Мое сердце - Бертрис Смолл

Королева уехала из Линмут-Хауса, когда первые бледные лучи рассвета окрасили серое небо над Лондоном. Она перетанцевала этой ночью все танцы, отведала всех блюд и с удовольствием пила прекрасные французские вина. Елизавета Тюдор впервые чувствовала себя такой расслабленной и спокойной за последние месяцы. Несколько раз за этот прелестный вечер она даже забывала о Дадли.

Крещенский бал-маскарад у молодого графа был признан всеми, кто на нем был, очень удачным. Даже сам Робин считал, что хорошо провел время. Настолько хорошо, что сгоряча пообещал продолжить традицию своего покойного отца и сделать крещенские балы ежегодными. Весьма довольная, Елизавета Тюдор взошла на свою яхту и, весело помахав провожавшим, отбыла.

Велвет не могла вспомнить, когда она так от души веселилась. Правда, она и Алекс по-прежнему ссорились по любому мельчайшему поводу, но иногда ей в голову приходила мысль, что их ссоры — повод для последующего примирения, заканчивающегося так страстно. Да, она была очень счастлива и совсем не готова к неожиданному приезду ее брата Мурроу О'Флахерти. Мурроу — второй сын Скай О'Малли и больше всех походил на нее, так как любил не только свою жену и детей, но и приключения. Некоторое время он состоял при дворе Тюдоров в качестве пажа Джеральдины Фитц-Джеральд Клинтон, графини Линкольнской. Устав от нее и поняв, что без своей земли или какого-нибудь титула при дворе ничего не добьешься, он упросил свою мать послать его в Оксфорд, прилежно учился сначала там, а потом в Париже, где тогда жили его мать и отец. Скай очень удивилась, когда он вдруг выразил намерение отправиться в море. Находясь под командой лучших капитанов своей матери, он проявил поистине материнские таланты в мореходстве. К тому времени, когда Мурроу исполнилось двадцать пять, у него уже был под командой свой корабль и он прославился как один из самых доверенных капитанов Скай и Робби Смолла.

— Из всех, кого вы нарожали, Скай, он единственный истинный О'Малли, — сказал ей как-то старый Мак-Гвайр, старший из ее капитанов.

Корабль Мурроу был одним из восьми, которые ушли вместе со Скай и Адамом в их последнее плавание к берегам Индии. И вдруг неожиданно он вернулся, придя не в порт приписки Плимут, а войдя вверх по Темзе прямо в Лондонскую гавань. По счастью, один из людей графа Линмутского оказался в этот день в доках в поисках апельсинов для Эйнджел, которая в последнее время просто не могла без них обходиться. Узнав «Морского сокола»и его хозяина, человек графа заговорил с Мурроу:

— Добро пожаловать домой, капитан! Граф в Лондоне. Живет в своем доме вместе с леди и лордом Альсестерскими, леди Велвет и ее молодым мужем, шотландцем. Сказать графу, что вы зайдете?

Сознание Мурроу выхватило из всего сказанного только то, что Робин и две его сестры здесь.

— У тебя есть лошадь, парень? — спросил он у слуги.

— Да, капитан. Вон там. Гнедая, под седлом с гербом Линмута.

— Я возьму ее на время, — сказал Мурроу и, не дожидаясь ответа, поспешил к лошади, вскочил в седло и быстро ускакал.

Отъехав достаточно далеко, он понял, что ему сказал слуга: «Леди Велвет и ее молодой муж, шотландец». Велвет вышла замуж? Когда же она успела, и что скажут ее родители, когда вернутся? Он гнал лошадь вдоль реки. В этот ранний час народу на улицах было еще мало. День выдался сырой и промозглый. Наконец вдали показался Линмут-Хаус, и он едва расслышал приветствие сторожа у ворот, проскакав галопом мимо него и дальше по подъездной аллее.

— Добро пожаловать домой, капитан, — приветствовал его мажордом, поспешивший ему навстречу, когда он вошел в дом. — Его милость еще не вставал, но я передам ему, что вы прибыли.

— Не беспокойся, — быстро ответил Мурроу, взбегая по лестнице, — я знаю, как пройти в покои Робина.

— Но, капитан… — Голос мажордома замер, когда Мурроу исчез наверху лестницы.

— Капитан О'Флахерти! — Камердинер Робина коротко поклонился, когда Мурроу переступил порог графских апартаментов. — Добро пожаловать домой, сэр.

— Спасибо, Кипп. Его милость еще в постели?

— Да, сэр. Он лег довольно поздно.

Мурроу только ухмыльнулся и положил руку на дверь спальни.

— Капитан! — Кипп выглядел смущенным. — Его милость не один.

На лице Мурроу мелькнула улыбка.

— Надеюсь, что нет, Кипп. — Он распахнул дверь и, ступив внутрь, позвал:

— Робин, ты, лежебока! Вставай-ка, да давай посмотрим на красотку, с которой ты развлекался ночью. — Подойдя к кровати, Мурроу откинул одеяло.

С ревом граф Линмутский соскочил с постели. Эйнджел громко взвизгнула и попыталась натянуть на себя одеяло. Испуганный взгляд Мурроу в один момент схватил и ее интересное положение, и обручальное кольцо на пальце, и ее красоту.

Но тут брат сшиб его с ног.

— О! — простонал Мурроу, потирая ушибленную челюсть. — Так-то ты встречаешь меня, ты, молокосос?

Робин был уже на ногах и с удивлением смотрел на плотного волосатого человека, стоявшего перед ним.

— Мурроу? Это ты? Боже, ну ты нас и напугал!

— А ты думал, это ее муж? — сдавленно хихикнул Мурроу.

— Я ее муж, ты, похотливый старый морской волк! — Граф рассмеялся. — Тебя слишком долго не было, братец. Нас обвенчал прошлым августом капеллан королевы в присутствии ее величества. Это моя жена Эйнджел.

У Мурроу О'Флахерти хватило сообразительности прикинуться смущенным, он даже покраснел.

— Мадам, — начал он, — должен попросить у вас прощения.

Прелестное лицо Эйнджел было серьезным.

— Не знаю, смогу ли когда-нибудь простить вас, сэр, — сказала она, но ее глаза лучились весельем, и, не в состоянии больше сдерживаться, она лукаво рассмеялась. Мрачное выражение на лице Мурроу опять сменилось на веселое. — О Господи, мне, пожалуй, стоит поговорить с вами попозже наедине. Расскажете мне кое-что о похождениях моего супруга, когда он был еще холост. Добро пожаловать домой, Мурроу О'Флахерти! Ваши сестры много рассказывали мне о вас, но теперь я вижу, что они не знают и половины.

Мурроу рассмеялся:

— Нет, мадам, конечно же, они не знают! А моя жена и подавно! Когда ожидается ребеночек, вижу, мой брат выполнил свой долг?

— В мае, — ответила она, и Мурроу высоко поднял брови.

— Ты не терял времени даром, а, Роб?

— А зачем? — смеясь, ответил Робин, после чего посерьезнел. — Мурроу, что ты делаешь дома? Мать и Адам вернулись с тобой?

— Нет, Роб, именно поэтому я первым делом поспешил найти тебя, узнав, что ты в Лондоне. Сначала я собирался отправиться прямиком к королеве, но теперь, подумав, решил, что прежде нам надо вдвоем обсудить предстоящий разговор с ее величеством. Мать и Адам арестованы в Бомбее португальским вице-королем. Они пока живы только потому, что обещали заплатить португальцам богатый выкуп. Мать устроила громкий скандал на том основании, что она и Адам принадлежат к святой католической церкви. Она объявила, что наш дядя Майкл О'Малли станет чуть ли не следующим папой римским. Вице-короля окружают иезуиты, а они умны и хорошие политики, чтобы задевать иерархов церкви. Кроме того, они получат приличную часть выкупа за свою миссионерскую работу в Индии.