Я тебя у него заберу - Хелен Кир

— Посмотри на себя, — медленно прижимается сзади. — Какая ты…

Влад комкает платье на спине. Горячее тяжелое дыхание опаляет шею. Он очень давящий и властный. Встречаемся взглядами в отражении. Его глаза темные, мрачные, тягучие и очень опасные. Зрачки полыхают в свете яркой лампы. Вздрагиваю от лютого мистицизма. Магия становится осязаемой. Боже, мой муж как самый весомый демон в иерархии подземного царства.

— Пора ехать, — опускаю ресницы.

Он порок. Он темный рыцарь. Чертов Воланд (дух зла, повелитель теней. Персонаж «М. и М.» Булгаков — прим. авт.)

— Пора, — хрипло выдыхает.

Подает манто, и мы выходим из дома.

В машине вся как на иголках. Муж смотрит на меня, прищурившись.

— Что с тобой? Ты взвинченна.

Молчу. Как могу объяснить, что меня колотит от предвкушения встречи с человеком, который возможно перевернет нашу жизнь?

Влад чувствует мое волнение. Он как хищник, что загоняет жертву. Не спешит убить, наслаждается процессом.

— Поцелуй меня. Немедленно! — резко приказывает.

Я послушно тянусь, когда наши губы соприкасаются, машинально открываю глаза. И вижу что-то странное. Его тоже открыты. Цвет глаз он вроде бы тот же, но появились какие-то странные крапинки. Освещение? Уличные фонари?

Да, точно. Это подсветка в салоне меняет реальность. Мне показалось.

В смятении отодвигаюсь назад. Влад, сжав губы, никак не комментирует. Лишь крепко до боли сжимает руку и не отпускает до конца поездки. Перестаю что-либо ощущать пальцами, но выдернуть руки не смею.

Молчание то, что нужно сейчас. В спасительной тишине доезжаем до места.

Неспеша выходим и окунаемся в привычный блеск мишуры.

Дурацкий прием. Роскошь, блеск, фальшивые улыбки. Как же задыхаюсь среди чертовой показушности. Ударить по морде своим богатством — вот специфика всех сборищ.

Механически улыбаюсь, приветствую и пытаюсь выглядеть соответствующе. Муж ни на минуту не выпускает меня из рук.

Вдруг я вижу его. Мужчина стоит в другом конце зала, и наши взгляды сразу же встречаются. Время останавливается. Рядом с девушкой, сестрой Жанны, по всей видимости стоит тот самый таинственный.

Секунду… Это же… Из ресторана. Ничего не понимаю. Мои ноги словно приросли к полу. Не могу отвести взгляд, не могу дышать. Воды бы… Хотя бы немного. Жанна, увидев нас, сверкает глазами. Подхватывает под локти парочку и величаво подводит.

Мне плевать, что кокетничает с Владом при мне. Не слышу, отвечает ей муж или нет, не знаю. Мужчина протягивает Владу руку, крепко уверенно пожимает. На кисти — тату с буквой «М».

Роман… Возмужавший, уверенный в себе. Прошлое реально. Оно смотрит на меня. И все же сомневаюсь в догадке. Ноги стремительно слабеют.

Это не просто совпадение, не игра воображения. Тот, кого считала потерянным навсегда. Его взгляд пронзает меня насквозь, и я чувствую, как по моей коже пробегают мурашки. Это тот же взгляд, который когда-то заставлял меня забывать обо всем на свете. Добавилось еще зрелости и умудренности. Но это же неизбежно.

Влад рядом, его рука ложится мне на талию, ничего толком не чувствую. Я полностью поглощена им, этим мужчиной, который появился из ниоткуда и уже перевернул мой мир. В его глазах не только узнавание, но и что-то еще. Что-то, что заставляет мое сердце биться еще быстрее.

— Ты как будто увидела призрака, Марго, — голос Влада звучит ровно, ярко проскальзывает едва уловимая нотка раздражения.

Он чувствует мое состояние, это очевидно. Его пальцы сжимаются на талии чуть сильнее, словно напоминая о своем праве.

Заставляю себя отвести взгляд от Романа, хотя дается с неимоверным трудом. Поворачиваюсь к Владу, стараясь придать лицу спокойное выражение.

— Не ожидала встретить столько людей. Думала будет тихий семейный ужин. Рада была познакомиться, — киваю паре и увожу от греха мужа от новых знакомых.

Нарочито улыбаюсь, пытаясь скрыть растерянность.

Ложь. Но какая разница, если он все равно не поверит. Это же Влад.

— Столько? — он усмехается, и усмешка не достигает его глаз.

Они по-прежнему холодны, как лед, но теперь я вижу в них что-то новое, что-то злое и тревожное. Те самые крапинки они словно пульсируют в глубине зрачков.

— Ты выглядишь так, будто увидела призрак. Или, возможно, кого-то, кого ты очень хотела бы увидеть. Нет? Скажи, что ошибаюсь.

Его слова бьют точно в цель. Чувствую, как краска заливает щеки.

— Не говори глупостей, Влад, — голос дрожит, и я ненавижу себя в эту минуту.

Он наклоняется ближе, его дыхание обжигает кожу.

— Глупостей? Я вижу, как ты смотришь. Как будто мир остановился. Как будто ты готова бросить все и убежать. Но ты же знаешь, — впивается пальцами до боли. — Ты же помнишь, что… — на шее вздуваются вены. — Будет плохо, Маргарита.

Его рука скользит по моей спине. Я чувствую, как он пытается прочитать меня, как открытую книгу. Но я сама себе не понимаю. Волнение перебивает все на свете.

— Хочу уйти, — вырывается у меня, прежде чем успеваю закрыть рот.

Слова повисают в воздухе, тяжелые и невозвратимые.

Влад замирает. Его рука перестает двигаться. На мгновение кажется, что муж сейчас взорвется. Но вместо этого он медленно отстраняется, его лицо становится непроницаемым.

— Уйти? Куда, Марго? От меня?

Улыбается, как змей. В его голосе нет угрозы, но есть что-то гораздо более пугающее — абсолютная уверенность в своей власти.

Я молчу, не в силах произнести ни слова. В этот момент понимаю, что мое желание развестись с ним это не просто желание, это отчаянная потребность в спасении. Но сейчас, стоя здесь, в этом зале, под взглядом Романа — поймана в ловушку. Ловушку прошлого, ловушку настоящего, ловушку Влада.

Роман снова ловит мой взгляд. На этот раз в его глазах я вижу не только узнавание, но и сожаление. Или это просто мое отчаянное желание увидеть в нем что-то, кроме той страсти, которая когда-то нас связала?

Он делает едва заметный кивок, словно приглашая. Мое прошлое зовет меня, и я, несмотря на страх, несмотря на всю эту путаницу чувств, чувствую непреодолимое желание ответить.

— Кристовский! — радостно восклицая, подходит партнер мужа. — Хотя бы здесь тебя могу похитить на полчаса. Не будешь возражать, если выйдем на пару слов?

Влад испепеляет меня предупреждением.

— Я не долго, — весомо впечатывает в воздух между нами.

На глазах у всех нарочито впивается в губы.

10. Что ответишь?

Кристовский уходит. Снимаю с подноса бокал, чтобы промочить горло. Благо никого рядом нет, не приходится давить из себя светские радости.

Но я ошибаюсь.

Он подходит, чувствую, как стены моего мира начинают трещать.

— Рит, — в голове взрывается молния. Резко оборачиваясь, проливая несколько капель