Корпоратив - Мия Фальк

Отрицательно повожу головой. Не верю, что я действительно делаю это.

— Я… — во рту вдруг становится сухо. — Решила остаться!

Он смотрит мне в глаза, и я вновь чувствую желание. Телом я уже готова была бы отдаться, но разумом продолжаю надеяться, что генеральному просто нужен хороший руководитель отдела и адюльтер нас минует.

— Хорошо, — он опирается руками на раковину, в зеркале, к которому он стоит спиной я вижу его мощную спину.

Сейчас Даниил выглядит как наевшийся сметаны кот. Ему как будто интересно растлевать меня.

— Тогда давай закрепим наше соглашение, — мне кажется, у меня сердце пропустило удар. — Прямо сейчас.

— Прямо здесь?! — вырывается у меня. — Это же… общественное место.

— Если хочешь, я схожу за ключами. Алин, я хочу понимать, что ты серьезно. Еще недавно ты сказала, что для тебя это неприемлемо. Понимаешь, я не хочу никого насиловать, но и в женские игры я уже наигрался, — он поправляет часы. — Я устроен проще. Да-да, нет-нет. Мне хватило интриг и истерик.

— У вас совещание… — я хватаюсь за этот аргумент как за спасательный круг.

— Это, по сути, обед со старыми друзьями. Они простят мне опоздание на сорок минут.

Значит, мы сделаем все так быстро?

— Я пошел?

— За ключами? — мне кажется, блузка становится мне тесной.

— Или на обед. Решай сейчас сама.

Я четко понимаю, что его хочу.

— За ключами… — боже, как стыдно!

Он делает несколько по-кошачьи мягких шагов, огибает меня. За спиной хлопает дверь, и я остаюсь одна перед зеркалом. Щеки пунцовые. У меня вид как у напуганной школьницы. Я понимаю, что могла бы уйти сейчас. Сбежать, спасти свою честь.

Впрочем… Я оборачиваюсь к двери. В том, что предложил мне новый генеральный на самом деле больше честности и правды, чем в моих прошлых отношениях.

Глава 8

Я дожидаюсь его в туалете. Сердце колотится как бешеное и, честно сказать, пока я стояла под дверью, сильно завелась. Но появление генерального заставляет снова подумать о моральной стороне дела. Я собираюсь заняться сексом со своим начальником. Прямо на работе. Прямо в туалете. А он, к тому же, женат.

Даниил Владимирович поворачивает в замке ключ. Вот теперь бежать стало поздно.

— Можешь быть уверена, нас никто не отвлечет.

Я не знаю, чего он сейчас от меня ожидает. Складываю руки на груди и чувствую, как внизу, между ног, появляется неприятное тянущее чувство. Я слишком сильно хочу мужчину сейчас, так что мне даже немного больно.

— Раздевайся.

Понимаю бровь.

— Сейчас, — быстрый взгляд на часы, — три сорок. А у тебя годовой отчет. Думаю, придется просидеть до позднего вечера. Неприятно, если одежда провоняет потом.

Я выдыхаю. Точно. В прошлый раз, когда мы делали это, я порядком взмокла.

Отворачиваюсь и начинаю расстегивать пуговицы на блузке. Я могла бы уйти. Но я слишком хочу его.

Словно невзначай бросаю взгляд в зеркало. Даниил стоит сзади, разглядывая меня и явно наслаждается.

— А ты? — выдыхаю.

— Встреча рядом с домом. Я успею вымыться и переодеться.

На миг я останавливаюсь. Мне в голову закрадывается неприятная мысль: он делает все это специально. Если его жена беременна, значит, она скорее всего дома. Сейчас он появится как будто невзначай, пахнущий чужими духами и с моими волосами на одежде.

Я не успеваю додумать эту мысль, как генеральный подходит сзади и сильно сжимает мою грудь, притягивая меня к себе. Бедром я чувствую, что он уже возбудился. Наверное, уловил мою заминку и решил не упускать инициативу.

— Ты обалденная, — шепчет он, касаясь моей мочки уха.

Мне кажется, что в его руках я плавлюсь. Прикосновения жгут и мысли о его жене улетучиваются. Мне хорошо с ним.

— Алин, давай быстрее. Я уже ждать не могу, — он помогает мне стянуть юбку.

Я расстегиваю лифчик и откладываю в сторону. Мы так торопимся, потому что очень завелись.

Следом за юбкой он стаскивает с меня трусики и колготки. Я остаюсь в одних туфлях на каблуке, потому что очень холодно стоять босыми ногами на плитке.

Смотрю на себя в зеркало. В голове проносится одинокая мысль: «Я совершенно голая. В туалете. На работе. Что я делаю? Я вообще в себе?»

И тут Даниил нежно касается пальцами моей шеи, скользит по обнаженной коже рукой. Это вызывает трепет. Я снова чувствую себя оголенным проводом и забываю обо всем.

— Ты очень красивая.

— Правда? — не помню, чтобы кто-нибудь мне это говорил.

В институте, да и в школе, я была серой мышкой. Помня каким скотиной был отец, я побаивалась мужчин. Поэтому не красилась и не обращала внимания на одежду. Но природа все-таки взяла свое и первый парень, в которого я влюбилась, оказался козлом.

Даниил не отвечает. Он возится с презервативами.

Потом он наклоняет меня над раковиной и кладет на гранитную доску. У меня нет сил противостоять этому уверенному движению. Шиплю. Холодный искусственный камень обжигает грудь. Где-то за спиной приятно журчит вода.

— Ах! — он входит в меня одним сильным толчком и сразу начинает двигаться.

Не стал тратить время на прелюдии. Впрочем, сегодня они мне и не требовались.

Кладет мне руки на бедра. Я немного приподнимаюсь, впиваясь ладонями в гранитный край. Пытаюсь приспособиться к его темпу и при этом не смотреть на нас в зеркало. Мне уже приятно от того, что он делает. Реальность немного плывет, и я с небольшим удивлением понимаю, что, наверное, прямо сейчас кончу. Я так накрутила себя, пока ждала его возвращения, что просто ощущать его в себе сейчас достаточно для разрядки.

Закусываю губы. Нет. Надо немного потерпеть. Насладиться моментом. Он сильно сжимает мою грудь, как будто массируя, прижимается к спине. Сейчас я чувствую себя желанной, красивой, как он сам сказал: обалденной. Запрокидываю голову. Интересно, этот секс может стать еще более хорошим?

— Я… так… хотел… тебя, — говорит он с каждым толчком.

Я тоже его хотела. Поэтому двигаюсь ему навстречу. От этого наши столкновения становятся все более жесткими, даже немного болезненными, но это вызывает у меня эйфорию.

— Шикарная… девочка, — он сжимает мой сосок.

— М-м-м… — мычу я.

Господи, как же здорово.

— Думал… после… той встречи… все воскресенье…

— А-а-ах… — вырывается у меня.

Я не думала. Стыдилась того, что мы делали в машине.

— Как подкатить.

Разве ко мне надо подкатывать?

— Чтоб ты… дала.

Меня накрывает оргазм. Руки становятся ватными, как и ноги, я соскальзываю вниз, на искусственный гранит, в котором устроено углубление — раковина. Сейчас мне уже нет