Я загадала тебя - Яника Орлова

Джон в ответ лишь отрицательно покачал головой с поджатыми губами.

— Я похож на извращенца?

— Ну, если только чуть-чуть.

Он чуть кофе не подавился от моих слов.

«Чуть-чуть не считается».

Внезапно осознала, что такого уже давно не было со мной. Лёгкое и спокойное общение. Всю жизнь я любила одного человека, привыкла к нему, отдавала себя всю, а он только вечно твердил, что меня слишком много. Много любви, много внимания, много меня! Вечно только «много». Но что поделать, если я такая? Я люблю дарить любовь близким людям. Эдик перестал на это ярко реагировать спустя время. Видимо просто привык.

Перестал ворчать от моей прилипчивости, а я привыкла к его отстранённости. Хоть он и был вечно заводной, но его снобизм трудно было скрыть. Всегда считал, что выше всех и лучше. Именно это и помогло ему достичь вершин и стать начальником финансового отдела в компании, в которой он работает. Шёл всегда напролом по карьерной лестнице и твёрдо держался на своих позициях.

— Твоя очередь, Кристина. Я столько всего рассказал о себе, а ты молчишь, как воды в рот набрала. Я понял, что у тебя есть сын, бестолковый муж и огромная любовь к свитерам, — ухмылка поселилась на его губах.

Н— Ладно. Но, пожалуйста, не принимай всё близко к сердцу. Это моя жизнь и мои проблемы. Договорились? — хмыкнула, на что Джон лишь коротко кивнул. — Меня зовут Кристина Ефимова. Мне тридцать. Я программист-маркетолог. В этой сфере я уже примерно десять лет. У меня есть как русскоговорящие клиенты, так и англо. Поэтому знакома с английским. — Джон поджал губы и кивнул. Я ответила на его вопрос, который звучал ранее. — Клиентская база наработана годами. Работаю дома, удалённо. Меня это вполне устраивает. Как ты уже знаешь, у меня сын, ему девять лет, — тяжело вздохнула, потому что осознала, что всё-таки придётся сказать об Эдике. — За плечами двенадцать лет отношений. Десять из них в браке. С Эдиком мы знакомы с пелёнок, общались в одной компании, учились в одной школе. Но только к восемнадцати, после выпускного, поняли, что мы больше, чем друзья. Ждала с армии год. Я считала, что наш брак идеальный, но как же ошибалась. Вчера вечером он сообщил, что уходит к другой. Влюбился, — фыркнула, пожав плечами. Джон пристально наблюдал за мной. Опасный огонёк появился в его взгляде. — А мне что делать прикажете? Я останусь одна с ребёнком, который вечно будет спрашивать: «А когда придёт папа?». А самое интересное то, что я не знаю что чувствую. То ли боль, то ли облегчение. Не знаю, — снова пожала плечами. — Всё слишком сложно. Чересчур. Но самое отвратительное в этой ситуации то, что он сделал это перед Новым годом. Он прекрасно знает, как сильно я люблю этот праздник, потому что вся семья собирается за столом. Волшебно. Мы росли в деревне. Сейчас это, конечно, уже посёлок из-за громадных домов, которые там выстроили. Но там празднуют одной большой семьёй. Нету душных квартир, скованности. Я даже помню как мы всем посёлком делали снежные скульптуры, горки и даже всякие лабиринты. Там люди немного другие. А в этот год, да и в следущий, я буду помнить только то, что мой бывший муж решил свалить к другой двадцать седьмого числа! — Недовольно фыркнув, продолжила: — Теперь я должна перестраиваться, менять планы, думать о том, как скажу сыну, что его отец редкостный мудила! — выдохнув, поняла, что надо сбавлять обороты. Меня заносит. — Только сегодня осознала, что у нас уже давно всё не так, как казалось. Я поехала сюда отвлечься, а тут ты как стена среди поля.

На душе немного стало легче, что смогла хоть кому-то выговорить всё, что тяготило и тащило на дно. Даже дышать легче стало. А вот мужчине напротив моя история явно не понравилась. Джон отхлебнул кофе, но даже это не дало ему ощущения расслабленности. Он весь надулся, напрягся и недовольно смотрел в сторону.

— Пытаться вернуть его будешь? — процедил он сквозь зубы.

— Зачем? У меня ещё не пропало чувство собственного достоинства. Ради сына я не буду жить с человеком, который мне противен. Я просто не смогу. Меня это будет убивать и съедать изнутри, — голос предательски дрогнул в конце, и закрыв лицо ладонями, отчаянно пыталась не разрыдаться на глазах у всего честного народа.

— Это хорошо. Замечательно, — буркнул мужчина. Убрав ладони с лица, пристально посмотрела на него. — Ну, что ты так на меня смотришь? — фыркнул он. — Ты красивая женщина, даже очень. Молодая, забавная. Что ещё надо-то? Так бывает, к сожалению. Люди уходят, а на их место приходят другие. Это реальная жизнь. Без розовых очков и прочей дичи. Один не ценил твоей отдачи, называя это «много тебя». Но другой будет. Вот увидишь, — подмигнул Джон и не немного расслабил плечи. — Так и будет. Но, к сожалению, тебе будет труднее всех из-за сына. Он пока пацан и не поймёт всего. Ведь он его отец и так будет всегда, — вскинул руки мужчина, на что я лишь кивнула в согласии. — Он может и не понять, что ты хочешь просто человеческого счастья, тепла и заботы. Я рос с отчимом и много что в этом понимаю. Мы столько крови попили у него с Ирэн, — расплылся в довольной улыбке Джон. — Очень много.

— Сколько лет твоей сестре? — остался один из немногих вопросов, которые меня интересовали.

— Мы двойняшки. Но я старше на три минуты, — подмигнул он с довольной миной, гордясь собой.

— У меня у мужа, — запнулась я, осознав, что сказала, — бывшего мужа. Есть брат близнец. Они абсолютно разные, хоть и выглядят одинаково.

— Ну, в нашем случае с Ирэн всё не так. Мы не только похожи снаружи, но и духовно. У обоих бунтарский дух. Она моя женская копия. В работе, в отношениях и в жизни. Мама всегда твердила, что мы вдвоём можем завоевать весь мир. Так и случилось. Вся сеть фитнес-клубов — это наше детище. Идея моя, но Ирэн помогла с начальным капиталом. Бизнес напополам. Мишка до безумия любит её и отдаётся ей полностью. Я ни разу не слышал, чтобы они спорили. Они обсуждают каждую мелочь. Отдача друг другу на сто процентов. Они команда. Понимаешь? — серьёзности ему было не отбавлять. В ответ я кивнула. Чётко понимала, о чём он говорит. — Вот чего я ищу, — неожиданно на его губах появилась улыбка. — В Америке таких нет. Пора искать русскую жену. Хочу Мишу в юбке. Но,