Когда двое молчат - Энн Вулф

Сирил протер глаза и убедился в том, что недалек от истины: неподалеку от фонтана сгрудилось несколько зевак, которым было весьма любопытно узнать, с чего это дорого и хорошо одетому парню пришла в голову фантазия поплескаться в городском фонтане. Хорошо еще, не снимают на сотовые, подумал Сирил и, тряхнув головой, чтобы выплеснуть из ушей стоявшую в них воду, пристально посмотрел на улыбающуюся Олли.

— Ну что, довольны? — поинтересовался он у нее.

— Еще как! Такого зрелища я уже давно не видела. Вы даже меня переплюнули — мне ни разу не удалось искупаться в городском фонтане.

Олли сказала что-то еще, но шум подъехавшей полицейской машины заглушил ее слова. Из машины выбрался офицер — плотный невысокий мужчина с удивительно румяным лицом.

— Вот черт, — сквозь зубы процедил Сирил. — Допрыгался — точнее не скажешь…

Офицер направился прямехонько к фонтану. Олли, которой было уже не до смеха, проследовала за ним. К фонтану слетелось еще больше зевак, что не очень-то удивило Сирила: ничто так не притягивает внимание людей, как чужие неприятности.

— Попрошу вас выбраться из фонтана и проследовать за мной, сэр, — бодро проговорил патрульный офицер. — Вы нарушаете общественный порядок, сэр.

— Да неужели? — уставился на него Сирил, чувствуя себя скалой, по которой струится водопад. — А что, разве приличный человек не может искупаться в городском фонтане?

— Нет, сэр, — покачал головой офицер.

— Ладно, буду знать. — Сирил поежился: вода в фонтане была довольно холодной, запас адреналина кончился, и теперь его тело начал бить озноб.

Закинув на бортик вначале одну ногу, затем другую, он выбрался из фонтана. Олли тем временем пыталась объяснить полицейскому, что Сирил вовсе не виноват в этом неприятном инциденте. Ее версия происходящего заключалась в том, что она сама столкнула в фонтан «своего приятеля», с которым они «немного повздорили».

Господи, что ты несешь? — подумал Сирил, глядя на свою «приятельницу», ради которой он совершил это безрассудство.

И все же было что-то безумно трогательное в том, как Олли за него заступалась. Она и вправду чувствовала себя виноватой, и было видно, что ей вовсе не хочется, чтобы он пострадал из-за ее тщеславного сумасбродства.

— Все в порядке, офицер, — перебил Сирил без умолку тараторящую девушку. — Она тут ни при чем. Я сам полез в фонтан, а мисс Дангл просто стала свидетельницей происшествия. Мне ведь не нужно звонить своему адвокату? — Он внимательно посмотрел на офицера. — Думаю, я не сделал ничего такого, за что меня можно упрятать за решетку?

— Нет, сэр, — покачал головой розовощекий пупс в полицейской форме. — Предъявите ваши документы, и мы ограничимся небольшим взысканием. Вы заплатите штраф, и вас отпустят.

— Ну уж нет! — перебила полицейского Олли. — Это я уплачу штраф, потому что вина только моя.

— Мисс Дангл, прошу вас, — умоляюще посмотрел на нее Сирил. — Позвольте мне уладить все самостоятельно.

Дело вскоре было улажено, и вымокший насквозь, опозоренный и оштрафованный Сирил чувствовал себя буквально раздетым догола под внимательными — и осуждавшими, и сочувствовавшими — взглядами собравшихся зевак.

— В машину, — шепнул он Олли, и на этот раз она не стала с ним спорить.

Устроив свой вымокший зад на сиденье новехонького «лендровера», Сирил наконец-то вздохнул с облегчением.

— Ну, мисс Дангл, мне кажется, теперь я с лихвой искупил ту дурацкую шутку на выставке. Вы должны простить меня и признать, что я не боюсь испортить свою одежду. Правда это вовсе не означает, что я не боюсь простудиться, а именно так и будет, если я быстренько не доставлю вас до дома и не доберусь до своего, чтобы переодеться и обсохнуть.

— Обсохнете у меня, — заявила Олли, и в ее фиалково-синих глазах Сирил прочитал настойчивость, с которой было бессмысленно спорить. — Я сделаю вам противопростудный напиток по рецепту моей бабушки.

Звучит пугающе… Впрочем, все слова, которые вырывались из уст этой девушки, звучали пугающе, но интригующе…

— Я устал с вами спорить, — посиневшими губами пролепетал Сирил. — Делайте что хотите, только учтите, что на сегодня с меня хватит безумств.

— Обещаю, безумств не будет, — покорно согласилась Олли.

Но Сирил заметил в ее глазах хорошо знакомый задорный и пугающий огонек…