Тихая жена - А. С. А. Харрисон

Он едет не к Джефферсон-парк, а сворачивает на Рузвельт-роуд на запад и останавливается у «Хоум Депо». Если сложить все время, проведенное им в этом магазине, получится несколько месяцев. Тодд большое внимание уделяет интерьерам, у него есть собственное мнение по поводу того, какой в квартире должен быть пол и свет. Ведь именно от сочетания деталей зависит успех или провал проекта. Клифф с радостью купит краску, плитку, ковры, арматуру со своей надбавкой в десять процентов, но он же не видит, как потенциальный покупатель разворачивается и уходит, потому что ему не подошел цвет или отделка – Клифф в любом случае получит свои деньги.

Тодд выходит из магазина без покупок и выезжает на скоростную дорогу, окна опущены, играет «Все равно»[2]. Он поет только в машине, когда не слышит сам себя благодаря шуму ветра и двигателя. Он знает все песни с этого альбома наизусть и горланит, набирая скорость. Альбом вышел двадцать лет назад, когда Тодд был юным наглецом, опьяненным собственными возможностями и обещаниями. Он познакомился с Джоди в том году, когда «Нирвана» вытеснила в хит-парадах Майкла Джексона, и теперь каждая их песня для него все равно что машина времени, переносящая его обратно, в грохочущую музыку его любви.

Впервые он увидел ее на Стейт-стрит, когда их столкнувшиеся машины перегородили обе полосы, идущие на восток, так что все движение встало, машины гудят, вокруг собралась толпа, льет дождь, ее мокрые волосы прилипли к лицу, майка тоже насквозь, так что вверх от пояса она все равно что голая. Несмотря на ее ослепительные груди – небольшие, но идеальной формы, соски под проливным дождем вздымались как пинакли, больше Тодда поразило то, как она держала себя, насколько была спокойна и невозмутима, полна королевского достоинства. Ни до ни после он не встречал женщину, хотя бы наполовину столь же царственную, как Джоди.

Прибыв на строительную площадку, он видит Клиффа в пыльной спецовке, с обвисшим ремнем для инструментов, он стоит и курит. Вообще Клифф крупный мужчина, разговаривает медленно, и когда он стоит, всегда кажется, что он пускает корни. Он ровесник Тодду, но его косматые седые усы добавляют ему лет десять. Когда подъезжает водопроводчик, они все втроем заходят в дом и осматривают квартиры. Разговор крутится вокруг труб, канализации и всякого прочего в том же духе – тема интересная, если вы Тодд Джереми Джилберт из «Ти-Джей-Джи Холдингз» и в кредитах по самые уши. Он купил буквально заброшенное строение, оставшихся жильцов ему пришлось выгнать, что его не особо порадовало, но теперь дом хоть начал на что-то походить. Они натыкаются на рабочих, выносящих старую проводку и ставящих новые перекладины, и надо сказать, что работа не кипит так живо, как хотелось бы Тодду. Хотя он работает с Клиффом уже почти двадцать лет, ему до сих пор приходится все контролировать. Издержек, выплачиваемых им ежедневно лишь для того, чтобы здание могло оставаться в его собственности и чтобы его не трогали банки и муниципалитет, хватило бы, чтобы целый год содержать какую-нибудь африканскую деревеньку.

Направляясь обратно в город, Тодд звонит Наташе с надеждой, что она согласится с ним пообедать, но она уже как раз ест сэндвич.

– Ты ешь сэндвич во время нашего разговора?

– Пока разворачиваю, скоро откушу кусочек.

– Отложи его на потом, сходим к Франческе.

– Не могу. Мне на занятия.

– А после работы встретимся?

– Я буду сидеть с детьми с четырех до семи.

– Я подъеду.

– Плохая идея.

– Позже я занят, ты же знаешь.

– Давай завтра пообедаем вместе.

– Это же значит, что я сегодня тебя не увижу.

– Разве не переживешь?

– Что у тебя за сэндвич?

– Ржаной хлеб с салями. В «Мэнниз» купила. С двойной горчицей.

– Ты сидишь?

– Я же сказала, на занятия иду.

– Прямо сейчас идешь?

– По Морган на север. Только что прошла библиотеку. И я опоздаю, если мы сейчас же не попрощаемся.

– Расскажи, в чем ты.

Наташа притворяется, будто недовольна, но Тодд знает, что ей это нравится. Такое тонкое внимание с учетом ее индивидуальности и эротический подтекст. Он воображает себе ее тугой рюкзак, как лямки обхватывают плечи, как ее идеальные зубы впиваются в мягкий хлеб с мясной прослойкой. Она уже на последнем курсе, весной получит степень бакалавра в области истории искусств. О работе Наташа еще не задумывалась; ей хотелось бы выйти замуж и завести семью. И по этому поводу она сказала ему, что из него бы получился прекрасный отец. Тодда очень вдохновляет подтекст этого заявления – что она не бросит его ради кого-нибудь помоложе, – но сам он не думает о будущем, лишь признается себе, что с Наташей у него не просто короткий роман, а нечто иное. Флинг[3]для него как спорт, форма отдыха, не мешающая привычной жизни, не сбивающая с курса. А эти отношения хаотичны, требовательны, вызывают привыкание и внушают опасения. Иногда Тодд клянется себе, что прекратит изменять, но вообще он сравнивает себя с утопающим, влюбившимся в силу течения.

Уехать на выходные было ее идеей. Наташа нашла пригородный пансион на Фокс-ривер, семнадцать акров леса, бассейн с подогревом, шеф-повар из Франции, сама забронировала номер и уговорила Тодда поехать. Там они смогут вернуться в постель после завтрака и вместе принять душ перед ужином. Смогут отправиться в лес и заняться любовью на залитой солнцем поляне. В отличие от привычных перекусов тайком они смогут удовлетворить свои аппетиты неспешно… и так далее, и тому подобное.

«Или ты предпочтешь остаться дома с Джоди?» – спросила Наташа.

Тодд предпочел бы, чтобы она Джоди в это не вмешивала. Их совместная жизнь не имеет к этому никакого касательства, это все равно что параллельная вселенная, где все всегда идет гладко и так будет продолжаться и впредь, это нечто безупречное, трогательно уходящее в прошлое и обещающее благоустроенное будущее. Однажды он допустил ошибку, сказав Наташе, что Джоди в постели все равно что холодная манная каша. Он не хотел принизить Джоди, скорее, подбодрить Наташу. Тодд мужчина щедрый, он легко принимает чужое несовершенство, особенно когда дело касается женщин. У него словно особый дар принимать все, как есть, и работать с этим. Принимать все в Джоди. Принимать все в Наташе.

Например, ему приходится мириться с тем, что у Джоди несколько научных степеней. Она не просто бакалавр, как Наташа, Джоди защитила еще и докторскую и пару магистерских. Тодду не мешает то, что она такая умная, но бесит, что ребята все время его подкалывают, будто Джоди выше его. Хотя он сам никогда не видел в этих степенях однозначной ценности. Образование – это залог некоторых возможностей – без него выше вероятность, что пойдешь работать в «Макдональдс». Но святой Грааль в Америке – деньги, а не диплом.