И вновь приходит любовь - Дебби Маццука

– Так что же с тобой, Эйлианна? Это серьезно, милая?

Тетя в тревоге заламывала руки, в глазах ее блестели слезы.

Эйли обняла Фиону и с улыбкой сказала:

– Не беспокойтесь, тетя, со мной ничего серьезного. То есть я хочу сказать, что ничем не больна. Просто я беременна.

Эйли в смущении отвела глаза, не зная, как тетя воспримет эту новость. Но неужели у нее действительно будет ребенок? Эйли прижала руку к своему пока еще плоскому животу и улыбнулась. Ее наполнили изумление и радость. У нее будет ребенок – ребенок Рори!

Но что же с ним сейчас? Она уже месяц его не видела. И он почему-то не отвечал на послания. Может, с ним что-то случилось?

Фиона же смотрела на племянницу в изумлении. Наконец пробормотала:

– У тебя... будет маленький?

Эйли покусала губу.

– Э-э... да. Ребенок Рори.

– Лэрд Маклауд? Ах, ну да, конечно же... Славно, ах как это славно. – Тетя ненадолго задумалась, потом заявила: – Что ж, значит, нельзя терять время!

Она откинула с Эйли одеяло.

Та поморщилась и сказала:

– Если вы не против, тетя, мне бы хотелось еще немного полежать.

– О, разумеется! Я и не подумала. Извини, девочка. – Фиона снова накрыла племянницу. – Знаешь, сейчас самое важное – связаться с лэрдом Маклаудом.

Эйли вздохнула.

– Я пыталась. Как только поняла, что магия фей не действует, я отправила ему письмо. Причем не одно. Но он не ответил, и это было несколько недель назад.

Фиона нахмурилась и пробормотала:

– А я не знала, что ты отправила ему письмо. Отец знает?

Эйли кивнула.

– Я не представляла, как это сделать без его помощи.

Сначала Аласдэр наотрез отказывался выполнить ее просьбу. Но Эйли расплакалась, и тогда он сдался.

Тут тетушка, обычно очень сдержанная, закричала:

– Ох уж этот старый дурак! Мне порой хочется встряхнуть его как следует! Очень сомневаюсь, что твой отец отправил письмо. Аласдэр против того, чтоб ты виделась с Маклаудом, что бы он там тебе ни говорил. Для этого он и устраивает сегодняшний вечер. В списке гостей много молодых людей, понимаешь?

Эйли тихо застонала.

– Ах, тетя Фиона, вы должны убедить его в том, что Рори – единственный мужчина, который мне нужен. К тому же теперь, когда я беременна... Сами понимаете...

Эйли легонько похлопала себя по животу.

Тетушка энергично закивала:

– Да-да, конечно, я все понимаю. Но этот упрямый старый дурак... Ох, с ним совершенно нельзя разговаривать. И знаешь... может быть, пока что не стоит говорить ему про ребеночка.

– А я и не собиралась рассказывать ему об этом. По крайней мере – пока.

– Да, не следует говорить Аласдэру, – продолжала Фиона. – Ведь он может... Боюсь, он может вызвать Рори на поединок. Но почему бы тебе не рассказать лэрду Маклауду?

Эйли поморщилась и проворчала:

– Спасибо за прекрасную мысль, тетя. Поймите, я не хочу, чтобы Рори женился на мне только из-за того, что у меня будет ребенок. А он, как только узнает об этом, сделает мне предложение. – Эйли села и подтянула к груди колени. – Но он должен знать, что я здесь. Знаете, тетя Фиона, я боюсь, что он сейчас очень жалеет о том, что использовал последнее желание клана.

И что он почувствует, когда узнает, что она сестра его покойной жены?

Фиона погладила племянницу по волосам.

– Не говори глупости, моя милая. Судя по тому, что ты мне рассказывала, Рори очень любит тебя. И я знаю, что ты любишь его. И поэтому меня удивляют твои слова о том, что он женится на тебе только из-за ребенка.

– Ох, тетя, но мне надо точно знать, что Рори Маклауд хочет жениться на мне не из чувства долга, а лишь потому, что любит меня и не может жить без меня. И я не позволю ему тащить меня к алтарю силой. А он так и сделает, если вдруг узнает, что я беременна.

Фиона усмехнулась и похлопала племянницу по коленке.

– Что ж, девочка, нам придется разработать план действий.

Спускаясь по лестнице, Эйли увидела в самом низу отца и тетю, поджидавших ее. Она невольно прослезилась, заметив, с какой любовью и гордостью смотрит на нее отец. За то короткое время, что Эйли прожила с этими людьми, она полюбила их обоих всей душой.

– Нет такой женщины в Шотландии, которая могла бы сравниться с тобой, моя милая.

Отец широко улыбнулся, когда она спустилась с последней ступеньки. Затем обнял и поцеловал в лоб.

Эйли приподнялась на носочки и чмокнула лэрда в морщин истую щеку.

– Благодарю тебя, отец. И спасибо за великолепное платье. – Она приподняла юбку малинового бархата. – Я чувствую себя настоящей принцессой. Ты балуешь меня.

Фиона утерла слезы и заявила:

– Не говори глупости, девочка. Знаешь, ты – точная копия своей матери. Она гордилась бы тобой, если бы увидела сейчас.

Эйли украдкой смахнула влагу со щеки и крепко сжала тетину руку.

– Спасибо, – пробормотала она.

Отец покачал головой и проворчал:

– Нет, вы только посмотрите на себя...

Обе расплакались, а ведь нас ждут гости.

Эйли замерла в изумлении, когда они вошли в большой зал. Тут было множество гостей – богато одетых мужчин и женщин. Дубовые панели украшали позолоченные держатели для факелов, на окнах висели портьеры из толстого бархата цвета летней зелени, столы ломились от снеди, а возле массивного очага расположилась небольшая группа музыкантов.

Было очевидно, что хозяин приложил немало усилий, дабы сделать этот вечер особенным. И Эйли казалось, что именно по этой причине она не сможет вызвать отца на весьма важный разговор. Но она понимала: больше откладывать нельзя. Она должна увидеться с Рори, а если он не приедет к ней, то она сама к нему отправится.

– А вот и она! – объявил отец группе мужчин, собравшихся в центре зала. – Идем, моя милая: Тут есть молодые люди, которым не терпится познакомиться с тобой.

Тут Фиона прошептала ей на ухо:

– Вот видишь? Что я тебе говорила?

Прежде чем Эйли успела ответить, отец потащил ее к мужчинам, желавшим с ней познакомиться, Правда, попозже он таки соизволил представить ее не только потенциальным женихам, но и с мужчинам постарше, а также некоторым женщинам.

В течение всего вечера Эйли потягивала вересковый напиток с медом и вежливо улыбалась гостям, но в какой-то момент ей стало казаться, что ее улыбка словно примерзла к лицу. Все расплывалось перед глазами, пустая болтовня гостей начала ужасно раздражать, и от всего этого голова пошла кругом.