Надбавка за вредность - Вера Эпингер

Наступление вечера я встречала с уставшими от постоянной беготни на каблуках ногами и довольной, удовлетворенной улыбкой. Минутная стрелка часов, висящих над дверью в приемной, отщелкала необходимые двадцать минут, в течение которых я то и дело поглядывала на циферблат с тонкими закорючками цифр.

Последняя встреча Воронцова закончилась чуть позже, чем ожидалось — и потому на ужин с клиентом начальник опаздывал. Из офиса он выехал только полпятого, и я действительно надеялась, что к пяти он успешно доберется до ресторана. Себе сделала заметку — никогда не назначать клиентов так близко друг к другу.

Весь оставшийся день Воронцов грузил меня заданиями: взять квитанции в бухгалтерии, передать новые приказы в кадровый и все в подобном духе. И даже несмотря на постоянные забеги по тридцатому этажу, умудрялась встречать назначенных клиентов с улыбкой. Одним из посетителей оказался некий господин Троегородцев, о котором мне ничего не было известно. Однако, он внушал опасения. По глазам видела, что этот мужчина лет пятидесяти считал не по чину ждать, пока молоденькая секретарша доложит начальнику о его приходе.

Второй клиенткой была женщина — как оказалось, жена высокопоставленного чиновника. С ней я особо и не разговаривала. Хватило ее фразы «Доложите о моем приходе, милочка».

Именно она задержала начальника, и потому, стремительно покинув кабинет, тот, даже не глядя на меня, заявил, что в пять я свободна, если успею просмотреть расписание на наличие оплошностей.

К счастью, график на неделю был еще практически не составлен — колонки напротив временных промежутков сияли белизной. Только понимала я, что дальнейшие вопросы занятости Воронцова решать придется мне. Радовало одно: с обычными гражданами шеф не встречался вообще, с ними работали отраслевые юристы.

Пока прибрала рабочее место, пока собралась сама, Лена уже ушла — хотя я искренне надеялась перекинуться с ней парой слов.

— До свидания! — устало попрощалась с секьюрити на входе и покинула бизнес — центр.

Первый рабочий день официально закончен.

Только сейчас я пожалела, что приехала на общественном транспорте — толкаться в забитой маршрутке желания не было, а ветки метро в сторону дома не существовало. Мысль вызвать такси отринула сразу же — не по карману, учитывая вынужденный обед в кафе.

Поэтому, тяжко вздохнув, поковыляла на остановку. На удивление нужный мне транспорт подъехал практически сразу. Пришлось постоять, но мечты о горячей ванне и избавлении от надоевшей прически, узкой юбки и высоких каблуков грели душу и придавали мне сил.

Путь до квартиры занимал около получаса, если ехать на автомобиле без пробок. С учетом нынешней дорожной ситуации оказалась в родных пенатах только полседьмого.

Небольшая двухкомнатная квартира встретила меня пустотой. Родители на время папиного отпуска переехали жить на дачу в ближайшем пригороде. И потому царицей всего этого великолепия оказалась я одна. Скинув туфли, завалилась на диван, но трель телефона заставила со стоном подняться и поковылять в коридор — выцарапывать мобильник из нутра сумки.

Звонила мама.

— Да, мам? — зевнув, ответила на вызов.

— Ты почему не звонишь? Мы с папой ведь волнуемся! Обещала сразу же после собеседования набрать, а сама?

— Ну ма-а — ам, — протянула я. — Взяли меня, уже первый день отработала.

— Умница какая, — и мама крикнула куда — то в сторону: — Гоша, дочурка — то вся в тебя!

— Дарья Михайловна, — строго шикнула я. — Потом папе хвастаться будешь.

— Я рада за тебя, Кирюш. Думала ведь, что столько денег напрасно за обучение заплатили… вы ж с Данилкой — то…

— Мам! — подняла голос я. — Давай не будем, хорошо?

— Да что у вас случилось — то? — я как будто видела, что мама сжала губы.

— Ничего, ма. Просто не сошлись характерами, — родителям я ничего толком и не рассказывала. Нечего им знать такие вещи. Спокойнее спать будут.