Арабские каникулы - Галя Шенец

— Нет. Никуда мне не надо и в скорую не звони.

Мачеха вытащила телефон и дрожащими руками начала пытаться набрать номер.

— Если вызовешь врачей или отца, то я открою окно и их помощь всё равно не понадобится.

Вика посмотрела в глаза молодой женщине. Та замерла, её пальцы зависли над экраном, и она непонимающе уставилась на девушку.

— Вика, как же так, надо что-то делать. Кто такое сотворил?

— Отец и братик в гости приходили, — девушка попробовала виновато улыбнуться, но губы только скривились от боли.

— Не может быть. Такое зверство. Разве отец мог? Не верю.

— Иди домой, Лилия. Считай, что ты ничего не видела. Так легче будет жить дальше.

— Твой отец всегда был очень жёстким человеком, но чтобы такое. Как я теперь смогу быть рядом с ним, тем более, что у нас маленькая дочка. Буду всегда за неё бояться. У меня есть деньги. Вика, хочешь я тебе переведу. Нужно же будет как-то жить. Тебе ещё учиться и лечиться нужно.

— Нет, учиться уже не придётся. Я сегодня забрала документы. А деньги оставь себе, они тебе нужнее, у тебя маленький ребёнок. Для меня деньги не проблема, мама каждый месяц присылает. Я все эти годы не тратила. Обижалась на мать, что она заменила свою любовь деньгами, а сейчас они мне пригодятся, может быть, даже спасут.

Молодая женщина удивлённо уставилась на Вику, а та лишь чуть пожала плечами в ответ.

— Но почему не будешь учиться? Ты же мечтала об университете. Поступила сама на бюджет.

— Потому что, тот, кого я любила, разослал всем моим знакомым и незнакомым порно видео со мной в главной роли. Видишь, какой я оказалась глупой и доверчивой, просто дурой.

— Настоящий мужчина никогда бы так не поступил. Некоторые балуются такими видео, но чтобы сотворить такое это настолько низко.

Тишину комнаты неожиданно нарушил тихий звук, где-то вибрировал телефон. Вика нахмурилась, но никак не могла сообразить откуда доносился звук. Вспомнив, что выронила телефон, когда настраивала камеру, и он скользнул под кровать, девушка, превозмогая боль, всё же нащупала аппарат, благо, что лежал почти рядом. Опёршись костяшками пальцев об пол с зажатым в ладони телефоном, она посмотрела на светящийся экран. Глядя ей в глаза с заставки улыбался счастливый Илья. Вика тоже чуть скривила распухшие губы, на её глазах наконец-то выступили слёзы. Подняла взгляд на мачеху и прошептала:

— Он улыбается. Смеётся надо мной, Лилия. Он растоптал мою жизнь.

— Боже, — выдохнула та и снова зажала рот ладошкой. Через какое-то время смогла произнести:

— Это с ним ты встречалась? В него ты влюбилась?

Глава 7

Вика совсем незаметно кивнула и опять посмотрела на экран, потому что тот завибрировал, явно сообщая о пришедшей эсэмэске. Окровавленным пальцем нажала на иконку и прочитала вслух:

— Беги! К тебе едет отец.

Застонала и снова скривилась, пытаясь улыбнуться.

— Он ещё раз посмеялся надо мной, видишь, как своевременно предупредил. Правда, отец уже уехал. Нет смысла бежать. Да и не смогу я сейчас убежать, если снова приедет, то останется только меня убить.

Слёзы, прочерчивая кровавые дорожки по разбитому лицу, ещё больше размазывая кровь, стекали к уголкам губ, где Вика их слизывала, чуть разлепив непослушные губы, и глотала солёную влагу со вкусом собственной крови.

Мачеха разрыдалась:

— Это же Илья! Вика, это Илья — мой родной брат. Почему ты мне всё не рассказала? Он всегда хотел отомстить твоему отцу. С тех пор, как я отказала его лучшему другу и вышла замуж за твоего отца. Он не смерился, что я выбрала взрослого мужчину с ребёнком, но я влюбилась в твоего отца. Как страшно. Он всё же добился своего и отомстил. Илья погубил тебя, ни в чём не повинную девочку. Женщина закрыла лицо руками и завыла, упав на колени напротив Вики.

— Не плачь, не стоит. Лилия, успокойся. Всё что должно было случиться, уже случилось. А сейчас ты должна уходить. Не хочу, чтобы и с тобой произошло что-нибудь плохое. Отец в ярости, он не пожалеет никого. Уходи. Мне нужно побыть одной и немного прийти в себя.

Мачеха подняла зарёванное лицо и отрицательно покачала головой:

— Как же я тебя оставлю в таком состоянии, Вика?

— Просто уходи. Наши жизни теперь расходятся, чтобы я случайно не причинила вред тебе и своей маленькой сестрёнке, чтобы на вас не упала тень моего позора. Ты в ответе лишь за свою жизнь и за жизнь своего ребёнка, будь рядом с дочкой. Защищай её, как мать, меня не кому было защитить. Спасибо тебе, что эти несколько лет ты хоть немного заменила мне мать. Быстрее, Лилия, у меня мало сил.

Женщина поднялась и попятилась, а затем, кинув последний взгляд на девушку полный горечи и сострадания, выскочила за дверь. Вика облегчённо вздохнула, снова нажала на экран телефона и увидела такое знакомое, когда-то давно в какой-то другой жизни родное и любимое лицо мужчины. В тишине комнаты тихо прозвучало:

— Ты такой же счастливый. У тебя ничего не изменилось. Нет. Ты даже стал ещё счастливее, наконец-то твоё желание исполнилось, ты отомстил. Оказывается месть пряталась под маской любви. Жестоко. Можешь радоваться и тому, что я потеряла ребёнка, ты убил и его. Не сам, чужими руками, но сути это не меняет.

Вика уронила голову на кровать, благо, что у той не было в ногах стойки, поэтому голова легла на мягкое покрывало. Впав в какое-то оцепенение, не смотрела на часы. Телефон с постоянно включённым экраном, давно разрядился. Сколько прошло времени девушку, сидящую в крови, нисколько не волновало. Сквозь спутанное сознание различила вначале шаги, а потом и знакомый голос, в котором слышались весёлые нотки. Когда открыла глаза и подняла голову перед ней уже стояла Алла.

— Привет, подруга! — рассмеялась неожиданная гостья. — Как вижу, ты в полном шоколаде. Красиво тут у тебя стало. Пол решили покрасить?

— Алла, ты что? Мы же с тобой вместе с детства. Не пойму, ты сейчас рада что ли?

— А что я? Я, как дура, смотрела и завидовала, как ты крутила любовь с таким крутым мужиком. Цветы, подарки, всё для тебя. А я только облизывалась. Круто подруга. Знаешь, как-то обидно было. Но ты ничего не замечала, купалась в любви. Теперь купаешься в крови. О, как складно получилось.

Голос Аллы звучал зло. Вика лишь сейчас осознала, что дружба оказывается уже давно прошла, осталась зависть. Устало вздохнула. Сейчас её ничего не могло удивить, ничьё предательство не