Пленница любви - Мэри Дженис Дэвидсон

Он возник вдруг у Дженни за спиной, двигаясь все с той же поразительно молниеносной скоростью, рука сжала ее плечо, вынуждая развернуться; золотые глаза вспыхнули.

— Не говори так больше, — произнес он с ледяным спокойствием, которое сильно напугало её, но и очаровало при этом не менее сильно. — Это неуважение ко мне, равно как и к тебе самой. Что бы ты там ни думала, у меня нет привычки насиловать женщин.

— Прости, — быстро сказала она онемевшими губами. И, презирая себя за страх, холодно добавила: — Убери руку.

Его ладонь тут же разжалась.

— А теперь я напугал тебя, — заметил он с искренним сожалением. — Прости меня, Дженни.

— Все дело в том, что ты меня даже не знаешь; я не понимаю, почему тебя вообще должна заботить моя судьба, — добавила она с опаской.

Его рука медленно, осторожно поднялась и, когда Дженни так и не отшатнулась, мягко коснулась ее щеки.

— Я тебя знаю, — пробормотал он. — Знаю, что ты больше, чем просто красотка.

Она покраснела, его рука на разгоряченной коже казалась такой прохладной.

— Я не красотка.

Он рассмеялся.

— С этими кудрявыми светлыми волосами?

— Они вьющиеся, — поправила Дженни.

— И с этими прелестными веснушками?

— Фу.

— И с этой чудесной кожей цвета густых сливок?

— Ага, чудеснее не бывает! Особенно на пляже, среди загорелых тел, я вечно выгляжу как чертов вампир, и мы можем обсудить что-нибудь, кроме моей внешности?

— Тогда давай поговорим о твоем уме, смелости и силе воли, — предложил он с напускным сожалением.

— Какая тоска.

Дженни не смогла сдержать смеха, хотя тут же взяла себя в руки.

— Никогда не слышал, как ты смеешься, — он был в восторге. — Сделай так еще.

— Я не могу смеяться по команде. Слушай, — Дженни решила вернуться к делу, спрашивая себя, как долго еще он будет касаться ее лица, — давай рассмотрим голые факты. Итак, что мы имеем: во-первых, ты не псих, а король оборотней; во-вторых, твои враги все равно доберутся до меня, хотя ничегошеньки обо мне не знают. Кстати, а где ты живешь?

— Барнстейбл, Кейп-Код, — весело сказал он.

— Ах, да, Кейп-Код, — иронично протянула Дженни. — Так вот где рассадник оборотней. Я всегда это подозревала. Не зря туда так рвутся туристы.

Он вновь рассмеялся, и пальцы скользнули ниже, на ее ключицу. Дженни тут же отшвырнула руку и резко отшатнулась, так, что ударилась о стену. Удивленный, он бросился к ней, но тут же отступил, когда она вновь его оттолкнула.

— Не смей меня трогать. Никогда. Вообще никогда. А если ты до меня дотронешься, клянусь, я… — Дженни никак не могла придумать что-нибудь достаточно грозное, — ты не отделаешься тем, что я просто врежу тебе между ног.

До него вдруг дошло.

— Я вовсе не собирался снова на тебя набрасываться. — К удивлению Дженни, в его голосе прозвучала обида. — Просто мне нравится прикасаться к тебе.

— Да плевать я хотела! Ты, ничтожный тип, вломился ко мне в дом, придавил к полу и зажал так, что я вырубилась…

— Почему-то, — сухо сказал он, вытаскивая извивающуюся и пинающуюся Дженни из угла и осторожно толкая ее на кровать, а затем отходя к противоположной стене комнаты, — у меня было большое подозрение, что ты вряд ли станешь сотрудничать в собственном… эээ… переезде. Так что это было вынужденной мерой. Лучше подумай о том, что я мог бы сделать, если бы не заботился так о твоем благополучии.

Об этом Дженни старалась не думать. Еще в лифте она поняла, что он вполне был способен искалечить ее или даже убить так же легко, как, скажем, растоптать паука. Да у него была просто масса возможностей сделать это. Черт возьми, она причинила ему сильнейшую боль, какую только может испытать мужчина… и вполне заслуженной кары так и не последовало.

— Все равно это неправильно, — Дженни твердо стояла на своем.

Он лишь пожал плечами.

— Еще вопросы имеются?

— Что будет, когда мы приедем в Кейп-Код?

— Будешь жить в моем доме.

— Как долго?

— Пока не примешь свою судьбу и не останешься со мной — с нами — добровольно.

— То есть навсегда? — в ужасе переспросила Дженни.

Он кивнул.

— Ты похитил меня навсегда? Если только я не сбегу, или не взорву твой дом ко всем чертям, или еще что-нибудь в этом духе?

— Да. — Он сделал паузу. — Я не жду, что ты сразу согласишься.

Дженни набросилась на него. Настало время воспользоваться тем обстоятельством, что он обещал не причинять ей боли. Первый раз она промахнулась — мужчина успел перехватить запястье — но второй удар пришелся прямо в цель, и он вздрогнул, когда ее нога врезалась в его голень.

— Я тебя ненавижу! — взвизгнула она, осыпая его градом ударов. Он, сжимая ее руки, стоически переносил все пинки, блокируя коленом лишь те, что были нацелены в пах. — Ты не можешь так со мной поступить! Это не моя судьба, ты, псих, это было лишь совпадение! Я с тобой не останусь, ни за что! У меня своя жизнь! И в нее не входит торчать на Кейп-Коде со сволочью, возомнившей себя оборотнем.

— Понимаю. Но это не имеет значения, ты все равно останешься, — и, услышав в ответ лишь гневный вскрик, он продолжил: — И между прочим, тебе пора знать, я не люблю, когда меня все время бьют, — спокойно промолвил он, поморщившись, когда ее нога со всей силы обрушилась на его лодыжку. — В будущем это может привести к последствиям.

— К черту твои последствия! — Дженни извернулась, пытаясь нанести жесткий удар головой ему в лицо, но он успел отвернуться, и она лишь уткнулась лбом в его шею.

— Пожалуй, начнем прямо сейчас, — он стиснул ее так сильно, что она задохнулась. Рот смял ее губы в жадном поцелуе, от которого у Дженни ослабли колени. Мужчина прижал ее руки к бокам, а когда она клацнула зубами, пытаясь его укусить, ограничился тем, что принялся нежно облизывать ее нижнюю губу.

— Не… — удалось ей выдавить, и когда она открыла рот, язык скользнул меж ее зубов, отступив прочь прежде, чем Дженни снова сообразила тяпнуть его.

Мужчина тяжело дышал. Почти так же тяжело, как сама Дженни. А она просто задыхалась, причём от ярости, этот самоуверенный мерзавец приводил ее в бешенство.

— Так вот, — сказал он, голос звучал спокойно, хотя глаза лихорадочно блестели, — теперь, когда ты знаешь, какие будут последствия, не стесняйся драться. Потому что тогда я смогу наложить на тебя лапы, не испытывая ни малейшего чувства вины.

— Да ты должен сдохнуть от вины, — прошипела Дженни. — Я тебя ненавижу.

Взглянув на ее рот, он печально поджал губы.