Выжить с дочкой - Лиза Ветта

— Моё дело предложить, как говорится… — на этих словах девушка открыла снова ноутбук и продолжила повторять текст. Я бросил на неё ещё раз взгляд и поднялся в спальню, чтобы переодеться и пойти поработать в кабинете. Напоследок решил всё же спросить у девчонки по поводу её детских фотографий.

— Я хотел бы посмотреть твои детские фото, если ты не против. Интересно как ты росла это время, как у тебя проходило детство…

Лина явно была удивлена таким вопросом, но быстро взяла себя в руки.

— Могу позже показать, у меня всё на ноутбуке. Доделать английский нужно.

— Тогда как закончишь можешь подняться ко мне в кабинет, я там поработаю немного.

— Агась, договорились.

Довольный, что между нами начал выстраиваться хоть какой-то контакт переоделся и занялся своими делами, надеясь, что сегодня вечером Удовенко даст мне положительный ответ по поводу нашего сотрудничества. Не хотелось признавать правоту Полины и пользоваться согласием Лины помочь мне. Не так хотел бы налаживать общение.

* * *

Спустя где-то час в дверь кабинета постучались и с ноутбуком вошла Лина.

— Можно?

— Да, проходи. Я как раз закончил работать.

Девушка поставила передо мной ноутбук и пододвинула небольшое кресло на колесах, рассчитанное для гостей. Она открыла папку под названием “Мама и я” и я погрузился с головой в целую историю, которая создавалась у меня в голове с просмотром всех фото и видео.

Лина рассказывала мне что-то про каждую фотографию, начиная с самой выписки с роддома, а я с каждой фотографией всё больше начинал себя ненавидеть. Именно ненавидеть. Выписка из роддома, первый зуб, первый шаг, первый год Лины в окружении огромных шаров, торта со свечками и счастливой Вероникой рядом… На всех фото девчонка одна или с Вероникой. И всё… Больше никого. Они столько лет были одни, пока я наслаждался жизнью и отрывался по полной, параллельно строя бизнес. Не скажу, что мои чувства остыли к Веронике не сразу, но благодаря учёбе я достаточно быстро перестроился и через полгода практически не вспоминал её.

Пока я жил себе в своё удовольствие Лина росла только с Вероникой и не знала никого из родственников, потому что их просто не было. Жалость плохое чувство, но именно на моменте с фотографией с празднования года Лины мне стало так жаль Веронику с дочкой. Одному Богу известно, как тяжело было маме Лины, что она чувствовала в минуты полного отчаяния, как смогла вывезти всё в плане финансов, бессонных ночей, болезней ребёнка и так далее.

Я ничего не знаю о воспитании детей и признаться честно, не планировал создавать семью. У меня не было примера нормальной, крепкой семьи, потому что с самого детства вплоть до смерти отца жил в вечных скандалах родителей. А потом мама пыталась контролировать каждый мой шаг, боясь, что я нарушу все её планы, которые она построила на мою жизнь. Не смотрел никогда с умилением на других детей, никогда не было желания, как бывает у многих, потискать ребёнка, поиграть с ним. Виталик часто раньше шутил, что я самый настоящий сухарь и только сейчас до меня стало доходить, что так оно на самом деле и есть.

Что я могу дать Лине кроме денег и обеспеченного будущего? Любовь? Сомневаюсь. Девчонка для своего возраста настолько самостоятельная и так по-взрослому размышляет, что ей моя любовь до одного места. Она справилась без меня в тяжелые моменты своей юной жизни, так зачем сейчас я ей сдался?

Спасибо маме, что хоть помогала им. Меня до сих пор терзают вопросы почему она так решила, но благодарен впервые за всё время, что хотя бы она была рядом и помогала хоть как-то Лине.

Следующей фотографией, которая появилась на экране, было фото Вероники на больничной койке с кучей разных проводов, на котором она обнимает Лину и пытается улыбаться.

— Эту фотку я сделала за неделю до смерти мамы. Она в тот день впервые за долгое время себя хорошо чувствовала и я надеялась, что скоро она поправиться, чтобы уехать домой… — увидел в глазах девчонки слезы и снова как школьник растерялся. Как её утешить? Что-то нужно сейчас сказать или как? Чёрт, я совсем бесполезный. — Это всё, что у меня осталось. Больше, как ты понимаешь, нету ничего нового — перевела тему Лина и поспешила закрыть ноутбук и встать из-за стола.

Не знал, что делать, что говорить… Почему-то был уверен, что ей моя жалость до одного места. Но тут на ум пришла идея.

— Как насчёт того, чтобы ознакомиться с городом? Я тебе обещал

Девушка прикусила губу и снова пронзительно на меня посмотрела своими голубыми большими глазищами.

— Обещал, так обещал. Можно.

— Тогда иди собирайся, выезжаем через полчаса.

Лина покинула кабинет, а я решил, что не буду давить на больное и постараюсь, чтобы этот день закончился на позитивной ноте. И пусть я ничем не облегчу её боль, но сделать так, чтобы она почувствовала себя хорошо, точно могу.

Глава 9

За последних два часа мы где только не побывали, и в парке прогулялись, и компанию я свою показал, размерами которой Лина была приятно удивлена, а меня взяла гордость, что смог удивить, и в самых любимых местах всех туристов побывали. Признаться честно, для меня это было дико. Давно не проводил так время, даже неуютно поначалу себя чувствовал, не знал о чём разговаривать с Линой, что предложить, ведь для парка аттракционов она вроде и большая была, а что-то другое… Не знаю. Фигово, когда ты не знаешь, что о вкусах твоей дочери. Дочери… Так непривычно называть даже в уме Лину своей дочерью. Какие-то спутанные ощущения.

Раздумья нарушил звонок телефона. Посмотрел на экран, на котором высветилось имя Мирона.

— Слушаю

— Привет, не занят?

— Нет, катаемся по городу с Линой.

— Пробуешь себя в роли отца? Похвально- засмеялся друг.

— Пытаюсь. Что хотел?

— Да вообще хотел позвать сыграть в бильярд, но не буду нарушать ваших планов. Вы куда сейчас?

— Не знаю, мы только с кафе вышли — отвернул телефон и обратился к Лине: — Ещё не устала? Есть идеи куда дальше?

Девушка отвела взгляд от афиши в кинотеатр и показала вопросительно пальцем на афишу. Серьёзно? Кино? Я там сто лет не был. Что-то мне кажется, что усну не успеет начаться фильм, но да ладно… Обещал девчонке сегодня отдых, значит так и