Стремящиеся к любви - Сара Крейвен

— Ты, должно быть, шутишь?

— Ничуть. На пороге новое тысячелетие, а женщины ищут любовь и готовы встретиться с абсолютно незнакомым мужчиной, как будто это единственный способ познакомиться.

— Но если они — читательницы нашей газеты? — напомнил ей Сэм. — Моя фотография с подписью «Сэм Хантер» не так давно была на первой полосе.

— Ты уверен, что тебя запомнили? — Она ехидно улыбнулась. — Но ты, может быть, и прав. Тогда ты будешь Сэм Александер, и мы слегка изменим твою внешность.

— Я не поддерживаю эту затею, — с издевкой бросил Сэм.

Цилла посмотрела на свой маникюр.

— Отказываешься? В таком случае работа в другой газете тебе подойдет больше.

Ну, нет, подумал Сэм, ты не вынудишь меня уйти отсюда. Решать буду я.

— Я не вижу никаких проблем. — Он пожал плечами. — Если тебе нужна статья — она у тебя будет.

— Но учти, должны фигурировать реальные женщины, — прервала она его. Потом откинулась на спинку стула, не сводя с него глаз. — Не говоря уже о том, что все эти встречи будут происходить в общественных местах.

— Цилла, — нахмурился Сэм, — когда прикажешь начать?

Он успокоился, придя к определенному решению, но, когда увидел одежду, которую предстояло надеть, ему стало не по себе. Добил его парикмахер, сделавший ему эту ужасающую прическу.

…Он допил кофе и попросил счет. Пожалуй, сегодняшний счет испортит Цилле настроение, подумал он злорадно. Но Джени Крэг стоит того, хотя она почти ничего о себе не сказала.

Дома он сразу принялся за работу, стараясь не упустить ни малейшей подробности этой встречи. Но, как он и боялся, у него ничего не выходило. Что он узнал о ней?.. Она легко краснеет и пользуется духами «Органза», ее губы трепетно дрожат, когда она целуется, скромна, налицо несоответствие профессии и характера…

Но кому это интересно? И уж совсем не надо знать читателям, и Цилле в первую очередь, что он просил девушку остаться.

Сэм оторвался от компьютера и пошел спать. Сон поможет ему прийти в себя. А утром он решит, что делать.

Роза работала в саду, яростно вырывая сорняки. Но это занятие не помогло ей расслабиться. Мысли вертелись вокруг одного и того же: почему она несчастна? У нее прекрасный дом, никто ей не мешает, проблемы с Джени улажены, есть любимая работа, но счастья нет. Нет!

Конечно, она без оптимизма смотрела на будущую помолвку Джени и Мартина. Скорее всего, родители не согласятся на свадьбу. Но это никак не отражается на ее судьбе. Сейчас главное — ее собственное состояние. В предыдущую ночь она плохо спала, все думала о состоявшемся свидании. Она сделала правильно, уйдя тогда от него. Хотя далось ей это тяжело. Она прониклась к нему симпатией.

Вот-вот, это и есть то главное, что портило ей настроение.

Утром Роза выпила чаю с круассаном и вишневым вареньем, приняла душ, надела леггинсы и большой теплый свитер и начала работать.

Вивиен права, с грустью осознала она, перечитывая рукопись. Бледные, надуманные чувства. Ей придется переписать всю книгу заново. Но ничего не приходило в голову, а душа не лежала к написанному.

Покопаюсь-ка я в саду, решила она, немного расслаблюсь и отвлекусь от тяжелых мыслей.

Теперь она точно знала, что мешает ей сосредоточиться: воспоминания о встрече с Сэмом Александером. Это послужит ей уроком на будущее, отобьет охоту вмешиваться в чужие дела. Все правильно, но… Самое пугающее то, что она помнила его прикосновения, его губы…

Роза опять разволновалась.

Мне бы следовало сейчас думать о том, что сказать Колину, когда он вернется, а не предаваться пустым мечтаниям. Теперь ясно: у них с Колином нет будущего, к этому шло.

Ей стало интересно, как воспримет это Колин. Есть кое-что еще. Девушка, которая захочет выйти замуж за Колина, должна будет столкнуться с его матерью, а Колин всегда слушался мать и делал все, что хотела миссис Хейтон.

И эта проблема больше не беспокоит меня, размышляла Роза. Она вошла в дом и стала делать себе бутерброд. Зазвонил телефон. Девушка напряглась, но тут же осадила себя.

Это не может быть Сэм Александер, с какой стати он будет ей звонить?

— Роза? — Это была Джени. — Я вернусь в воскресенье вечером, возможно, очень поздно.

— Все хорошо?

— Да-да. — Джени заколебалась. — Родители Мартина очень милые люди, но думаю, я стала для них сюрпризом. Представляешь, они говорят, что со свадьбой надо подождать, добавила она угрюмо.

— А Мартин? — поинтересовалась Роза.

— Ну, естественно, он не хочет идти против семьи, — произнесла она. — Но мы постараемся убедить их. — Потом она прошептала в трубку:

— Ты связалась с «Одиноким мужчиной в Лондоне»?

Роза сглотнула.

— Да, — ответила она. — Думаю, он получил сообщение.

— Какая ты милашка, — прощебетала Джени.

Милашка, подумала Роза, положив трубку.

Кроме подавленности и тяжелого осадка, вызванного собственной глупостью, я ничего не чувствую.

Почему я не сказала ей правду? Мы бы посмеялись… вот уж нелепая, старомодная личность этот «Одинокий мужчина»!

Так она копалась у себя в душе, глядя на бутерброды. Да ну их! Не хочу есть. Но и работать тоже не хотелось.

Может быть, изменить действие романа? размышляла она. Может, сходить в местную библиотеку? Конечно, как она не подумала об этом раньше? Надо покопаться в справочных материалах, узнать побольше об этом периоде.

Она надела куртку, схватила сумку и вышла из дому. Спускаясь по ступенькам, она заглянула в сумку удостовериться, что библиотечная карточка на месте, и внезапно осознала, что кто-то внимательно смотрит на нее.

Она подняла голову — и окаменела: внизу стоял Сэм Александер.

— Что ты здесь делаешь? — Ее голос дрожал. — Как ты нашел меня?

— Благодаря адресу на твоем письме, — спокойно ответил он.

— О, — выдохнула она. — Конечно, мама Пэм сообщила тебе…

— Да, она. Хотя она была недовольна, что ее почтовый ящик использовали таким образом.

— Зачем ты пришел? — Роза вздрогнула. Она была в панике. Шокирована. И смущена, когда вспомнила, как одета, да к тому же без косметики. — Почему ты не на работе?

— А ты? — спросил он.

Роза подавила желание поправить волосы.

— У… у меня выходной.

— У меня тоже. Мы не договорились о следующей встрече. — Он остановился. — Это моя ошибка, и я сейчас ее исправляю.

Она подняла голову.

— Боюсь, что вы совершаете еще одну, мистер Александер.

— Сэм, — поправил он тихо.