Укротить мустанга - Бренда Джексон

– Вот видишь, – удовлетворенно сказала она и пригубила лимонад.

– Пока я ничего не вижу, – Маккиннон прищурился. – Что конкретно ты можешь предложить?

– Он умен, ты согласен? – Дождавшись его утвердительного кивка, Кейси продолжила: – Жестокое отношение только пробуждает в умном и гордом животном дух противоречия. Таким образом оно выражает свое несогласие с человеком, который навязывает ему свою волю. Что можно этому противопоставить? Ласку и терпение. Вспомни Белого Клыка Джека Лондона.

– Может, в случае с собакой...

– Если ты забыл, – перебила его Кейси, – Белый Клык – больше волк, чем собака, а лошадь все-таки животное домашнее, а не дикое. Так что твои шансы добиться успеха возрастают.

– Белый Клык – образ литературный, а Черный Принц более чем реален, – не согласился с ней Маккиннон. – Может, такой метод работает у вас, в Техасе, но мы, простые парни из штата Монтана, больше доверяем классическим методам дрессировки.

– И чем, позволь спросить, лошади Монтаны отличаются от техасских? – его упрямство раздражало Кейси, но она старалась держать себя в руках. – Как, по-твоему, мне удалось сладить с Черным Принцем?

– Тебе просто повезло, – не сдавался Маккиннон, – но нет никакой гарантии, что повезет в следующий раз.

– Почему некоторым тренерам хочется поскорее получить результат, но за счет лошади? – она закатила глаза к потолку, словно надеясь найти ответ там. – Неужели ты не понимаешь... Лошадь – не машина, а такое же живое существо, как ты или я! Обращаясь с ней как с равной, ты приобретаешь в ее лице друга и партнера. В конце концов, разве скачки нужны лошадям? Нет! – Кейси распалилась и не заметила, как повысила голос. – Скачки нужны людям! Лошадь спокойно проживет без славы, денег или почета, но, хотя скачки ей нужны, как лягушке бриллианты, она наизнанку вывернется ради своего друга, которому – она чувствует это! – зачем-то понадобилось быть первым!

В горле у Кейси пересохло. Она не особо надеялась, что ей удалось достучаться до Маккиннона. Слишком уж скептически он смотрел на нее во время ее страстного монолога.

– Ты что же, предлагаешь относиться к лошади как к человеку? – наконец спросил он, пристально глядя ей в глаза. – Да, Черный Принц умен, но, признаться, я сомневаюсь, что он способен оценить такой подход.

– Я говорю о взаимном уважении между человеком и лошадью, но первый шаг в любом случае должен сделать человек, – устало сказала Кейси. – Если хочешь добиться чего-то от Черного Принца, сперва завоюй его доверие. Пока ты относишься к нему, словно он тебе должен, ты ничего не добьешься. А знаешь, почему? – она подалась вперед и снисходительно улыбнулась Маккиннону. – Потому что, с его точки зрения – и я с ним полностью согласна, – он вовсе не обязан выворачиваться ради тебя наизнанку. Что такого особенного ты для него сделал? Пока между вами не будет доверия, я не поставлю на Черного Принца даже фальшивого доллара... если бы он у меня и был.

– Допустим, кое в чем ты меня убедила, – Маккиннон сосредоточенно нахмурил брови. – Я бы согласился опробовать этот сомнительный метод, раз уж классика бессильна, но не в случае, когда до скачек остается девять недель. Может, ты и профессионал, но я сомневаюсь, что тебе это под силу.

– Да как ты смеешь? – взвилась Кейси. – Да если хочешь знать, и семи недель не пройдет, как он станет преданнее любого пса!

– Вот и отлично, – невозмутимо сказал Маккиннон, втайне ликуя, что она заглотила наживку. Теперь уж он постарается, чтобы она не сорвалась с крючка. – У тебя даже не семь недель, а восемь с половиной, чтобы доказать, что ты чего-то стоишь и твоя последняя фраза – не пустое бахвальство, – он откинулся на спинку стула и улыбнулся. – Конечно, не задаром. Я заплачу тебе сорок тысяч долларов, если Черный Принц выиграет Осенний кубок для арабских лошадей. Жить, как я уже говорил, ты будешь в домике для гостей. Однако, если сомневаешься, можешь отказаться. Мы все поймем, и этот разговор останется между нами, – Маккиннон обвел взглядом присутствующих. Эбби и Кори напряженно ждали ответа Кейси, позабыв об остывающем ужине.

Девушка поняла, что ее попросту обвели вокруг пальца, да так ловко!.. Если она откажется, то выставит себя посмешищем в глазах отца.

Только не это!

— Хорошо, я согласна, – сказала она, злясь на свою легковерность. – Только в случае успеха ты заплатишь мне не сорок, а пятьдесят тысяч и, кроме того, не будешь вмешиваться в тренировочный процесс, – она довольно улыбнулась, ожидая, что Маккиннон возмутится.

– Договорились, – усмехнулся мужчина. – Но учти, ты получишь эти деньги только в случае победы. Если Черный Принц проиграет, буду считать твою работу с ним посильной добрососедской помощью.

Кейси только кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова. Аппетит у нее полностью пропал.