Кто сверху? - Ольга Джокер

— Выходи за меня, Федотова, — произносит хриплым голосом Даня.

Его лицо так близко, что мы на секунду соприкасается кончиками носа. Я открываю рот от неожиданности, отхожу дальше и касаюсь спиной холодной стены, которая хоть на секунду остужает тот пожар, который творится у меня внутри.

— Ты совсем спятил, да? — начинаю заикаться и вздрагиваю, когда чувствую горячее дыхание Даниила на своем виске.

— Помню-помню, брак для тебя это сродни смертной казни, и я признаться сам не в восторге. Но мы сделаем это не по-настоящему, — произносит так тихо, что я напрягаю слух, прислушиваясь к его словам. — Поженимся, переедешь ко мне, будем жить и воспитывать ребенка вместе. На равных правах. Как семья.

— Ты точно спятил… — произношу я, все еще не осознавая всю абсурдность ситуации.

— Да нет же, послушай. В мои планы тоже не входила женитьба, семья и обязательства, но…

Он берет меня за руку, усаживает на диван и куда-то уходит. Возвращается со стаканом воды и заставляет меня пить мелкими глотками. Это успокаивает, но я все еще перевариваю смысл сказанных им слов.

— У нас будет не совсем обычная семья. Свободные отношения, равноправие, дружба! Семья по дружбе. Ну а что?

Я готовлюсь сказать огромную речь, посвященную придуманному им бреду, но выдавливаю из себя лишь часть.

— Я встречаюсь с Андреем! Он сказал, что будет со мной и дальше…

— Да встречайтесь, ради Бога! Кто тебе запрещает? — в голосе Дани столько новых оттенков эмоций, что я не сразу въезжаю.

— Кажется из-за беременности я стала немного тупой и сейчас ничего не понимаю. Я буду твоей женой, но смогу встречаться с кем угодно? И ты тоже?

— Именно! Федотова, ну ты же все равно не собиралась жить со своим Андреем. Несколько встреч в неделю, совместные поездки в отпуск, походы в театр и на этом всё.

Самое странное, что он прав. Я все равно не собиралась строить серьезные отношения с кем-либо… Тогда почему бы не ответить согласием на его предложение? Но я нахожу новые и новые доводы, чтобы понять для себя всю задумку друга.

— А если я полюблю кого-нибудь и захочу создать с ним настоящую семью? Это в принципе нонсенс, но мне кажется, что в этой жизни я больше ничему не удивлюсь.

Даня садится рядом, обхватывает меня за плечи и чуть улыбаясь произносит:

— Если ты полюбишь кого-нибудь я отпущу тебя, правда. А сейчас давай просто попробуем создать видимость полноценной нормальной семьи ради нашего ребенка, где есть мама и папа. Которые любят и которые рядом…

Подавив в себе чертовы слезы, я сухо киваю, соглашаясь на его предложение. Я сама росла без отца и, хотя делала вид, что мне по барабану, где бродит мой биоматериал, но ночами плакала в подушку и страстно желала, чтобы однажды он появился в моей жизни.

Данька делает для меня апельсиновый фрэш, заставляет выпить его и дальнейшее наше общение входит в прежнюю колею — с шутками и подколами. Когда я сонная опускаюсь на свою кровать, слышу уверенный голос Дани, который говорит, что завтра утром за мной приедет машина.

— Какая машина? — зеваю и чувствую, как усталость забирает меня в царство Морфея.

— Грузовая. Которая перевезет твои вещи в мой дом.

Я хочу что-то возразить в ответ, но сил больше нет, и я замолкаю. А Воронов просто накрывает меня пледом и выключает свет.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 12

Переезд запланирован на воскресное утро — единственный выходной, который есть у Дани. С утра пораньше в моей любимой квартире орудует целая бригада, которая самостоятельно пакует выбранные вещи и сносит в грузовой автомобиль — мне нужно только тыкать пальчиком на предметы и покрикивать на неаккуратных рабочих, которые как мне кажется, хотят разрушить мою квартиру и дорогие предметы интерьера.

Даня совершенно прав — если я хочу выносить здорового ребенка, то мне нужен свежий воздух, пешие прогулки и здоровый сон без головных болей от окружающего шума. Мой доктор, с которым я разговаривала утром, привел неоспоримые доводы за переезд. Даже если он был подкуплен самым Вороновым, то это ничуть не меняло моего решения.

Прошло чуть больше тридцати часов, как я узнала о своей беременности. Тридцать часов, которые полностью перевернули мою устоявшуюся жизнь, планы, идеи, мысли и кругозор. Я даже подписалась сегодня на инстамаму, которая доходчиво объясняет как вести себя с новорожденными.

И я все чаще смотрюсь в зеркало на свой плоский живот, недоуменно размышляя, как туда может поместиться трёхкилограммовый ребенок? Конечно, от мыслей, что мое всегда идеальное тело вскоре изменится и станет похоже на вздувшийся шарик, бросает в дрожь. В топку годы работы в тренажерном зале и встречи с диетологом.

— Ты готова? — спрашивает Даня, когда заходит в полупустую квартиру.

— Да. Сейчас только попрощаюсь со своей удобной кроваткой, джакузи, мягкими ворсистыми коврами и готова, — для наигранности всхлипываю.

— Прекрати, Федотова. Неужели ты думаешь, что я живу в хижине без удобств? — он обхватывает меня за плечи и ведет в сторону выхода.

Дом Воронова расположен в коттеджном поселке за тридцать километров от Москвы. Он купил его в прошлом году, променяв городскую квартиру на свежий воздух, пусть и вдали от центра. До сих пор я все находила отмазки, чтобы не приезжать на новоселье и чаще сама приглашала Воронова к себе в гости.

Странно, но на меня не нападает уныние, горечь или страх. Я отношусь к переезду как к приятному путешествию. Временному. Ненастоящему. Когда ворота открываются, и мы въезжаем на территорию, я трогаю Даню за руку и сообщаю ему, что каждый вечер мы будем гулять по вон той тропинке, ведущей в лес. Он едва заметно кивает, и я верю, что так и будет.

Поместье господина Воронова довольно внушительных размеров — два этажа, большой балкон (где совершенно точно я буду сидеть тихими летними вечерами и читать книгу, качая в люльке нашего младенца), просторная терраса, несколько гектаров зеленой территории с цветами, деревьями и красивыми кустарниками. Мне хочется снять обувь и пройтись босиком по идеально выстриженной травке, что, впрочем, я и делаю.

Снимаю с себя туфли на твердом устойчивом каблуке и осторожно ступаю босыми ногами по траве, которая приятно щекочет ступни. Воистину дитя каменных джунглей!

— Только не говори, что у тебя еще и бассейн