка. Против тебя выступаю я, мальчик, а я никаких клятв не давал. То, чего ты страшишься, состоится. Прямо сейчас.

Лёгкая, с виду почти не страшная волна магии подняла в воздух Тамми, Салазара, Леандро и Итана. Жезлы вылетели из их рук, и лучи восходящего солнца ударили в лицо.

– Печать или смерть, Тамира Рамондо, дочь Гектора Рамондо, обвиняемого и виновного в насилии, грабеже, поджоге и убийствах? – сухо спросил архимагистр.

– Тамми, не смей уми… – выкрикнул Леандро и замолк на полуслове, словно тяжёлый, давящий пресс магии заткнул ему рот.

– Печать, – сдавленным голосом произнесла Тамми, и я услышала злорадный смех Кертиса.

Ноги меня не держали, и я прислонилась к стене, не сразу поняв, что это дверь лифта. И поймала взгляд Айвора, полный сожаления. Конечно же, он догадывался, что архимагистр сделает именно это.

– Печать или смерть, Леандро Беери?

Очень хотелось заткнуть уши. Но я не могла.

– Печать или смерть, Салаз…

– Смерть, – раздался безразличный голос Салазара. – Какой смысл?

Маги переглянулись между собой.

– Пожизненное заключение в карцере без книг и света, на одной воде, – отрывисто произнёс архимагистр. – Пусть умирает там. Через три дня спросим снова.

Короткая пауза.

– А теперь уберите их отсюда.

Шестеро магов удалились с тремя пленниками.

Наступила тишина. Даже Рената не осмеливалась её прервать.

Архимагистр подошёл к Итану и остановился напротив него. Шар, бурлящий магией, поднялся в воздух и завис между ними.

– Печать или смерть, Итан Волнар, сын Алексиса Волнара, Тёмного Магистра, обвиняемого и виновного в насилии и смертях, превышающих всё сотворённое живущими обитателями Эвенара? – отчётливо произнёс архимагистр. – Выбирай.

То есть Алексис убил больше, чем все маги Эвенара, вместе взятые? Ничего себе поэтическое преувеличение! Если, конечно, это преувеличение.

– Эва, – произнёс Итан вместо ответа.

– Что? – выдавила я.

На лице Итана играла ироническая улыбка.

– Сейчас самый подходящий момент освободить тебя и снять с тебя печать, не так ли?

Я нахмурилась.

– Ну… да? Наверное?

– Да, – кивнул Итан. – Он смотрел на восходящее солнце. – Но я не буду этого делать. Знаешь почему?

«Знаю, конечно,