Пленница. Дар жизни - Мирая Амброва

столицы оставалось не больше пяти дней пути. Я с восхищением смотрела на южные земли. Здесь, несмотря на зимний период, было очень тепло. Я уже не надевала свой подбитый мехом плащ, а рукава на платье пришлось оторвать. Иногда мимо моего носа пролетали бабочки, а на привале можно было рвать сочные фрукты прямо с дерева и обедать ими.

Томс ехал со мной в обозе почти до конца. Я прикладывала руки к его груди, чтобы напитать силой. Когда резерв заканчивался, я восстанавливалась несколько часов, а потом повторяла процедуру. Томс смотрел на меня с восхищением и каждый раз искренне благодарил. Уже на следующий день он мог садиться в телеге и есть самостоятельно. Порой я ловила его взгляд на себе, и мне казалось, что в нем читалась влюбленность.

— Я так благодарен вам, госпожа. Я никогда не смогу расплатиться с вами.

— Мне ничего не нужно, Томс. — я смущенно отводила глаза и рассматривала южный пейзаж по пути.

— Вы бывали в землях Красной Реки, госпожа? Я родом оттуда. Мой отец растит самый вкусный виноград в Асшерии. Если вы будете когда-нибудь там, непременно заезжайте на нашу виноградарню. Мои родители будут счастливы с вами познакомиться.

— Я северянка, Томс.

— Они будут так счастливы, и так благодарны вам. Мы угостим вас самым лучшим вином и самым спелым виноградом. Вы обязательно должны приехать, — Томса ни капли не смутил мой ответ, и он продолжал восторженно рассказывать про родные земли.

Я слушала с любопытством, стараясь почувствовать все, что он описывал: горяий сухой ветер, шелковистость трав на лугу, теплоту объятий Красной Реки, сладкий вкус винограда и терпкий вкус вина. Так проводили мы оставшиеся пять дней пути.

Остальные южане тоже стали относиться ко мне с почтением. Они перестали шутить и делать намеки. Когда я сталкивалась с кем-нибудь из них взглядом, тот почтительно кивал. Роул выбирал для меня лучшие порции еды, угощал вином. Часто он подъезжал к обозу и ехал рядом, рассказывая веселые истории из своей жизни. Он очень любил поболтать, но еще больше любил посмеяться. В этой обстановке я стала забывать, что я всего лишь пленница.

В дне пути от королевского дворца Асшерии, на нас напали разбойники. На удивление они были хорошо вооружены, и среди них был даже маг с даром воды. Но отряд Роула был хорошо подготовлен, и разбойники пали, не успев никого убить. Тем не менее, несколько южан пострадали, а командир получил серьезное ранение.

— Подержите его, — скомандовала я солдатам, собираясь лечить Роула. Тот зажимал огромную рану на руке, кровь бежала меж его пальцев.

— Не надо меня держать, — командир презрительно скривился, и строго глянул на двух подбежавших солдат так, что те остановились как вкопанные.

— Будет больно, Роул, — я с сочувствием положила руку на плечо командира. Тот обреченно глянул на меня, но остался тверд в своих намерениях.

Надо отдать должное — великан не проронил ни звука во время заживления, несмотря на нестерпимую боль от прикосновения искр. Пот градом тек по его лицу, спине, но командир стойко держался.

— Ты могучий воин, Роул, — я одобрительно улыбнулась командиру отряда. Воин попытался широко улыбнуться в ответ, но получилась только кривая вымученная улыбка. — Тебе надо отдохнуть.

Утром он как ни в чем не бывало громко отдавал приказы. До столицы оставалось совсем немного, и все хотели выдвинуться пораньше. Перед самым отъездом командирпришел ко мне, и положил букет полевых цветов на колени.

— Ты спасла мою руку. Или даже жизнь. Я благодарен тебе, и ты всегда можешь на меня рассчитывать. За свою жизнь я обязательно расплачусь.

— Тогда отпусти меня, — я с тоской смотрела на башни города, что виднелся на горизонте. За три недели мои враги стали моими друзьями. Я стала забывать, что это чужая земля, а я всего лишь пленница.

— Я не могу, — Роул тяжко вздохнул и опустился рядом со мной. — Я хотел бы, честное слово. Ты спасла мою жизнь, но просишь отдать ее снова. Король Леон знает, что мы везем ему мага. Он казнит меня и весь отряд, если мы отпустим тебя. Я не могу, Элия, прости меня.

— Я знаю, Роул. Зря я это сказала. Я и сама знаю, что это невозможно.

Командир поцеловал мою руку, и вернулся к отряду. Я смотрела, как солнце лучами высвечивало сверкающий город на горизонте. Страх липкой змейкой пол по спине. Я не знала, что меня ждет. Но в одном я была уверена — я никогда не смогу вернуться на север.

8

Элия

Южная столица — Эришт, оказала на меня большое впечатление. Пока мы проезжали через город, я только и успевала крутить головой. Город был наполнен упоительными запахами специй, цветов и фруктов, пестрил яркими красками. Над каждой торговой лавкой висели навесы невообразимых цветов: красный, оранжевый, зеленый, фиолетовый. Ароматные цветы росли тут и там, поражая обилием видов и формами.

Но больше всего меня удивляли жители. Загорелые, с оливковой кожей, не стесняясь они демонстрировали открытые части своего тела. Мужчины носили рубахи без рукавов, опоясанные кожаными ремешками. А женщины… я не могла оторвать взгляд от их оголенных животов, которые зачастую украшали серебристые украшения в пупке. Южанки носили легкие полупрозрачные одежды, сквозь которые можно было разглядеть очертания их бедер и рук. Некоторые женщины были одеты скромнее. По богатым украшениям и искусной вышивке было заметно, что это знатные дамы. Но и их платья были из легкой летящей ткани, порой полупрозрачной. Никто не носил меховые плащи или шапки, я даже не видела шерстяных платьев или рубах. Мех я встретила лишь однажды, когда мы проезжали мимо лавки с коврами. Взгляд мой зацепился за вывешенные шкуры животных. Но и здесь шкур волка или медведя была очень мало. В основном это были гладкие черные или оранжевые с пятнами шкуры невиданных мной зверей.

Дворец Эришта сверкал. Стены из белого камня тут и там украшали разноцветные узоры из блестящих керамических плиток, которые ловили солнечные лучи и сверкали, как драгоценные камни. Кажется, я даже открыла рот, разглядываю эти невероятные для северян вещи.

Когда-то в детстве я побывала с отцом на приеме в северной столице — Фертране. Дворец ничем не отличался от обычных крепостей, разве что размером был побольше, да каждый сантиметр пола был устлан шкурами лесных зверей: лис, волков, медведей. Фертранский дворец был так же сер, холоден и мрачен, как и весь север.

— Пойдем, девочка, — Роул помог слезть мне с обоза, когда я чуть не упала, пытаясь встать.

— Что