Дарящая праздник - Мишель Дуглас

— Вы не собираетесь меня впускать? — спросила она, когда оба мужчины пристально уставились на нее. Затем Сол широко открыл дверь. — У меня что-то с лицом? — Она провела рукой по лицу. В ответ на это Сол криво усмехнулся, и у нее перехватило дыхание.

— С головой.

— Ты имеешь в виду колпак Санта-Клауса? — спросила она. — Он тебе нравится? Я надела его специально.

— Гм, — неодобрительно произнес Алек.

— Тебе в нем не жарко? — спросил Сол.

Кэсси прищурилась. Черт побери, в этом доме явно не хватало праздничного веселья!

— Он создает праздничную атмосферу.

Оба мужчины подозрительно уставились на нее. Она улыбнулась им.

— Мы будем наряжать елку. — Мужчины открыли рты, чтобы возразить, но она, подняв руку, остановила их. — Я обожаю наряжать елку. Не забывайте, что я вдова Брайана Паркера, любимица горожан. Предупреждаю, если откажетесь мне помогать, — она сердито посмотрела на Алека, — ты не получишь на ужин ничего, кроме салата и чая. А тебя, — сказала она Солу, — я не приглашу завтра к себе на ужин. — (Оба мужчины молча обдумывали ее слова.) — Ну вот и славно. — Она отряхнула руки. — Так, Алек, ты займешься напитками, а ты, Сол, достанешь из кладовки в холле елку.

Пройдя в гостиную, она выбрала место для елки перед центральным окном, чтобы ее было видно с улицы.

Занавески колыхались на ветру. Кэсси подставила лицо теплому бризу. Сол сделает, как она велела, да и Алек не станет сопротивляться.

— Куда мне это поставить?

Сол стоял в дверях с большой коробкой в руках. При виде бугров мышц на его руках у нее перехватило дыхание. Словно он всю жизнь занимался физическим трудом. Она сглотнула. Десять лет назад…

— У меня что-то с лицом? — спросил он.

Кэсси заморгала, затем заставила себя улыбнуться. Отодвинув в сторону кофейный столик, она произнесла:

— Давай поставим ее сюда.

Сол послушно сделал к Кэсси шаг. В этот момент в его глазах появился теплый золотистый блеск. Он как-то странно посмотрел на нее, и Кэсси, вздрогнув, сказала:

— Покажи мне свои руки.

Поставив коробку на пол, Сол протянул ей их ладонями вверх, словно маленький мальчик, доказывающий, что он вымыл руки перед едой. Кэсси взяла одну и провела пальцами по мозолям. Его кисти были большими и сильными. Она представила себе, как эти длинные мозолистые пальцы ласкают ее…

Кэсси быстро отпустила его ладони и убрала руки за спину.

— Я думала, ты архитектор, — отрывисто произнесла она. — То есть думала, что ты проектируешь дома, а не строишь.

— Так оно и есть. — Сол пристально смотрел на нее, и от его взгляда у нее по спине побежали мурашки. — Но я люблю принимать участие во всех стадиях проекта. Я даже сам построил себе дом.

— Полностью?

Он пожал плечами.

— Ну, пришлось прибегнуть к услугам водопроводчиков и электриков.

— Хочешь сказать, что остальное ты сделал сам? — Ее глаза расширились. — Удивительно. — Она не смогла бы себе представить, чтобы Брайан…

— Нисколько.

Сол казался довольным. Их взгляды встретились.

Ладони у Кэсси внезапно стали влажными. Из-за жары, сказала она себе, затем вытерла руки о юбку.

— Тогда с этим, — она указала на коробку, — ты справишься в два счета.

В комнату въехал на коляске Алек. На коленях у него был котенок и поднос с напитками. У Кэсси вытянулось лицо.

— Какого черта?! — Она указала на поднос с двумя банками пива, кувшином лимонада и тремя стаканами. Еще вчера она хвасталась Солу, что Алек два года не брал в рот спиртного.

— Не кипятись, девочка. — Алек нахмурился. — Пиво для вас с Солом. Он большой мальчик. Неужели ты думаешь, что он пьет только лимонад?

— Нет, я так не думаю. — Хотя лимонад, который готовил Алек, был очень вкусным.

— А еще я подумал, что ты не откажешься выпить с ним за компанию в честь праздника.

— Пива?

— А что здесь такого? — спросил Сол.

— Ничего, — медленно произнесла Кэсси. Дело было в том, что ей никто еще никогда не предлагал пиво. Только вино и безалкогольные напитки.

Она поджала губы. Брайан сейчас, наверное, в гробу перевернулся. Ему не нравилось, когда она пила пиво. Он считал его не женским напитком, и Кэсси его не употребляла. Весь город думал, что она не любит пиво, но…

— Кэсси?

— Я с удовольствием выпью пива. — Взяв одну банку, она открыла ее. — Ваше здоровье. — Подняв банку, она сделала большой глоток, затем вытерла рот тыльной стороной ладони и улыбнулась мужчинам.

Сол одобряюще улыбнулся в ответ.

— Ну как, хорошее пиво?

— Отличное, — ответила она. — А теперь за работу. Достань елку из коробки.

— Черт побери, Алек, — пробормотала она, помогая Алеку устанавливать елку. — Какая у нее высота?

— Почти семь футов. — Он небрежно погладил котенка.

По мнению Кэсси, Алек не принадлежал к тем людям, которые покупали рождественские елки, тем более таких огромных размеров. Но ведь она ошиблась, думая, что он не полюбит котенка…

— Это все мать Сола, — ответил Алек на ее немой вопрос. — У нее были не все дома.

— Это точно, — еле слышно пробормотал Сол, и Кэсси его поняла. Перл Адамс действительно была странной женщиной.

— Она решила, что нам нужна искусственная елка, и выбрала самую большую. — Алек сделал глоток лимонада. — Ее наряжали только один раз.

— Два, — поправил его Сол и, видимо, тут же пожалел об этом.

В воздухе повисло неловкое молчание. Кэсси перевела взгляд с одного мужчины на другого. Лица обоих были непроницаемыми. Сделав еще глоток пива, она нарушила молчание:

— Значит, третий раз будет счастливым.

Сол и Алек казались растерянными.

— Ой, у вас даже лампочки есть. — Заглянув в коробку, она подмигнула Солу. — Ты сейчас повесишь гирлянду, а то я не достаю до макушки. А ты, — она протянула Алеку коробку с игрушками, — поможешь мне с этим.

— Почему ты так суетишься из-за Рождества, девочка? — пробурчал Алек, когда котенок начал играть со стеклянным шариком.

— Наверное, потому что в детстве была лишена настоящего праздника, — ответила Кэсси, разматывая гирлянду. — Можно сказать, я наверстываю упущенное.

Алек пристально посмотрел на нее, и его лицо омрачилось.

— Ты пытаешься помочь такому старому негодяю, как я, тоже наверстать упущенное?

— Бывшему негодяю, — поправила Алека Кэсси.

Она была права. Сол был вынужден признать, что Алек действительно очень изменился. И не только внешне.