Матрёшка для испанца - Вероника Франко

Маша принесла тарелки, фужеры и салфетки. Достала из бара бутылку дорогого красного вина. Быстро распаковала суши. Выложила на блюдо пиццу. Всё это девушка разместила на журнальном столике перед диваном.

– Извини, французское, – хохотнула Мария, протягивая штопор и вино Алонсо.

– Я не ханжа, – со смехом отозвался Торрес, уловив подколку хозяйки дома. Бытует суждение, что испанцы недолюбливают французские и итальянские вина, полагая, что лучше испанских не существует.

– Так значит, ты училась во Франции и в Испании? – спросил мужчина, разливая рубиновый напиток по бокалам.

– Угу, – кивнула Маша, беря кусок пиццы с ветчиной и грибами. – И в Англии ещё.

– ¡Salud! (прим. автора: испанский тост, в буквальном переводе означает «Здоровье») – Алонсо поднял свой фужер.

– ¡Salud! – ответила Мария.

– Ммм, интересно. И где тебе понравилось больше всего? – испанец умело поддел палочками кусочек суши.

– Каждая страна по-своему прекрасна, – пожала плечами девушка. – Испания – такая живая, пёстрая, открытая. Франция – утончённая и изысканная.

– Ну, а Англия?

– Англия… Англия не знаю. У меня связаны с ней не очень приятные воспоминания.

– Почему?

– Папа отправил меня туда в тринадцать лет. В закрытую школу-пансион. Я очень скучала по дому. Трудно приспосабливалась к новой жизни. А ещё там было промозгло и сыро. Я все время мёрзла и часто болела.

– Ты мёрзла? – Алонсо застыл от удивления с куском пиццы в руках, не донеся её до рта. – Я думал, русские не боятся холода.

– Это ещё почему? Мы обычные люди.

– Ну да, я видел, как вы купаетесь зимой в ледяной воде.

– Но ты тоже купался. И от этого не стал супергероем, – засмеялась Мария.

Она пребывала в лёгкой эйфории от выпитого вина и незамысловатого ужина с Торресом. Именно такой девушка представляла себе счастливую жизнь с любимым парнем: безо всякого пафоса и напрягов, с простой едой, в домашней одежде перед телевизором, по которому показывают старые музыкальные клипы. И хоть Алонсо вряд ли станет её парнем, но помечтать-то можно? Совсем чуть-чуть.

Торресу нравилась непосредственность Марии и непринуждённая атмосфера вечера. Он уже забыл, когда ел пиццу, сидя на диване, запивая её вином. Немного пошлое сочетание с точки зрения высокой кухни, но испанец устал от «правильного».

Его мать происходила из аристократической семьи, поэтому с детства приучала сыновей к этикету и манерам. Отец был из простых, но под влиянием жены превратился в чопорного сеньора. Брак родителей Алонсо стал возможным благодаря фундаментальным изменениям, потрясшим испанское общество после прихода к власти партии франкистов. При других раскладах семья высокородной Амалии Долорес Медина де ла Ривера ни за что бы не дала согласие на союз с Педро Торресом. Но разорившимся аристократам, большую часть которых с позором изгнали из страны, пришлось быстро пересмотреть свои убеждения.

Жена Алонсо тоже не отличалась простотой в быту. Летисия, дочь состоятельных родителей, воспитывалась как принцесса. Торрес не мог представить её, сидящую в позе лотоса, в пижаме с единорогами, жующую суши или пиццу.

Пеньюары из тонкого шёлка и кружева в спальне, дизайнерские наряды от ведущих европейских домов моды в гостиной – Летти всегда выглядела безукоризненно. Питалась исключительно полезной едой, сидя за столом, сервированным по всем правилам. Нет, Летисия не была скучной занудой, но иногда Алонсо чувствовал, что задыхался.

– Сейчас принесу десерт, – сказала Маша, вставая со своего места.

– А что? Есть ещё и десерт? – улыбнулся испанец.

– Да! Я заказала крем-брюле.

Пока девушка ходила на кухню, Алонсо откинулся на диванные подушки. Но при появлении хозяйки, быстро принял вертикальное положение.

– Можешь прилечь, если тебе так удобнее, – Мария протянула креманку с десертом и чайную ложку гостю. Подавая ему пример, залезла с ногами на диван.

Маша вела себя настолько естественно, что Торрес немного позавидовал её свободе. Обычно женщины в присутствии испанца принимали картинные позы, бросали томные взгляды из-под ресниц и соблазнительно улыбались. А Марии, кажется, было всё равно, как она выглядит. Девушка с удовольствием уплетала крем-брюле и смотрела телевизор. Маша являла собой полную противоположность всем, кого Алонсо знал до неё.

– У тебя вот здесь крем, – мужчина показал на уголок своей верхней губы.

Мария попыталась слизать кончиком языка десерт, но только ещё больше размазала его. Алонсо потянулся к девушке и стёр с её кожи крем подушечкой большого пальца. Маша замерла, встретившись взглядом с Торресом. Испанец провёл пальцем по нижней губе девушки. От неожиданной ласки хозяйка дома прикрыла глаза. Мужчина подался вперед и накрыл женский рот своими губами. Поцелуй был нежным, чувственным. Машу снова закружило в водовороте неконтролируемых эмоций. Кровь в венах побежала быстрее. Не отрываясь от Алонсо, девушка поставила на стол свою креманку и обвила мужчину за шею руками. Торрес крепко прижал Марию к себе. Она была такой мягкой, податливой, пахла тонким ароматом розы, чёрной смородиной и карамелью.

Глава 6

Забыв, где он и с кем, испанец опрокинул Машу на подушки. Заскользил губами по нежной шее. Мария тихонько застонала. Прошлась ладонями по спине Торреса. Голова девушки шла кругом от его поцелуев. Мужской и женский языки сплелись в каком-то ритуальном танце. Руки Алонсо гладили тело Марии, с каждой секундой заставляя разгораться сексуальное желание всё сильнее.

Испанец легонько сжал небольшой холмик девичьей груди. Нащупал пальцем сосок, начал кружить по нему подушечкой. Маша выгнула спину и задышала чаще. Обжигающая волна прокатилась по телу, опалив низ живота. Девушка инстинктивно сжала бёдра. Она слабо понимала, что с ней происходит, ведь до этого момента ничего подобного ей не приходилось испытывать.

Алонсо умело играл с затвердевшими сосками Марии прямо через ткань футболки. Поцелуи, которые дарили друг другу мужчина и девушка становились горячее, требовательнее, настойчивее. Торрес не выдержал и запустил руку под одежду Маши. То, что на ней нет лифчика, он понял ещё в начале вечера. У девушки была маленькая упругая грудь, поэтому Мария вполне могла позволить себе не носить бюстгальтер.

Прикосновение к обнажённой коже вызвало новый прилив удовольствия. Маша сладко застонала, поощряя действия Алонсо. От реакции девушки, испанец совершенно потерял самообладание. Он задрал футболку и лизнул сосок. Сначала один, затем другой. Осторожно вобрал их по очереди в рот. Мария металась на подушках, прижимала Алонсо за голову к себе, зарываясь пальцами в его густые волосы.

Вдоволь насладившись девичьей грудью, мужчина переключился на живот. Он целовал его мучительно-нежно. Очерчивал кончиком языка пупок Маши. То, что делал с ней Торрес, походило на прекрасную пытку, от которой в голове не осталось ни единой мысли, а между ног всё увлажнилось.

Вернувшись к губам девушки,