Нежность - Вячеслав Прах

– Почему вы не спите? – вдруг спросила она.

– А вы почему?

– Я не сплю, потому что вы не спите, – сказала Ляля.

– Как такое возможно?

– Я чувствую, как вы смотрите на меня. В эти секунды ваше дыхание становится медленнее и тише.

– Я думал, что вы спите…

– Я спала. Но теперь, когда вы меня разбудили, больше не могу уснуть, – Ляля повернулась в его сторону. – О чем вы сейчас думаете?

Вячеслав решил сказать правду.

– Я думаю о вас и о нашем странном знакомстве с вами.

– Чем не идея для книги?

– Я тоже об этом подумал. Но в книге ведь пишешь о том, чего в твоей жизни не было, о том, что никогда не происходило с тобой. А здесь вот в жизни случилось – и об этом писать уже неинтересно.

– Вы думаете, что интересную книгу можно написать только с выдуманными персонажами и нереальным сюжетом?

– Я думаю, да. Потому что когда автор мечтает, то его сердце вспыхивает ярким пламенем, слова и герои сами приходят к нему. Его фантазия – это его зрение. А воображение для писателя – вещь более ценная, чем талант. Если бы на одну чашу весов поставили писателя с сухим, ровным языком, но с превосходным воображением, а рядом другого – красноречивого, но пишущего о «пустом», то я бы не задумываясь выбрал первого. Хороший автор обязан уметь выдумывать! Я так считаю.

Другое дело – когда пишешь о том, что произошло, как в случае с нами, констатируешь факт без возможности его переделать, как душе угодно. Идеализировать, что ли… – Вячеслав сделал паузу. – Тем и плохи для писателя красивые истории, случившиеся в его жизни. Их жаль переписывать, а когда передаешь максимально точно, как оно в жизни было, то становится скучно читать.

– Возможно, вы и правы, – сказала Ляля. – Вы над этим вопросом думали больше, чем я.

Она несколько секунд помолчала, а затем добавила:

– А что бы вы сегодня переделали в нашей истории, чтобы ее стало интересно читать?

Писатель задумался.

– Пока еще рано об этом говорить, ведь наша с вами история еще не закончена. Начало, конечно, хорошее, такое, что аж за душу берет!

Ляля улыбнулась.

– Что мне делать? На какое число покупать обратный билет? – вдруг спросил Вячеслав.

– Я думаю, что завтра у вас будет целый день, чтобы принять решение и сообщить вечером мне.

– Вы снова вернетесь в десять?

– Да, может, немного задержусь, но я постараюсь прийти как можно раньше.

– А что мне делать целый день без вас?

– Что делать? – ее голос выразил удивление. – В Петербурге? В одном из самых красивых городов мира, построенном по подобию Венеции? Не смешите меня…

– Вы правы. Я завтра буду любоваться городом во время вашего отсутствия. Куда бы вы мне посоветовали сходить?

– Эрмитаж, но это отнимет у вас целый день и, думаю, что со мной вам будет гораздо интереснее там побывать. В Эрмитаже нужна компания! Знаете, я бы вам посоветовала прогуляться по центральным улицам, посмотреть главные достопримечательности, а затем свернуть на параллельные или перпендикулярные улицы, не такие шумные, и заходить в каждый понравившийся дворик. Порой зайдешь в какую-то незнакомую арку, а там – просто не передать словами, такая атмосфера, такой запах. В этом – весь Петербург…

– Хорошо, последую вашему совету.

– Вячеслав, а когда вы шли на встречу со мной, у вас не возникло мысли, что я могу не прийти?

– Это был мой второй главный страх, – улыбнулся молодой человек.

– А какой первый?

– Что вы все-таки придете на встречу!

Ляля засмеялась.

– Как вы меня представляли, если не секрет?

– Если честно, то даже и не помню, – сказал юноша, натягивая на себя одеяло. – Но я точно знаю, что мне хотелось, чтобы вы были ниже меня. Я, наверное, всей душой желал, чтобы вы оказались крошкой.

– И как? Сбылось? – улыбнулась она.

– Сбылось.

– А у вас не было опасений, что на встречу придет, мягко говоря, не тот человек, которого хотелось бы увидеть?

– Были поначалу, – сказал Вячеслав. – Когда поезд отправился с перрона и покинул мой родной город, мною резко овладело такое опасение.

– И как вы с ним справились?

– Я просто закрыл глаза и решил для себя, что буду рад знакомству с любым человеком, независимо от того, красив он, стар или слеп.

– Я таким же способом переборола свой страх, – сказала Ляля. – Но все же я вас ясно видела мужчиной средних лет, невысокого роста. Возможно, даже с небольшой сединой на висках!

– Ну и как? Сбылось? – улыбнулся юноша.

– Практически. Сбылось то, каким я вас увидела сердцем, а не головой.

Ляля замолчала, и после этих слов наступила длительная пауза.

– Вы вкусно пахнете, – сказал юноша.

– Спасибо.

– О чем вы сейчас думаете, Ляля?

– Я задумалась о том, как в одно мгновение перевернулась моя жизнь. Еще вчера вечером я стояла у зеркала, расчесывала волосы, любовалась собой. Говорила себе, какая я красивая, какая счастливая. Я думала, что моя безмятежность, отсутствие драм – это и есть счастье, о котором говорят «просветленные люди». Счастье – быть в гармонии с самим собой… – Ляля сделала паузу. – И вот приехали вы! Я привела вас в свой дом, напоила вкусным чаем, поговорила с вами, а затем подошла к зеркалу и не увидела там себя вчерашнюю, прежнюю. Мое лицо изменилось буквально за один час. Мои глаза, излучавшие счастье и беззаботность, теперь излучали тревогу. Сердце радовалось вам, а глаза не верили ни единому вашему слову. Люди говорят, что их сердце видит то, чего глаза не видят. Я не согласна с ними! Мое сердце слепо, но глаза видят все.

– А ваши глаза видят в полной темноте?

– Видят, – ответила девушка.

– А мои – нет! Я смотрю сейчас прямо перед собой, туда, где только что звучал ваш голос. Я вглядываюсь в темноту, но не могу рассмотреть ваше лицо.

– А зачем вам сейчас вздумалось увидеть мое лицо?

Молодой человек перешел на шепот.

– Понимаете, я не могу поверить, что вы старше меня на девять лет. Этой разницы в возрасте между нами не чувствуется никак. Я с вами разговариваю как со своей ровесницей…

– Но зачем вам понадобилось сейчас мое лицо? Не пойму.

– Я подумал, а вдруг вы – ведьма, и ваши чары действуют только днем. Что, если ночью вы превращаетесь в тридцатилетнюю женщину?

Ляля рассмеялась, а затем утихла и сказала серьезным голосом:

– Обнимите меня, Вячеслав.

Молодой человек уже не ожидал услышать этих волшебных, трепетных слов, от которых ему хотелось кричать и танцевать от радости.