Уроки плейбоя - Мелани Милберн

Мадлен подняла голову и улыбнулась:

— Ах, мистер Чатсфилд, наконец я получила возможность увидеть вас и лично поблагодарить за то, что вы в последнюю минуту присоединились к Лотти в помощи с организацией свадьбы.

— Это честь для меня, ваше королевское высочество.

Лотти чувствовала растущее раздражение оттого, как легко Лукка подстраивается под любую ситуацию. Неудивительно, что у него репутация человека, перед которым невозможно устоять. От этой улыбки даже сталь растеклась бы серебристой лужицей у его ног. Официальное знакомство закончилось, и Мадлен сменила тему беседы:

— Как Лотти себя ведет? Иногда она может быть слишком упрямой.

— Находиться рядом с принцессой Шарлоттой — настоящее удовольствие. — Его улыбка была совершенной.

Когда никто не видел, Лотти метнула в него сердитый взгляд.

— О, вам не нужно обращаться к ней так официально, семья и друзья называют ее Лотти. Уверена, она не возражает. Правда, Лотти?

— Абсолютно. — Девушка натянуто улыбнулась, а в глазах Лукки запрыгали искорки.

— Ваша сестра как раз обсуждала со мной цветы для бального зала.

— Правда? — Мадлен казалась несколько удивленной. — Но я думала…

— Он прекрасно разбирается в цветах, просто рожден для этого. Ему стоило бы стать флористом, если хочешь знать, — улыбнулась Лотти.

Эдуард Тробридж слегка поднял брови:

— Как… мило…

— Я думала, она подключит вас к работе над моим девичником… Ты же не будешь вредничать, правда?

Лотти невинно улыбнулась:

— Тебе лучше знать.

Мадлен снова перевела взгляд на Лукку:

— Боюсь, Лотти не очень обрадовалась помощи с планированием на этом этапе. Она немного помешана на контроле, но работа в команде пойдет ей на пользу. Уверена, вы поможете ей научиться немного отпускать ситуацию.

— Я приложу все усилия, — учтиво произнес Лукка.

Мадлен и Эдуард попрощались с ними и направились в пещеру в другом конце сада.

— Милая пара.

Лотти подняла цветочную корзину.

— Кстати, если бы ты меня поцеловал, то получил бы пощечину.

— А с чего ты решила, что я собирался тебя поцеловать?

Лотти остановилась и посмотрела на него. Неужели она просто все придумала? Настолько отстала от жизни, что даже не может сказать, заинтересован ли в ней мужчина? Но хотел ее Лукка или нет, она была слишком близка к тому, чтобы поцеловать его. Ее зачаровала мысль почувствовать его губы на своих, возбужденное тело дрожало от желания попробовать его.

— Ты… не собирался?

Лукка внезапно ухмыльнулся.

— Я чувствовал искушение, но не хотел, чтобы меня швырнули с башни за нарушение дворцового протокола. Здесь наверняка везде камеры слежения.

Лотти многозначительно посмотрела на него:

— Уверена, ты бы не позволил старомодной книге правил повлиять на физическое влечение.

Лукка забрал у нее цветочную корзину, максимально воспользовавшись возможностью соприкоснуться с ней руками, чем взбудоражил ее нервные окончания и вызвал прилив сильнейшего возбуждения.

— И каково наказание за похищенный у принцессы поцелуй?

— Почему бы не попробовать и не узнать самому? — Девушка с вызовом смотрела ему прямо в глаза.

Лукка перевел взгляд на ее рот и снова к глазам. Туда — обратно. Туда — обратно. Казалось, он спрашивал себя, да или нет.

— Ты флиртуешь со мной, маленькая принцесса?

— Конечно нет!

Он снова наградил ее самодовольной улыбкой и дотронулся пальцем до ее щеки:

— Ты так сильно хочешь меня…

Распахнув глаза, Лотти отшатнулась в надежде, что это хоть немного скроет предательский румянец.

— Скажи, у твоего эго есть собственный почтовый индекс?

Лукка рассмеялся:

— Мило.

Они плечом к плечу прошли сквозь один из увитых розами коридоров, и на них розовыми конфетти упали лепестки.

— Почему для тебя так важна эта свадьба?

Лотти искоса посмотрела на него:

— Это свадьба моей сестры, почему бы ей не быть для меня важной?

— Справедливое замечание.

Они немного прошли в молчании.

— Я хочу, чтобы все было, как желает Мадлен. Чтобы для нее все было совершенно.

— Мне кажется, для нее каждый день все совершенно.

Лотти снова посмотрела на него, но не смогла понять его выражение лица.

— Да, некоторым людям везет в жизни и любви.

— А тебе? — Лукка остановился и посмотрел на нее. — Тебе везло?

— Не могу жаловаться, имея все это. — Лотти обвела рукой замок и угодья. — Мне никогда не приходится волноваться о деньгах для еды или оплаты жилья. Мне даже не нужно стирать одежду или готовить еду.

— А любовь?

Прежде чем снова двинуться по дорожке, Лотти с иронией посмотрела на Лукку:

— От тебя это забавно слышать.

— Почему?

— Ты известный плейбой.

— И?..

Она снова остановилась и посмотрела на него:

— Хочешь сказать, ты любил?

— Нет.

— А есть возможность, что когда-нибудь ты полюбишь?

— Нет.

— Ты правда не веришь, что когда-нибудь сможешь влюбиться? Вообще?

— Мне казалось, мы говорим о тебе?

— Мне бы хотелось сперва понять… — Лотти подбоченилась, не в силах оторвать взгляда от его темных глаз. — Что в любви тебя так ужасает?

— Я не сказал, что это меня ужасает, лишь что это невозможно.

— Но почему?

— Я устроен иначе.

— Ты человек, разве нет? Мы все устроены одинаково.

— Так когда последний раз ты кого-то любила?

Надо было отдать ему должное — Лукка обошел ее. И хоть Лотти не хотелось отвечать, она понимала, что Лукка продолжит давить на нее, пока она не ответит. Проще сказать правду и покончить с этим. Девушка опустила руки.

— Когда мне было восемнадцать. Но разве не говорят, что первая любовь — самая сложная?

Лукка уклончиво пожал плечами:

— Может быть.

— Сейчас мне уже не кажется, что я правда была влюблена, но тогда это не вызывало сомнений. Многие интересовались мной, но я выбрала того, кто казался мне самым искренним. Во мне играли гормоны, хотя сейчас я понимаю, что могла бы сделать лучший выбор.