Падение божества - Холли Рене

Школа была настоящей пыткой. Я всячески избегала Бека, но, даже когда его не видела, все напоминало о нем и о том, что он сделал. На каждом уроке кто-то шептался обо мне всякий раз, когда я выходила в туалет. Моим единственным прибежищем стала библиотека.

Вчера и сегодня я избегала Бека. Да, я говорила, что не стану прятаться от него, но не могла просто сидеть и делать вид, будто ничего не произошло. Я смотрела в окно, у которого сидела, и постукивала по учебнику карандашом. Я понятия не имела, что делаю. Не только с Беком, а вообще. Я понятия не имела, что делаю здесь. Вся моя жизнь казалась одним огромным вопросом, и непонятно, как ответить на него. Такое чувство, будто я вращаюсь, и неясно, где верх, где низ.

Мне казалось, что я все понимаю, но я ошибалась. Ошибалась насчет всего. Я не знала, что будет со мной дальше и чего я хочу. Я не хотела находиться в школе с Беком и не хотела находиться дома с отцом и Лукасом. Спасение я искала в работе, но даже она не в состоянии мне помочь. Бек нашел меня и там. Он был повсюду. Я видела его в окно. Бейсбольная команда тренировалась, бегая по полю, и я заметила, что он выкладывается по полной: бегал усерднее и быстрее, чем остальные, и, кажется, дело именно в старании, чем в таланте. Похоже, он так же потерян, как и я. Но мне плевать.

Меня не волновало, что на уроках он только и делал, что пристально смотрел на меня. А еще приходилось чуть ли не убегать из класса, лишь бы не разговаривать с ним. Его пристальный взгляд не действовал на меня. Он просил прощения, но я пропускала его извинения мимо ушей. Я больше не реагировала на Бека Клермона – просто не могла себе этого позволить. Сломленные девушки не могут позволить себе такую роскошь, уж что-что, а это я знала наверняка. Он сломал меня, и, что бы я ни делала, как бы ни пыталась занять свой ум, я думала только о нем и о том, как мне не хватает матери. Как же я тоскую по ней!

И внезапно, перестав думать о Беке, я почувствовала, что начинаю разваливаться на куски. Минута за минутой я чувствовала, как распадаюсь, и единственным способом, позволявшим мне сохранять здравый рассудок, было сосредоточение моего внимания на ненависти к нему.

Я опять посмотрела на игровое поле – команда уже направлялась в раздевалку. Впереди шел Лукас, и было видно, что он выложился так же основательно, как Бек. Он вспотел, и я видела изнеможение на его лице. Я мало что знала о командных видах спорта, но все же странно, что Бек и Лукас состоят в одной команде. Команда, в которой никто не поддерживает друг друга, наверняка потерпит поражение.

Отец сказал мне, что в этом году они хотят выиграть чемпионат штата. Для Лукаса это очень важно. Я полагала, что победа важна для всех парней, но мне казалось, что задача стоит невыполнимая. Просто не могла представить себе, как они вообще способны что-то выиграть вместе.

После всего того, что Бек сделал, чтобы отомстить Лукасу, после того, как он зашел так далеко, как они могут выносить друг друга, не говоря уже о том, чтобы поддерживать? Это ясно даже по тому, как они покидали поле: Лукас шел впереди, а Бек тащился сзади, рядом с ним шли Олли и Карсон, и эти трое разговаривали друг с другом, очевидно, что Лукаса Бек избегал.

Возможно, теперь, когда он отомстил, они оставят все это. Бек получил что хотел. Он сделал со мной то, что, по его мнению, должен был, и я поплатилась за его жестокость. Я жертва в его игре, но, возможно, этого достаточно, чтобы они прекратили свою вражду.

Даже если Бек не желал видеть во мне ничего, кроме того, что я ношу фамилию Вос, мне плевать, потому что он показал себя во всей красе. Он преподал мне полезный урок, разоблачив себя, и я никогда этого не забуду, как бы мне того ни хотелось.

Бек засмеялся какой-то шутке Олли, затем скользнул взглядом по окнам библиотеки. Я не знала, может ли он видеть, что происходит внутри, но все равно опустила глаза и уставилась в учебник, хотя до этого не могла сосредоточиться на нем.

Я подняла глаза, и его взгляд встретился с моим. Он снимал футболку через голову, вытирая ею пот, но его взгляд по-прежнему был устремлен на мое окно, словно он ясно видел меня. Школа располагалась в старом здании с массивными оконными рамами, но он не мог ясно разглядеть меня. Мое сердце бешено колотилось, когда я закрыла тетрадь, потому что Бек явно направлялся в мою сторону, забыв о своих друзьях. Ну нет, я ни за что не позволю, чтобы он увидел, что я не отрываю от него глаз, как какая-нибудь дура, томящаяся от неразделенной любви.

Я вообще не знала, что они будут рядом, когда пришла сюда, а явилась в библиотеку в поисках уединения, чтобы убежать от всего. Но похоже, я никогда не смогу убежать от него. От него невозможно спрятаться, невозможно спастись. Я надевала лямки рюкзака на плечи, когда услышала, как открылись массивные двери библиотеки. И, когда повернулась на этот звук, мои руки задрожали. Не хотелось мне оказаться лицом к лицу с Беком – я к этому не готова.

Он стоял и глядел на меня, его волосы были взъерошены, скомканную футболку Бек сжимал в руке, и как же глупо с моей стороны отвести глаза от его лица и окинуть взглядом тело. Бек вспотел, но это ничуть не умаляло его привлекательности. Черные шорты сидели низко на бедрах, и я позволила себе вспомнить, как он выглядел, когда между нами ничего не было. Ничего, кроме его секретов и лжи.

– Что ты делаешь тут? – Бек смотрел на меня так пристально, что я чувствовала – он наблюдает за каждым моим движением.

– Это библиотека, Бек. – Я взяла со стола одну из своих книг. – Я здесь занимаюсь.

Он посмотрел в окно, как будто пытался представить себе, что я могла видеть, когда они тренировались. Понятно: ему известно, что я наблюдала за ним, даже если я никогда в этом не призналась.

– Ты избегаешь меня, – сказал он так, словно это удивляло его, будто он не ожидал, что я стану избегать парня, который сломал меня.

– В самом деле? – Я наклонила голову набок, уставясь на его рот и чувствуя, как неистово бьется мое сердце. – Я тебя даже не замечала.

Он сделал шаг ко мне, и в его глазах вспыхнул гнев. Я инстинктивно попятилась, ударившись бедром о стул, и скрежет его ножек об пол прозвучал в тишине особенно громко. Несколько учеников, находящихся в библиотеке, повернулись к нам, и я поморщилась.